Память льда
Колотун ткнул капрала локтем и выпучил глаза.
Хватка знала: внутри шатер разделен на две половины. Дальняя, та, что поменьше, служила Бруду личными покоями и спальней. Капрал оглянулась по сторонам, ища глазами Мутную.
«Ну и куда, спрашивается, подевалась наша красавица? Худ ее, что ли, забрал? Только что ведь рядом стояла…»
Два цепких пальца впились в запястье Хватки, и та чуть не вскрикнула от неожиданности. Рядом довольно скалилась Мутная. Шевеля одними губами, капрал обрушила на подругу поток отборной ругани. Мутная заулыбалась еще шире, а затем подошла к пологу, нагнулась и принялась развязывать кожаные тесемки.
Хватка оглянулась. В нескольких шагах позади высились угрожающие силуэты Ходока и Деторан. Колотун вновь пихнул капрала локтем, давая знать, что вход открыт.
«Ладно, за дело. Пора выполнять, что задумали».
Первой в шатер осторожно проникла Мутная, потом Штырь, а за ним Колотун. Хватка махнула баргасту и напанке, после чего и сама скользнула внутрь.
Ходок взялся за один край стола, Деторан подхватила другой. Колотун и Штырь его держали с боков. Но едва они сделали пару шагов, как пришлось остановиться: уж больно тяжело. Мутная двинулась вперед и попыталась задрать полог как можно выше. Вокруг стояла зловещая магическая тишина, и это невольно действовало всем на нервы. Наконец четверым носильщикам удалось вытащить стол наружу. Хватка следила за шатром, постоянно оглядываясь. Но Каладан Бруд оттуда так и не выскочил.
«Пока все идет как надо».
Хватка и Мутная тоже взялись за столешницу. Но даже вшестером их хватило лишь на полсотни шагов. Ношу пришлось опустить на землю, чтобы хоть немного перевести дух.
— Здесь недалеко, — шепнул Штырь.
— Нас там застукают, — поморщилась Деторан.
— Могу побиться об заклад, что там нас точно не найдут, — моментально оживилась Хватка. — Но сначала давайте его туда дотащим.
— Ты что, не можешь сделать стол полегче? — заскулил Колотун, поглядывая на Штыря. — А еще маг называется.
— Я тебе не Быстрый Бен, — огрызнулся тот. — Вечно ты ноешь. А сам даже не вспотел.
— Тише, вы! — шикнула на них Хватка. — Поднимайте стол, и двигаем дальше.
— Между прочим, когда несешь тяжести, очень важно правильно дышать, — бормотал Колотун, хватаясь за свой край стола. — А от власяницы Штыря так воняет, что я скоро в обморок упаду. Ты вообще когда-нибудь стираешь свой наряд?
— Стирать рубаху? Ты спятил! Да мама за всю свою жизнь вообще ни разу волосы не мыла. С какой стати я вдруг буду это делать? Весь лоск потускнеет.
— Лоск? Ну да, за полсотни лет твоя власяница обросла толстым слоем прогорклого жира и вобрала в себя весь твой пот… Вот мне интересно, неужели при жизни твоя мамаша не воняла?
— Эй ты, придурок, думай, что говоришь!
— Вы оба заткнетесь или нет? — одернула их капрал. — Скажите лучше, куда теперь?
— Направо и прямо, а потом налево. Там в конце будет шатер из шкур.
— Спорим, там кто-нибудь живет, — пробормотала Деторан.
— Ничего, мы их выгоним, — заявила Хватка. — Ладно, подруга, не дрейфь. В этот шатер рхиви складывают перед сожжением трупы тисте анди. А с самого Даруджистана у них не было ни одного нового покойника.
— А как вы вообще нашли этот шатер? — полюбопытствовал Колотун.
— Штырь унюхал.
— Странно, что с такой завесой он способен еще что-то унюхать.
— Хватит болтать. Опускаем. Мутная, отворачивай полог.
Стол занял собой почти все внутреннее пространство шатра, и похитители едва сумели втиснуться туда сами. В углу стояли свернутые подстилки, на которые рхиви укладывали мертвецов. Сжигатели мостов зажгли потайной фонарь, не бросающий света по сторонам, и приладили его на опорный шест. Хватка с удивлением смотрела, как Колотун припал к щербатой поверхности стола и стал водить по ней своими короткими, покрытыми множеством шрамов пальцами.
— Потрясающе, — прошептал сапер, поднимая глаза на капрала. — Зови ребят. Скоро начинаем игру.
— Мутная, сходи-ка за нашими, — велела Хватка.
