Гегемон Греции! (ЛП)
Глава 106
Услышав эти слова, новые граждане больше не жаловались, их глаза засияли, все они сказали: «Мы возьмем на себя инициативу в соблюдении нового военного закона!».
Сеста и Адриан слышали, что в наемниках Давоса существует военный закон с многочисленными положениями, и причина, по которой его солдаты были сильны, была тесно связана с жесткими требованиями военного закона. В то время им тоже было очень интересно, почему мелкие наемники создали для себя особый военный закон, и теперь у них появился шанс лично убедиться в этом!
Такие коренные жители, как Корнелий, только во время битвы перед храмом увидели свирепость наемников, ведь они только слышали об уничтожении луканского альянса и их нападении на город Амендолара. Амендолара и Турий уже много раз воевали вместе, и, естественно, города-государства имеют некоторые конвенциональные военные законы, чтобы обеспечить беспрепятственный ход военных операций. Однако впервые они услышали о необходимости специально сформулировать полный военный закон.
Поэтому Корнелиус напомнил: «Я просто надеюсь, что военная подготовка не повлияет на повседневную работу граждан».
«Я верю, что Филесий сможет всё скоординировать». — Давос верил в Филесия, а затем с улыбкой сказал капитанам: «У военного офицера Филесия должны быть другие подчиненные, которые будут служить инструкторами по обучению, поэтому вы можете обсудить это с ним».
Как только он закончил говорить, десятки людей бросились к Филесию, чтобы посоревноваться в рекомендации, оставив Филесия в изнеможении.
Хотя грамотность и арифметика офицеров были не на высоте, тем не менее, они способны продемонстрировать свои способности общественности как новые граждане Амендолара.
«Похоже, они хотят внести свой вклад в развитие города-государства!». — заметил Давос.
Корнелий внешне кивнул, но в душе он подумал, что эти новые граждане, привыкшие сражаться на поле боя, не могут оставаться безучастными. И он только надеется, что они смогут соблюдать законы города-государства.
«На данный момент это все для основной части функционирования города-государства». — Слова Давоса заставили Корнелиуса вздохнуть с облегчением. Каждый раз, когда новый архонт предлагал новую должность, это влияло на традиции Амендолары, что вызывало у Корнелиуса смешанные чувства.
«А сейчас есть очень важное дело, для решения которого нужны все старейшины совета и офицеры». — Серьезность Давоса заставила Корнелиуса снова напрячься.
«И это переселение наших новых граждан и распределение земель». — Как только это было сказано, офицеры, пристававшие к Филесию, сразу же прекратили, и все они посмотрели на Давоса.
«Чтобы сохранить гармонию и стабильность города-государства и не беспокоить людей, которые только что освободились из заточения луканцев, мы, новые граждане, добровольно установим палатки и будем жить на площади сегодня вечером и даже завтра ночью. Однако это не долгосрочное решение, да и не разумное! Ведь для того, чтобы защитить эту землю, многие наши товарищи были убиты на поле боя, что принесло мир в Амендолару сегодня!».
В этот момент Давос был несколько эмоционален: «И поэтому мы должны как можно скорее расселить их и выделить им землю, которую они заслуживают, чтобы возместить их вклад и их права как граждан! Иначе, если мы затянем с этим, будет трудно гарантировать, что не возникнет проблем!».
Слова Давоса взволновали новых граждан, которые присутствовали в данный момент, в то время как у первоначальных граждан изменился цвет лица.
«Итак, сколько женщин, потерявших своих мужей, среди жителей Амендолары?». — Давос спросил Корнелиуса.
«Боюсь, что больше тысячи. Точное число будет известно после того, как мы проведем перепись». — ответил Корнелий, глядя на Рафиаса.
«Когда собрание закончится, я немедленно займусь этим». — заверил его Рафиас, новый ответственный за перепись.
«Тогда завтра утром, пожалуйста, созовите их всех на площадь. Офицеры, вы также соберите всех неженатых солдат на площадь, и обе стороны встретятся друг с другом. Однако ни уговоры, ни принуждение не допускаются, все будет зависеть от собственных способностей и обаяния. И мужчины, и женщины должны сойтись добровольно. Кроме того, незамужние девушки Амендолара также должны принять участие в этом свидании вслепую». — После того как Давос закончил говорить, Корнелиус и остальные горожане были не против, так как Давос уже рассказал им о своей идее и убедил их, пока они шли в мэрию.
