Мой упрямый принц (СИ)

– Ты вообще понимаешь, что будет, если нас тут застанут вдвоём? – поинтересовалась я.
– Ах да. – Лер неохотно поднялся. – Стоит немного перестраховаться.
– «Немного»?
Не удостаивая меня ответом, он гибко встал, потянулся, – и вдруг согнулся пополам, охнув.
Я тут же бросилась к нему, поддерживая под локоть.
– Эй, ты же ещё не выздоровел!
– Мне лучше знать, – отрезал Лер.
– Да ну? – Я фыркнула. – Держу пари, прочитай я твои мысли, увидела бы совсем другую картину.
Лер обречённо вздохнул и достал из кармана ключ со сложной фигурной резьбой.
– Закрой дверь. Она очень плотная, так что нас никто не услышит.
Я покачала головой:
– Сначала ты сядешь обратно. И, кстати, если ещё хоть раз назовёшь меня дровосечкой, я тебе отомщу.
Лер разом напрягся, но позволил мне усадить его в кресло.
– Как отомстишь? – очень спокойно спросил он.
– Да уж найду как, – хмыкнула я и подошла к двери. – Выйду за твоего брата, например.
– Вот уж он будет счастлив, – пробормотал Лер.
– Даже не сомневаюсь, – подтвердила я. Ключ провернулся дважды, и я бросила его Леру, который тотчас его поймал. – Слушай, а если сюда кто-нибудь придёт?
– В три часа ночи? – поднял бровь Лер. – Захочет приобщиться к знаниям?
– Ну вдруг тут тоже есть книжки с интересными картинками?
Мы уставились друг на друга. В животе вновь предательски заурчало.
Я с намёком уставилась на Лера. Тот вздохнул.
– Ты очень выразительно думаешь.
– И?
– Поесть тут особенно нечего. Но если ты заглянешь в буфет, может, и найдёшь что-нибудь. Прислуге было приказано проследить за тем, чтобы гости не оставались голодными.
– Плохо же они следили за нами с Сюзи, – огрызнулась я. – Ни второй горничной, ни нормального ужина.
– Возможно, касательно вас у них был отдельный приказ от королевы-матери. – Лер смерил меня холодным взглядом. – Она не любит слишком независимых барышень. Кстати, как тебе роль королевской невесты?
Вместо ответа я подошла к бару. Вазочка с джемом, полупустая сырная тарелка, накрытая хрустальным колпаком, тонкие ломтики поджаренного хлеба и початая бутылка хереса.
– Ты пьёшь? – спросила я, не оборачиваясь.
– А какого ответа ты от меня ждёшь? «Нет-нет, никогда»? Или «пью похлеще твоего папочки, просто ты об этом не знала»?
Я чуть не выронила сыр из рук. За спиной Лер издал смешок.
– Неужели не догадываешься, каким будет ответ, королевская невеста?
Но я уже догадалась.
– Ты нарочно изображаешь из себя никчёмного бездельника, собирающего мерзкие сплетни, а возможно, и пьяницу тоже, – произнесла я. – Если есть возможность продемонстрировать любовь к вину, ты это тоже делаешь. Потому что ты боишься. Верно? – Я повернулась к Леру. – Боишься публично раскрывать свой дар. Боишься, что тебя признают опасным. И боишься, что тебя убьют.
Лер секунду смотрел на меня. А потом коротко, невесело рассмеялся.
– Нет, ты серьёзно? Убьют единственного наследника Каледонской ветви, унаследовавшего королевский дар во всей полноте? Ни у Сизмунда, ни у Вейнара нет даже крохи моего дара.
– Но тебя всё же ранили. И очень серьёзно.
– Превратности судьбы. – Лер пожал плечами. – Сизмунд не хотел этого, конечно. Приказ моего брата звучал так: «Поймайте, но не смейте его убивать или калечить». А вот её величество добавила: «Убейте, но поймайте», – и мои преследователи выбрали второе. Я очень ретиво убегал, знаешь ли.
– Улепётывал, ты хочешь сказать.
Лер смерил меня взглядом, но возражать не стал.
– Королева-мать хотела тебя убить, – тихо сказала я.
– Я вырос и стал серьёзным претендентом на престол. И когда она поняла, что я сбежал и могу поднять восстание, это её так испугало, что она совсем потеряла голову.
– Думаешь, она повторит свою попытку?
– Вряд ли. Думаю, после сегодняшней нашей беседы Сизмунд ей запретит.
– Но тебя могли убить, – подчеркнула я. – Запросто. И ещё могут.