— Играем на равных, — объявил Колотун, поблескивая глазами. — Мы ведь сейчас — один взвод.
— Хочешь сказать, что наконец-то объяснишь нам свои тайные правила, — недовольно буркнул Штырь. — Если бы мы знали, что раньше ты водил нас за нос…
— Удача готова повернуться к тебе лицом, а ты еще сетуешь. Ну и характер!
— Вы друг друга стоите, — заметила ему Хватка. — Ладно, Колотун, давай выкладывай нам всю правду.
— Принцип зеркального отражения, капрал. Обе колоды — настоящие, понимаешь? Конечно, у Скрипача чутье было поострее, но, думаю, Штырь тоже справится. — Он взглянул на мага. — Ты ведь умеешь гадать на Колоде Драконов? Помнится, ты говорил…
— Чего проще. Не волнуйся, навык есть.
— Но ты только не хвастайся. Карты этого не любят, — предостерег его сапер. Он еще раз погладил шершавые доски стола. — Теперь смотри, как надо играть. Снимаешь карту и, не переворачивая, кладешь ее рядом. Появляется ощущение тяжести. Оно-то и говорит тебе, какая это карта. Ошибок не бывает. Хороший игрок сразу знает, какую карту взял. Вот, например, Скрипач…
— Но его тут нет! — напомнил Ходок.
Баргаст оскалил острые подпиленные зубы и вопросительно поглядел на Штыря:
— Да не тряси ты своим конским хвостом, дикарь! Сам увидишь, что я могу играть не хуже.
— Заткнитесь! — рявкнула на них Хватка. — Наши идут.
Уже почти рассвело, когда бойцы из других взводов начали выходить из шатра. Солдаты радостно смеялись, хлопали друг друга по спине и звенели туго набитыми кошельками. Когда шаги и голоса затихли, Хватка в изнеможении рухнула на стол. Власяница Штыря блестела от пота. Он очумело повертел головой и, убедившись, что все ушли, со стоном уронил ее, ударившись лбом о шершавые доски. Только Колотун, казалось, ничуть не устал. Сапер задумчиво вертел в руках деревянную карту.
— Отставить! — скомандовала ему Хватка. — Ну что, убедился, что этот проклятый стол годится только на дрова? Либо Каладан Бруд здорово подпортил его своей магией, либо вы со Скрипачом сами не знали, что сколотили.
— Неправда, стол сделан на славу.
— С чего ты взял? Его же сперли раньше, чем вы успели проверить!
— Это не важно. Говорю тебе…
— А ну-ка, все цыц! — велел Штырь, поднимая голову.
Грязной пятерней он чесал наморщенный лоб, внимательно разглядывая поверхность стола:
— Как ты сказала, Хватка? Подпортил магией? А ведь, похоже, так оно и есть.
Он принюхался, затем присел на корточки:
— Эй, мне нужна подстилка.
Никто не шевельнулся.
— Колотун, помоги ему, — велела саперу Хватка.
— Помочь ему забраться под стол? Поздно прятаться.
— Это приказ.
Что-то недовольно бурча себе под нос, Колотун принес Штырю подстилку. Чародей развернул ее и лег под столом. Вскоре там появилось тусклое магическое сияние.
— Ага. Вот оно… деревянное брюхо! — донеслось снизу.
— Какой ты наблюдательный, Штырь, — съязвил Колотун. — Обрати внимание: там еще и ножки есть.
— Я же не про само днище, дурень! На нем нарисована… большая карта. Вот только я что-то такой в Колоде Драконов не припомню.
Колотун скорчил гримасу и тоже полез под стол:
— Какая еще карта? Мы снизу ничего не рисовали… Вонючие сапоги Худа! А это еще откуда взялось?
— Вот и я спрашиваю. По-моему, красной охрой намалевано. Обычно так баргасты свои узоры рисуют.
— Или рхиви, — пробормотал Колотун. — А это кто изображен посередине, с собачьей головой?
— Я-то почем знаю? — огрызнулся Штырь. — Но картинка совсем свеженькая. По всему чувствуется, ее нарисовали недавно.
— Ну так сотри ее, — усталым голосом произнесла Хватка.
Штырь выбрался из-под стола:
— Можешь сама попробовать, если такая умная. Картинка крепко припечатана охранительными заклинаниями. — Он выпрямился. — Это новая карта. Независимая, не связанная ни с одним из Домов. Хочу себе копию срисовать, под размер Колоды Драконов, а потом попробовать разгадать ее смысл… Можно, Хватка?