Память льда

— Боги милосердные! — воскликнул он. — Это всего лишь память улиц и домов. Воспоминания, витающие в воздухе. Все эти души ушли через врата Худа, тут никого нет.
— Ты прав, маг, — подтвердил Таламандас, неподвижно сидевший на его плече. — Но что здесь случилось? Кто забрал всех этих мертвецов?
— Они как будто унеслись на крыльях смерти. Но все они получили благословение, и их путь окончился. Может, им помог Совет масок?
— Сборище этих дурней? — презрительно сплюнул Таламандас. — Не смеши меня.
Помолчав, Быстрый Бен шумно вздохнул:
— Капастан еще может возродиться. Честно сказать, прежде я в этом сомневался. Что дальше? Двинемся вместе с призраками?
— А нужно ли?
Не ответив, чародей шагнул вперед. Неупокоенные караульные — в недавнем прошлом стражи Домина и урды — казались темными сгустками, этакими пятнами, пачкающими Путь Худа. Быстрый Бен их не боялся; они его просто не видели. Что касается двух некромантов, то одного из них тоже можно было не опасаться. А вот второй внушал магу вполне оправданное беспокойство, поскольку мог призвать себе на подмогу любых демонов.
Быстрый Бен миновал ворота. Пространство внутреннего двора было свободным от тел, хотя плиты почти везде покрывал густой слой запекшейся крови.
— Я чую опасность… — прошептала фигурка на плече.
Перед крыльцом распластался демон-сиринт. Сперва тени от навеса скрывали его, но затем демон шевельнулся, представ во всем своем уродстве. Тело, покрытое пупырчатой, как у жабы, кожей; широкая приплюснутая голова, почти целиком состоящая из челюстей и зубов. Своими размерами сиринт превосходил самца бхедерина. При всей своей внешней неуклюжести и неповоротливости эта тварь была способна на молниеносный прыжок. Этого бы вполне хватило, чтобы опрокинуть и подмять под себя Быстрого Бена и Таламандаса.
Человечек из прутиков и веревочек испуганно заверещал.
Быстрый Бен проворно отскочил в сторону, успев открыть поверх Пути Худа еще один магический Путь. Его окутало струями горячего воздуха, пронизанного янтарно-желтым светом.
Демон рванулся вперед, затем вновь распластался на брюхе. Чародей скользнул в Путь Худа, поддразнивая демона. Тот заскулил, однако едва шевельнулся. Его сдерживал железный ошейник, соединенный с цепью, которая тянула огромную тварь назад.
— Надо же, как тебя заарканили, приятель, — сказал Быстрый Бен, когда демон жалобно взвизгнул. — Послушай, сиринтское чудище, давай заключим сделку? Ты пропустишь меня в дом, а я сломаю твою цепь, и тогда ты сможешь убраться восвояси. Согласен?
Демон застыл. Потом у него поднялись веки, обнажив огромные светящиеся глаза. В мире смертных эти глаза казались огненными. Здесь же, внутри магического Пути Арала Гамелона, они выглядели почти кроткими.
«Почти. Не позволяй себя одурачить, дружище Бен. Ты и моргнуть не успеешь, как демон оттяпает тебе половину туловища».
— Так ты согласен? — повторил маг.
Демон переместился вбок и вытянул шею. От ошейника, покрытого письменами, и от цепи исходила магическая сила.
— Мне нужно получше рассмотреть твою удавку, — пояснил Быстрый Бен. — Только попрошу без фокусов. Путь Худа по-прежнему открыт.
— Этого недостаточно, — испуганно пискнул Таламандас. — Неупокоенные стражники все-таки заметили нас.
— Нам должно хватить времени, — успокоил его маг. — Особенно если ты закроешь рот.
Он шагнул к демону:
— Предупреждаю тебя, сиринтская тварь. Если только ты вздумаешь броситься на меня, я накину тебе на шею вторую цепь и закреплю ее здесь, внутри Пути Худа. Ты навсегда останешься между двумя Путями. Ты будешь мечтать о смерти, а она не придет за тобой. Понял?
Демон вновь скрипуче запищал, но остался неподвижным.
— Вот так-то лучше.
— Не делай глупостей, маг!
Не обращая внимания на отчаянные вопли своего спутника, Быстрый Бен подошел к демону сбоку. Он знал: достаточно молниеносного поворота головы, и верхняя часть туловища вместе с Таламандасом останется в пасти сиринта. Но отступать было поздно. Чародей сосредоточился на письменах:
 
— Хитро тебя заарканили, приятель. Чтобы сломать цепь, нужно найти всего одну верную строчку. Вот только какую?