Новые граждане начали обсуждать. Следует знать, что помимо очень небольшого числа наемников, которые были женаты, есть еще одно небольшое число, которым удалось захватить местных женщин в Персии и заставить их стать своими женами, но более 2 000 из них до сих пор не замужем. Но под руководством Давоса эти наемники не только стали гражданами города-государства, но и решили эту проблему. Это очень хорошо! Потому что женщины имеют статус в городе-государстве и не являются купленными вольноотпущенницами или наложницами. Если они женятся на них, то также получат землю и богатство, оставшиеся от бывшего мужа этих женщин.
«ЗДОРОВО! Теперь у моих братьев наконец-то появилась надежда!».
«Не радуйся, Матонис. Твоим подчиненным, которые похожи на тебя, будет трудно найти жену! Если ты хочешь понравиться женщине, быть сильным недостаточно!».
«А разве быть сильным уже не хорошо? Я, по крайней мере, могу дать им защиту, и я в состоянии делать больше работы на ферме. Я думаю, это то, что им сейчас нужно больше всего! И Оливос, если ты осмелишься завтра пойти на площадь, боюсь, что даже персидская девушка тебя проигнорирует».
«Иеронимус, ты бревно в отношениях. На этот раз ты определенно должен говорить с девушками гораздо больше. Это связано не только с твоим счастьем, но и с тем, чтобы дать пример твоим людям!».
«Гиоргрис, почему ты молчишь? Не нужно так нервничать. Если ты завтра пойдешь на площадь, тебе достаточно быть самим собой, и Афродита подберет тебе женщину!».
«Капитан Иелос, не заботьтесь обо мне. Сначала решите вопрос со своим браком!».
Давос усмехнулся, глядя, как его люди возбужденно переговариваются друг с другом.
Изначально такие граждане, как Корнелий, были несколько беспомощны, женщины, которые изначально были гражданками греческих городов-государств, были очень традиционны, и они редко появлялись на людях, не говоря уже о встречах с незнакомыми мужчинами.
Их брак устраивают родители, а муж — гражданин города-государства или гражданин соседнего города-государства. После свадьбы она подчиняется мужу, и в ее обязанности входит рождение детей и работа по дому. Если муж умрет раньше, у нее останутся дети, так что все будет хорошо, а имущество будет принадлежать ребенку, и она должна будет управлять им и воспитывать ребенка. В будущем ее ребенок будет заботиться о ней. Если у них нет детей, то у семьи мужа будет причина отпустить ее и заставить снова выйти замуж
В Амендоларе было около 4 000 жителей, но сейчас их меньше 500. У них не хватает сил, чтобы защитить город, и не хватает рабочей силы, чтобы содержать такое количество женщин, детей и стариков. Корнелиус и их готовность принять наемников в качестве граждан своего города-государства были вызваны в основном этой причиной, и, конечно, они также благодарны. В то же время, именно из-за своей беспомощности они позволяют женщинам нарушить традицию греческих городов-государств появляться на публике ради такого масштабного события. В конце концов, это будет лучший способ расположить к себе солдат и быстро интегрироваться в Амендолару.
«В то же время я хочу напомнить. Когда вы женитесь на выбранной вами женщине, вы должны относиться к ее детям от бывшего мужа как к своим собственным и правильно их воспитывать. Вы также должны заботиться о пожилых людях в ее семье как о своих собственных родителях. И я надеюсь, что вы не будете винить ее за унижения, которые она получила от луканианцев, потому что это не их вина! Это вина мужчин Амендолары, поскольку они не выполнили свой долг по их защите! Мы — настоящие греческие воины, что мы должны сделать, так это позаботиться о них и никогда не позволить им снова испытать такое унижение! А потом мы тщательно подготовимся к тому дню, когда вторгнемся в Луканию и дадим аборигенам почувствовать силу Амендолары!». — серьезно заявил Давос.