Мой упрямый принц (СИ)

– Я не знаю, – прошептала я. – Лер, как я его исцелю? Я же не люблю Сизмунда, он не член моей семьи, он даже не мой друг. Ну, то есть… это же Сизмунд!
– Это я.
Лицо Лера было очень спокойно. И серьёзно.
– Это я, – просто сказал он. – Там, в спальне, на постели умирает мой брат, которого у меня не было больше двадцати лет. Мой друг, который никогда не был им, но мог бы стать. Часть… – он запнулся. – Часть моего сердца. И я не могу дать ему уйти. Я держу его и не хочу отнимать руку. Ради него я сцеплюсь с королевой-матерью, наплюю на риск и пойду на многое. – Лёгкая, едва заметная улыбка. – Даже на наглые поцелуи. И нет, я не собираюсь расписывать в деталях, как я им учился.
– А мне неинтересно, – хмыкнула я.
– Конечно-конечно.
Наши взгляды встретились.
– Пожалуйста, – просто сказал Лер. – Ты вернёшь к жизни нас обоих.
«Если ты исцелишь его, ты воскресишь меня», – говорили его глаза. И его губы тоже.
Проклятый манипулятор! Он ведь не целовал меня искренне… да? И даже если он скажет, что всё было по-настоящему, я ему не поверю. Слишком сильно он хочет, чтобы я полюбила его хотя бы на пару часов. Чтобы я стала такой же, как Сюзи, влюблённой по уши и готовой ради своего интригана-возлюбленного на всё, пусть даже это чувство не взаимно!
Я глубоко вздохнула. Выдохнула.
– Хорошо, сейчас я схожу за телассой, а потом мы пойдём и спасём твоего брата, – твёрдо сказала я. – Но учти, я тебя не люблю, так что оставь в стороне эти свои штучки, будь добр. Я не Сюзи, и мне голову не заморочишь.
Глаза Лера на миг заискрились весельем. «Правда? – ехидно спрашивали они. – Даже ещё одним поцелуем?»
Но я лишь гордо отвернулась.
Глава 22
Даже если бы Лер задался целью проникнуть в покои брата в самый неподходящий момент, он не смог бы подобрать времени хуже.
Её величество нависала над стоящей Сюзи, как военный корабль в бурю – над утлой шлюпкой. Довершал картину эскорт из четырёх фрейлин, уже надевших тёмно-синие траурные платья, и Розали, скрестившей руки на груди с таким видом, будто она с радостью уложила бы Сюзи в гроб прямо сейчас.
Не рановато ли королева-мать решила достать похоронные наряды?
Мы с Лером замерли поодаль от дверей, полускрытые золочёными створками. Стоило сначала разведать обстановку.
– Вы не смеете сидеть здесь всем напоказ, да ещё и без подобающего сопровождения, – ледяным тоном цедила королева-мать. – Вы поняли меня?
В глазах Розали сверкнула радость. Похоже, любимица её величества решила призвать подкрепление. И ей это удалось.
– Я не могу, ваше величество, – глухо сказала Сюзи. – Я останусь здесь.
– Хотите, чтобы я приказала выгнать всех из приёмной и закрыть двери?
– Тогда, – Сюзи сглотнула, – я буду сидеть перед любой комнатой, которую вы закроете или запрете.
Она вскинула голову.
– Но я не уйду.
– Наглая дрянь, – еле слышно прошептала Розали. – Да как ты смеешь!
Фрейлины переминались, явно чувствуя себя неловко. Её величество взглядом приказала всем замолчать и не двигаться.
– По всему дворцу шепчутся, осуждая ваше поведение, княжна, – жёстко продолжала королева-мать. – Я не желаю, чтобы они думали лишнее о вас и о моём сыне! Он готов был стать королём, а вы – вы ему не пара!
Я почувствовала, как сердце застучало быстрее. Значит, у Сюзи появились союзники во дворце! Её поведение одобряют и принимают, видя, как она любит принца! И, похоже, о Розали так отнюдь не говорят, иначе её величества не было бы здесь.
Розали кашлянула.
– Ваше величество, обе княжны были там, когда это произошло, – вкрадчиво произнесла она. – Стоит выяснить, какова была их роль в этой трагедии. Не сомневаюсь, мы с вами узнаем много интересного.
Сюзи молча стояла, глядя перед собой.
Её величество поморщилась, явно видя, что угрозы не имеют эффекта. Сцена публичного унижения получалась чересчур тихой и блёклой.
Но не погонит же она Сюзи отсюда силой?
