Память льда
— Не возражаю. Такое тоже вполне могло быть, — кивнул морант.
— Тисте эдур называли порождениями древней Тени, — сообщил Быстрый Бен.
— В море плавают тени. Куральд Эмурланн — магический Путь тисте эдур. Путь древней Тени, — рассуждал вслух воин в хитиновом шлеме. — Разрушенный Путь, потерянный и утраченный для смертных.
— Потерянный? — удивился Быстрый Бен. — Смертные о нем не знали, потому и не искали. А Меанас, где обитают Престол Тени, Котильон и их Гончие…
— На самом деле лишь ворота, — докончил за него фразу командир морантов.
— Есть ли тень у Тени? — вдруг спросил Паран. — Если да, тогда это Меанас, и Престол Тени управляет всего-навсего сторожкой привратника.
— Какой оригинальный образ, капитан, — усмехнулся Быстрый Бен.
— Скорее уж настораживающий, — тихо возразил Паран.
«Гончие Тени — стражи ворот. И вряд ли я ошибаюсь, Худ меня побери. Слишком уж логично все выглядит. Но магический Путь разрушен. Меченый мне это говорил. И тогда ворота могут… никуда не вести. Или же выводить на уцелевшую часть магического Пути, на его осколок. Знает ли Престол Тени всю правду? Чем же тогда является его могущественный трон? Креслом дворецкого в замке? Скамейкой в караульной будке возле ворот? Эх, Круппа бы сюда. Представляю, какую тираду он бы выдал!»
Быстрый Бен перестал улыбаться:
— Понимаю, куда ты клонишь. Судя по этому покойнику, тисте эдур вновь заявили о себе. Они вернулись в смертный мир. Наверное, пробудились от долгого сна и теперь намерены взглянуть на своего нового привратника.
— Еще одна война в сонме богов? Представляю, как Увечный Бог трясется от смеха, — растерянно произнес капитан, теребя щетину на подбородке. — Простите, мне нужно побыть одному. Если хотите, подождите меня тут. Я надолго не задержусь.
«Надеюсь», — мысленно прибавил он.
Паран отошел от берега, встал лицом на северо-запад и устремил глаза к далеким звездам.
«Я уже делал это однажды. Посмотрим, получится ли у меня сейчас».
Переход был таким легким и быстрым, что капитан едва не споткнулся, оказавшись на неровных плитах знакомого пространства. Капитан тихо выругался и стал ждать, когда разноцветные полосы перестанут плясать у него перед глазами.
Там, куда он переместился, было темно. Почти темно, поскольку от изображений на плитах исходил свет, слабый и холодный.
«Вот я и здесь. Как все просто. Найду ли я нужную плиту? Эй, Рейст! Ты сейчас занят? Глупый вопрос: будь ты сейчас занят, мы бы все оказались в беде. Можешь не отвечать. Оставайся там, где находишься. Эта загадка лишь для меня, и тут ты мне вряд ли поможешь… Я не хочу углубляться в Колоду Драконов. К чему мне ворота? Мне требуется древний вариант — Колода Обителей…»
На камне появилось новое изображение. Паран прежде его не видел, но сразу понял: именно эта картинка ему и нужна. Грубая резьба сильно истерлась. Глубокие борозды сплетались в хаотическую паутину теней.
Капитана затягивало внутрь этой паутины.
Он попал в просторное помещение с низким потолком. Стены из тесаного камня покрывали темные потеки воды и белесые пятна лишайников. С ними соседствовали мох и плесень. Справа и слева, почти под самым потолком, тянулись широкие горизонтальные щели, служившие здесь окнами. Стекол не было. Из окон-щелей в помещение, змеясь по стенам и потолку, спускались стебли многочисленных ползучих растений. Каменный пол устилали засохшие листья.
Пахло морем. Оно шумело где-то поблизости. Пронзительно кричали чайки.
У Парана упало сердце. Такого он не ожидал.
«Ну и куда я попал? Это же не другой мир. Мой собственный».
Впереди на возвышении стоял трон. Он был вырезан из цельного ствола красного дерева и даже не обструган. С боков виднелись куски коры. Вокруг коры плавали тени, проникая в глубокие борозды и выныривая оттуда, чтобы раствориться в сумраке дальнего конца помещения.
«Вот он, Престол Тени. И находится он не в каком-то далеком, забытом Владении. Он здесь… вернее… в моем мире. Маленький, выщербленный осколок Куральда Галейна… Тисте эдур хотят его найти. Стараются изо всех сил, бороздят моря, разыскивая это место. Откуда я это знаю?»