– Не могут, – устало сказал Лер. – Даже мой брат никогда не будет таким идиотом.
– Но всё же ты попытался сбежать от этого идиота, рискуя жизнью, – негромко сказала я. – Почему?
 
Лер обвёл рукой библиотеку.
– А это не очевидно?
Огонь уютно потрескивал в камине. Книги, за право прикоснуться к которым многие отдали бы душу. Прекрасная мебель, роскошь, высшее общество, превосходное вино…
И тюрьма, сбежать из которой невозможно.
– Что ж, – произнесла я вслух, – ты хотя бы попробовал.
Молчание было мне ответом.
Я намазала два поджаренных кусочка джемом и положила их на тарелку рядом с кусочками сыра. Херес, подумав, я решила оставить кому-нибудь другому.
Потом я пересекла комнату и плюхнулась в соседнее кресло. Ну ладно, помолчим.
Вот только с моей-то стороны никакого молчания не будет. Каждая мысль отпечатается у Лера в голове. Мои кулаки сжались сами собой. Вот предатель!
– Ты мне врал, – вырвалось у меня.
– Да.
– Ты всё время читал мои мысли!
– Да.
– И не признался. Даже не намекнул!
Поднятая бровь была мне ответом.
– И как, по твоему предположению, это выглядело бы? «Я – беглый брат короля, и всех, кто способствовал моему побегу, ждёт опала и тюрьма. Как ты к этому относишься?»
– Ты поставил своё благополучие на первое место!
– Да. А ты поступила бы иначе?
Я молчала. Своё благополучие… я не знала. А вот судьбу сестры…
– Мог бы не выпендриваться с диадемой и чтением мыслей, там в избушке, – буркнула я. – Я вообще не узнала бы про твой дар.
Повисло молчание.
– Я переборщил, – неожиданно смущённо сказал Лер. – Мне было чудовищно плохо, я едва соображал… сама помнишь.
– И что уж там, ты хотел похвастаться, какой ты прекрасный и проницательный, – ехидно вставила я, вертя в пальцах кусочек сыра.
Лер смерил меня таким взглядом, что простая фрейлина мгновенно поджала бы хвост и выбежала из комнаты. Но я, повидавшая его без подштанников, лишь бесстрашно уставилась в ответ.
– Ты ведь сразу понял, кто я, – произнесла я. – Едва я сказала тебе своё имя.
– Имя моей матери. – На лицо Лера легла тень. – Конечно, я догадался.
Наступило молчание.
– Ты ведь совсем ничего о ней не знаешь, да? – тихо спросила я.
– Альбер рассказал немного. Но он редко бывает при дворе. Кто же оставит мне верного союзника?
Я закусила губу. Я надеялась увидеть Альбера, надеялась получить его поддержку, но, похоже, этому не суждено случиться. По крайней мере, не скоро.
– А дорогая матушка моего братца уничтожила всю память об Эстер Рист. – Лер прикрыл глаза. – Я даже не видел дом, где она росла. Я хотел поехать в герцогство, просил… но ты можешь догадаться, с каким успехом.
– Да уж, – пробормотала я.
Но Лер всё-таки сбежал, хотя за ним наверняка наблюдали. И из столицы в Йевер он уж точно ехал чуть ли не под конвоем. Как же он смог украсть коня и ускользнуть?
Лер усмехнулся, не открывая глаз.
– Я и не говорил, что это было легко.
– И твой брат ничего не заподозрил? Не понял? Не… почувствовал твои намерения?
Лер покачал головой:
– Сизмунд не видит чужие тайные помыслы. Можешь не бояться.
– Можно подумать, без дара он белый, нежный и пушистый, как первый снег, – буркнула я. – Твой братец – будущий король, и власти у него предостаточно.
Лер приоткрыл глаза. Теперь он смотрел на меня, и его взгляд был таким же холодным и безразличным, словно мы вновь стояли на приёме.
– В опасности, – раздельно проговорил он, – как раз ты. Всю правду о моём даре знают Сизмунд и его мать. Остальные думают, что я всего лишь проницателен, а заодно собираю «мерзкие сплетни».
– И больше никто не знает?
– Дар проявляется не в раннем детстве, а позже, когда ты более или менее умеешь держать себя в руках. Но даже тогда я бывал неосторожен. – Лер вздохнул. – Пошли слухи. Пришлось врать и говорить, что я подкупаю слуг, чтобы узнавать чужие секреты. И то понадобилось несколько лет, чтобы шепотки об «истинном принце» смолкли.