— Ты можешь поторопиться? — снова запричитал Таламандас. — Стражники приближаются. Слышишь?
— Твои вопли, Таламандас, ничего не изменят. — Быстрый Бен продолжал вглядываться в письмена. — Любопытно. Давно не видел магических надписей на языке корелри. Их уже сотни лет никто не применяет… Разгадка не такая уж и хитрая. — Он пробормотал несколько слов, затем провел ногтем большого пальца по одному из многочисленных знаков. — Сейчас я изменю смысл заклинания.
Ухватившись за цепь по обе стороны от нужного знака, Быстрый Бен с силой дернул ее. Звенья лопнули.
Разинув пасть, демон бросился на мага. Таламандас завопил от страха, однако Быстрый Бен успел вернуться на Путь Худа. Он упал, оцарапав плечо и едва не смяв крошечного человечка.
И в следующее мгновение в ужасе замер. Они были окружены темными размытыми фигурами, которые неподвижно стояли там, где совсем недавно видели добычу. Хорошо еще хоть Таламандас держал рот закрытым. Припав к полу, Быстрый Бен прошмыгнул между двумя неупокоенными караульными и остановился возле крепких дверей особняка.
— Ну зачем ты все это затеял? — возобновил свои причитания человечек из прутиков и веревочек.
— А ты, похоже, совсем не любишь развлечения, — посетовал маг.
Входные двери особняка не были заперты. Быстрый Бен скользнул внутрь и закрыл за собой створки. Тихий стук защелки прогрохотал в алькове подобно оглушительному раскату грома.
— Ну что, и по какому магическому Пути мы двинемся теперь? — спросил осмелевший Таламандас.
— О, да ты, как я посмотрю, проникся духом приключений!
— На твоем месте я был бы поосторожнее со словом «дух».
Улыбнувшись, Быстрый Бен закрыл Путь Худа.
«Ты мог бы и сам догадаться, — мысленно обратился он к Таламандасу. — Я давно не странствовал по магическим Путям. Захотелось поупражняться. И потом, мне нужно было проверить, насколько твои слова соответствуют действительности. Пока что ты меня не подвел. Я доволен: ты и впрямь умеешь сдерживать яд, разлитый Увечным Богом».
Подойдя к ближайшей стене, чародей уперся руками в прохладный камень.
— Д’рисс — Путь Камня. А ты умен, смертный, — хихикнул Таламандас.
Быстрый Бен открыл магический Путь и скользнул внутрь стены. Д’рисс таил в себе некоторые сложности. Собственно, камень сопротивлялся магу не больше, чем поток воды. Сложнее было со скрепляющим раствором: тот оказался таким вязким, что Быстрому Бену казалось, будто он продирается сквозь паутину. Дело осложняли и чересчур тонкие стены, заставлявшие его лавировать туда-сюда.
Дом был построен в даруджийском стиле, отличавшемся строгой симметрией. В таких зданиях главное помещение первого этажа почти всегда располагалось посередине. Обычно это был зал с высоким сводчатым потолком, тянущимся едва ли не до самой крыши.
Быстрый Бен видел лишь серые очертания комнат. Нет, они не были мертвыми; просто тут действовали иные законы.
«Камень знает кровь, но не может ее удержать. Камень жаждет жизни, однако способен лишь подражать ей» — эти слова принадлежали одному скульптору и архитектору, несколько веков назад жившему в Унте. Они очень верно описывали сущность Д’рисса. И плоть Спящей Богини — тоже.
Завернув за угол, Быстрый Бен наконец-то увидел главный зал.
Хозяин дома лежал вблизи очага на диване и читал книгу. Какой-то пожилой мужчина — скорее всего, слуга — чуть слышно бурчал себе под нос, пытаясь оживить тусклые розоватые языки пламени. По каминной полке расхаживала взад-вперед какая-то птица. Кажется, ворона.
Не отрываясь от чтения, хозяин отдавал распоряжения слуге. Камень приглушал его слова, делая их монотонными.
— Эмансипор, после того как ты расшевелишь этот дурацкий огонь и заставишь его гореть самостоятельно, пойди вели караульным занять свои прежние места вдоль стены. Нечего им толпиться во дворе. Так они никого не отпугнут и не удержат от поползновения проникнуть внутрь.