Паран шагнул вперед. Над троном яростно взметнулись потревоженные тени. Капитан сделал еще один шаг.
— Трон, ты ведь что-то хочешь мне сказать. Я угадал?
Капитан поднялся на помост, протянул руку. Над ним заклубились тени.
«Пес — и не Пес! Кровь — и не кровь! Управитель — и смертный!»
— Успокойтесь, тени. Лучше расскажите мне об этом месте.
«О плавучем острове? Он не странствует! Убегает! Да. Детей коснулась порча. Души тисте эдур отравлены! Буря безумия — мы спасаемся бегством! Защити нас, Пес-не-Пес! Спаси нас — они идут!»
— Плавучий остров? Неужели Дрейфующий Авалий, что находится к западу от Квон-Тали? А я думал, когда-то на этом острове жили тисте анди.
«Они поклялись нас защищать! Дети Аномандера Рейка — они ушли! Ушли, оставив кровавый след. Они увели с собой тисте эдур, жизнями которых не дорожили, как и своими собственными. Где Аномандер Рейк? Они взывают к нему, неумолчно взывают! Они молят его о помощи!»
— Похоже, сейчас он занят совсем другими делами.
«Аномандер Рейк, Сын Тьмы! Тисте эдур поклялись уничтожить Матерь Тьму. Ты должен предупредить его! Отравленные души, ведо́мые тем, кто был сотни раз убит. О, берегись этого нового императора тисте эдур, этого Тирана Боли, Владыки Полуночного Прилива!»
Паран вынырнул из теней. Он шагнул назад, спустившись с помоста. По лбу, щекам и спине малазанца струился пот. Его трясло от непонятного, почти животного страха.
Едва сознавая, что делает, капитан закружился на месте. Вместе с ним закружилось и помещение с замшелыми стенами. Со всех сторон наползала тьма, которая вдруг превратилась в нечто еще более темное.
— Бездна… — прошептал Паран.
Он стоял на равнине, полной каких-то обломков и мусора. Над головой простиралось бесцветное небо. Справа доносились скрип и скрежет огромных деревянных колес, лязганье цепей и грохот бесчисленных шагов. Воздух был наполнен густыми испарениями страданий, угрожавшими задушить Парана.
Стиснув зубы, он двинулся в сторону этих жутких звуков.
Впереди показались призрачные фигуры в лохмотьях. Они шли прямо на него. Согнув спину, несчастные тянули цепи. А позади, на расстоянии сотни шагов, катилась невероятной величины повозка, наполненная корчащимися, отчаянно извивающимися телами. Ее трясло и шатало на камнях. Иногда повозка скрывалась в тумане, но тут же появлялась опять.
Паран шагнул ей навстречу.
— Драконус! — позвал он. — Где ты, Драконус?
Узники на мгновение подняли голову. Лиц под капюшонами было не различить. А затем головы склонились вновь. Все, кроме одной.
Паран устремился к тому, кто смотрел на него. Несчастные вокруг бессвязно бормотали, всхлипывали, взывали к богам или просто тупо брели, спотыкаясь на каждом шагу. Никто не пытался помешать капитану. Паран догадался, что пленники Драгнипура уже успели о нем позабыть.
— Привет тебе, смертный, — сказал Драконус. — Иди рядом со мной.
— Я искал Аномандера Рейка.
— А нашел его меч. Чем я вовсе не опечален.
— Да, Драконус, я говорил с Ночной Стужей, но не пытайся меня расспрашивать. Когда я приму решение, ты первым узнаешь обо всем. А сейчас мне нужно поговорить с Рейком.
— Конечно, — ответил древний воин. — Тебе нужно с ним поговорить. Растолкуй ему всю правду, смертный. Аномандер слишком милосерден, чтобы владеть Драгнипуром. Положение становится отчаянным.
— О чем ты говоришь?
— Драгнипур постоянно нуждается в пище. Взгляни на нас. Когда у кого-то кончаются силы и он уже не может волочить свою цепь, его бросают внутрь повозки. Думаешь, там наступает избавление от тягот? Ошибаешься. Пленники валяются там бездыханными. Их придавливает телами собратьев по несчастью, а тех — другими телами, и все оказываются навеки погребенными. И чем больше узников в повозке, тем тяжелее становится нам — тем, кто еще в состоянии тянуть цепи. Теперь понял? Драгнипур нужно кормить. Нам нужны… свежие ноги. Скажи Рейку: он должен обнажать меч. Должен забирать души. Желательно самые могучие. И ему необходимо начать делать это как можно скорее…