Другие (СИ)

Чуть позже открыла глаза и оглянулась вокруг. Стало настолько светло, что было видно каждую травинку на поляне. Она посмотрела на дядю. Тот стоял рядом, не отрывая своих глаз от неё, а по щекам текли слёзы…
- -
Прошло еще несколько секунд и свет исчез.
Как Белому показалось, этот венок из света втянулся в голову девочки.
Он стоял потрясенный увиденным и не мог сделать ни одного движения. Его тело словно окаменело, а когда венок исчез, и стало вновь темно, он, от усталости, буквально упал на колени. Перевёл дыхание. ТАКОГО результата он совершенно не ожидал. Единственное, что у него крутилось в голове, это было одно — Предки приняли девочку в свой КРУГ. Приняли как равную себе. Он посмотрел перед собой…
… На камне-алтаре не было ни свечи, ни венка…
  
Глава 15
 
— Что с тобой, дядь? Тебе плохо?
Катя подскочила к Белому и попыталась помочь ему встать.
— Давай я помогу тебе вернуться к палатке. А то ты можешь упасть. Ты и так себя плохо чувствуешь. Обними меня и пойдём.
Белый встал. Посмотрел с высоты своего роста на ребёнка и улыбнулся.
— Маленький ты мой котёнок. Спасибо тебе за помощь. Ты очень добрая и заботливая девочка. Но посмотри на меня и на себя. Как же ты мне поможешь?
А Катя, совсем не пряняв его шутливого тона, твёрдо стояла на своём.
— Ты мне помогал, спасал меня! А сейчас отказываешься от моей помощи? Так неправильно. Так не честно.
Белый, терпя боль в своём теле, подхватил девочку, поднёс её личико так, что бы их глаза были на одном уровне.
— Милая моя. Поверь. Я всё ценю, что ты для меня делаешь. Ты стала мне за эти дни очень близкой. Сасибо, Солнышко, за то, что ты есть.
И Белый стал покрывать поцелуями всё лицо девочки.
Та терпела долго, а потом, оттолкнув от себя лицо Белого, сделав строгое лицо, заявила. — А кто тебе опять разрешил без спроса целовать меня, а? Мы же договаривались. А ты…
— Прости, малыш. Но ты сейчасс такая красивая. Такая милая и родная…
Катя, не отрывая глаз от лица Белого, поманила его пальчиком правой руки, что бы тот приблизил лицо.
Они, буквально касаясь друг друга носами, смотрели в глаза друг друга.
— Дядя Белый. Я хоть и люблю тебя очень, но слюнявить себя тебе не дам. Я разрешаю тебе поцеловать меня всего один раз. Вот сюда — и Катя показала пальчиком на щёчку.
— Спасибо, милая, что позволила, — с улыбкой, очень нежно и мягко, Олег прижал свои губы к указанному месту.
А Катя, скосив глазки, проконтролировала его поцелуй, а потом, со всей силы схватив того за шею, прижалась к нему и сама целовать дядю в нос.
Через несколько секунд, покинув капище, оба прижались друг к другу и Белый медленно побрёл по тропинке к палатке.
* * *
Уже расстёгивая полог, он увидел, как девочка в его руках обмякла, готовая погрузиться в сон.
— Катюня. Давай ты сейчас поспишь, а я немного позже тебя разбужу. Ты и правду не пожалеешь того, что увидишь.
— Хорошо, — чуть слышно сказала девочка и мгновенноо уснула.
Олег аккуратно положил своё сокровище на кровать, осторожно сняв с неё сарафан и, растегнув спальный мешок, поместил туда маленького тельце. Сверху накрыл ещё и одеялом, а потом тихо и аккуратно проскользнул в свой отсек.
Покопавшись в рюкзаке, достал заветную фляжку. Откинув крышку, сделал прямо из горлышка глубокий глоток. Жидкость огнём скользнула по горлу и провалились вниз.
Белый впервые не стал соблюдать дозировку. По правилам надо было выпить пять — шесть капель, предварительно расстворив в воде, кофе или чае. Но сегодня он понимал, что ему нужны силы закончить то, что он должен был сделать.
Переодевшись в обычную одежду, скрутил свои рубаху и штаны и Катин сарафан, в которых они были на капище, и вышел из палатки, плотно закрыв дверь.
Подошёл к костру. Кинув в огонь несколько поленьев, положил сверху свёрток с ненужной одеждой.
 