– Отправляйтесь в свои покои, княжна, – с нажимом сказала королева-мать. – Немедленно! И учтите, неповиновения я не потерплю.
 
– Спасибо, ваше величество, – тихо, но очень чётко проговорила Сюзи. – Но я не нуждаюсь в вашем внимании.
Я чуть не присвистнула. Мне показалось или моя младшая сестрёнка только что послала королеву-мать куда подальше?
Розали открыла рот. Я покосилась на Лера. На его изумлённое лицо стоило посмотреть. Ну да, они же не видели, какой упрямой может быть Сюзи, когда отстаивает что-то важное для себя.
Её величество поперхнулась.
– Одно моё слово, наглая девчонка, и ты покинешь двор, – зловеще произнесла она. – И, пожалуй, я скажу это слово прямо сейчас.
Я глубоко вздохнула. Сейчас или никогда! Надо спасать Сюзи. И… и Сизмунда тоже.
Но младший принц, стоящий рядом со мной, успел первым.
– Довольно, – тихо сказал Лер.
Её величество резко повернулась к нам.
– Ты, – процедила она. – Убирайся немедленно.
Лер покачал головой.
– Я пришёл к брату.
Королева-мать усмехнулась.
– Вся стража в этом крыле дворца предупреждена, чтобы ты шагу не посмел ступить внутрь. Дальше приёмной ты не пройдёшь. – Она кивнула на стражников. – И они это прекрасно знают.
– Правда?
– О да. – Королева-мать оскалилась. – Может быть, ты и вышел сухим из воды, но второй раз к моему сыну я тебя не подпущу. Чтобы ты довершил свою работу, убив законного короля?
Она сделала жест, и четверо стражников сдвинулись, перекрывая дверь. Сзади раздалось какое-то движение, и я с холодком увидела ещё четверых – и моего старого знакомца Гарена, отвесившего мне издевательский поклон.
Розали торжествующе улыбалась, стоя за спиной королевы. «Не пройдёте», – говорил её взгляд.
Я глубоко вздохнула. Неужели у нас нет другого выхода, кроме?..
Кроме моего признания.
Я решительно шагнула вперёд.
– Я вылечила раны принца Лерео с помощью королевской травы. – Я вскинула голову. – Так же, как это делали короли древности. Я унаследовала этот дар от дяди, а его дар, думаю, идёт от самой принцессы Беатрис. И сейчас листья телассы вновь у меня с собой. – Я обвела взглядом зал. – Вы хотите, чтобы я попыталась излечить вашего принца? Или позволите ему умирать на руках лекарей, как умерла когда-то Эстер Рист?
Лицо королевы-матери гадливо исказилось. Фрейлины ахнули.
– Да как ты смеешь произносить это имя! – с отвращением произнесла Розали. – Здесь, при её величестве! Ты хотя бы знаешь, кто эта женщина?
– Да, – прозвучал ровный голос Лера. – Моя мать.
Розали бросила тревожный взгляд на королеву-мать. Но та уже оправилась от удара.
– Нам не нужно ваше шарлатанство, – холодно бросила она. – Я не пущу к сыну ни тебя, ни тем более твою деревенскую знахарку! Мои люди преданы только мне, и, пока я стою здесь, ты не пройдёшь!
Настала моя очередь кинуть на Лера тревожный взгляд.
Лер долго молчал, глядя на королеву-мать, будто принимая какое-то решение.
Наконец он усмехнулся.
– «Я сделаю всё, чтобы они не помирились», – медленно произнёс он, обходя королеву-мать по кругу. Та вдруг побледнела.
– О чём ты говоришь?
Розали смотрела на них непонимающим взглядом.
– «Этот мерзавец раскрыл план Розали соблазнить моего сына, когда она почти уже стала королевой! Я думала, он не вмешается, позволит всему течь своим чередом, но как он посмел? Зачем ему было защищать брата? Если он только действительно не хотел помочь, но тогда…»
У королевы-матери был такой вид, словно она вот-вот завизжит.
– Хватит пороть чушь и притворяться фокусником, – произнесла она нетвёрдым голосом. – У твоего отца был дар, а ты лишь жалкий лжец. Бессмысленная пародия. Тебе никто не поверит!
– «Никто, никогда, не смей, остановись, мерзкая тварь!»
Фрейлины расступились, прижавшись к стенам. Даже Гарен сделал шаг назад.
– «А Сизмунд пошёл ему навстречу, легковерный идиот! – безжалостно отчеканил Лер. – Если он откроет глаза и распахнёт Лерео объятья, как знать, чем всё кончится?»