— Думаю, что в моей жизни это больше не пригодится — произнёс тихо Олег и пошёл к лодке.
* * *
Спустившисье к озеру, опустил обе лодони в воду и прошептал.
— Руся, милая, ты нужна мне…
Внезапно для него, из-за спины раздался мягкий голос.
— Наконец-то я услышала, что тебе нужна.
— Милая, ты мне всегда нужна, и спасибо, что пришла.
— Я и не уходила отсюда с ночи. Что ж ты творишь, мерзавец? Ты чуть не ушел. Оставалось совсем немного… Почему не думаешь о тех, кто нуждается в тебе? — И Руслана заплакала.
— Руся, лада ты моя. Я тогда не чувствовал ничего. Вообще ничего. У меня была одна цель — убрать из тела девочки тот «крюк», который и призывал беду на их род.
Руся молчала, закрыв глаза руками, и тихо плакала.
— Прости меня. Прошу. Знаю, что виновен перед тобой. Знаю также, что ты осмелилась пойти против ЗАКОНА и вмешалась, когда я терял себя.
— А что мне оставалось делать? Ты умирал. Я не думала о себе в тот момент. Просто, находясь рядом, пыталась отдать тебе все свои силы, которые были во мне.
— А если бы ТЫ из-за меня ушла? Как Я бы жил? Ты об этом подумала?
Белый встал и, сделав шаг, схватил Руслану и прижал к своей груди.
— Прости, но нам надо жить. Рано ещё уходить. Осталось много-много дел.
Руслана посмотрела ему в глаза и спросла.
— А можно я сейчас лягу тебе на колени?
Олег сел на борт лодки, освобождая из обътий красивое тело.
— Ложись, и устраивайся как тебе будет удобно.
Та мгновенно свернулась калачиком, положив свою голову на колени мцжчины.
Белый запустил руку в густые волосы, гладя свою подругу по голове. Потом наклонился и поцеловал её сначала в глаза, а затем и в губы.
— Спасибо тебе за жизнь, милая.
— Пожалуйста, любимый, но заслуга в том не моя. Я немного придержала тебя, а потом твоя девочка…
— Что там было? Можешь рассказать подробнее? Я помню всё только фрагментами.
— Твоя воспитанница очень сильна.
— Сильна?
— Не перебивай, пожалуйста. Я и так сейчас не могу привести свои мысли в порядок.
— Может быть, тогда сядешь рядом? — с улыбкой спросл Олег.
— НЕТ!!! — Руслана обхватила его поясницу руками и прижалась со всей силы к коленям. — Прошу, не прогоняй.
— Я не гоню. Но хотел бы услышать от тебя более связанные слова. А то, смотрю, ты совсем…
Руслана повернулась на живот и уткнулась своим подбородком в колени Олега.
— Вначале я видела, как ты со стонами вынимал из девочкм комки чего-то серого и красного цвета и старался всю эту грязь складывать аккуратно в какую-то миску.
— В котелок?
— Какая разница как я это назвала. Это была страшная для меня ночь…
— Руся, соберись, пожалуйста.
— …Немного позже увидела, как ты что-то сунул в рот и потянулся за какой-то банкой. Открыл её, выплюнул туда изо рта и вновь закрутил крышку, отбросив от себя подальше. Лёг назад, вновь положив малыша сверху. Тут появились твои предки. Сначала шесть, потом еще три. Они встали вокруг тебя, но я понимала, что не все они пришли…
Вы оба мерцали и до этого, но тут, не прошло и мгновения, как девочка стала погружаться в тебя. Вы почти слились, и я… почувствовала сердцем, что ты уходишь. Выскочила из воды, подбежала и стала тащить ребёнка из тебя. Мне удалось её пробудить. Твоя подопечная, открыв глаза, увидела, что ты уже почти не дышишь, перевернулась к тебе лицом и страшно закричала…
Руслана замолчала, словно вновь переживая те мгновения.
— …Милый, мне стало просто страшно. Это был даже не детский крик, а какой-то вой дикого зверя. Она в тот момент ничего не видела. Просто ужасно испугалась. Не за себя — за тебя. А потом…. Был ПРИЗЫВ. ТАКОЙ силы, что меня согнуло, а твои бабки попадали на задницы. И, не прошло и мгновения, как тех вокруг стало уже двенадцать. Я лишь успела вновь схватить девочку и отнести её наверх, положив в кровать. Вернулась к тебе, попыталась опять коснуться тебя, но кто-то из твоих предков меня схватил грубо за шею и отбросил метров на двадцать в воду. Когда я немного пришла в себя, увидела, что они, взявшись за руки, медленно двигаются вокруг того места, где ты лежал. И тихо что-то пели. Это продолжалось совсем недолго, а потом раздался тихий хлопок, как в ладоши, и все исчезли. Минут через пять ты и сам поднялся из воды и пошёл наверх.