Лгунья (СИ)

- Кажется, мы все обсудили в лифте.
Она прошла через кабинет и положила на стол заявление. Он взял его в руки. Пробежался по нему глазами, отложил в сторону. Встал и приблизился настолько, что сократил между ними дистанцию до минимума. Так, что Забава, чуть колыхнувшись назад, отклонилась. А ее пульс подскочил до стремительного, по телу побежали мурашки, и рот наполнился слюной. Поцелуй? Тот, что был на днях. Или секс?
Алексей наклонился к ней и тихо произнес:
- Я не могу завести роман с собственной секретаршей.
Забава облизнула губы, пытаясь понять, что за чертовщина происходит. У них уже роман!
Алексей неторопливо и нежно взял девушку за подбородок двумя пальцами, рассматривая прекрасное лицо с идеальными чертами, роскошным цветом глаз и губами, призывно приоткрытыми, словно лепестки роз. Но в этот раз поцелуя не последовало.
- У тебя невероятно красивые глаза, - сообщил он, наблюдая на ее лице все оттенки изумления.
- Остановись, - предупредила Забава, сглатывая и глазами скользя по его лицу, гуляющему кадыку, видя пульсирующую венку на мощной шее, волнуясь еще сильнее.
- Я признаю, уволить подозрительную сотрудницу, допускающую сексуальное поведение на работе, посылающую босса нафиг, логично. Ты обижена. Но теперь я меняю маршрут, - тихо выговорил он, второй рукой властно притягивая ее за талию к себе.
Она замерла, пытаясь понять к чему все это.
- Всего лишь приглашение, - улыбнулся он, и в Алексее отразилась вся сила его намерений.
У Забавы от этой самоуверенности, неожиданно кончились сила воли и желание сопротивляться. Ведь он прав. И она та, кто хочет с ним все самое вкусное и лакомое, что он мог предложить. Только неожиданная перемена в его стиле поведения напрягала. Он, конечно, объяснил причину, и Забаве тут же захотелось в нее поверить. Жесткие, строгие моральные принципы, свойственны сильным мужчинам. Так бывает? Бывает же? И часть личности в ней развопилась «Так не бывает. Не бывает. Ты сама плохая девочка».
- Приглашение?
Руки Алексея напористо подтянули ее к себе, их бедра соприкоснулись. По ее телу разлилась жажда. Захлестнул грызущий аппетит попробовать запретный плод. Но ведь нельзя, нельзя. Это ему с секретаршами нельзя, а ей тем более нельзя быть с врагом клиента.
- Я приглашаю тебя к себе домой, познакомлю с семьей. С мальчишками.
Так приятны слова и действия мужчины, который казался таким привлекательным, совершенным. И странным, хоть и желанным.
- Я не могу, - прошептала Забава, отодвигаясь, сдвинула брови, рассматривая манящую шею в вороте рубашки. – Лечу домой. А теперь, когда ты меня уволил, дел еще больше.
От его рук, скользящих по талии, спине, от токов в теле, быстро сбилось дыхание. И мысли, те, что разумные и рациональные, покинули мостик сознания, отдав пульт управления чувствам и счастливым мечтам. Алексей ласкал девушку, горячо прижимаясь, подразнивая прикосновениями губами без поцелуев, наблюдая, как легкий румянец ползет по ее лицу. И очевидно все равно, что вокруг происходит.
- Не отказывай мне, - выдохнул он, заставляя ее вспыхнуть от пьянящего желания. – Не хочу тебя отпускать.
Забава безуспешно попыталась выбраться из его объятий, сдаваясь на милость соблазну. Сердце готово было выскочить из груди, лелея внутри радость. А она внутренне взмолилась.
- Ты отказываешь, потому что кто-то есть? У тебя кто-то…
- Прошу, отпусти, - прошептала еще тише, севшим от взвинченности голосом, понимая, что происходит нечто неправильное.
Он не должен так менять курс, так наседать на нее и тем более предлагать свидание. И как бы ни хотелось им обратного, как бы тело ни кричало о желаниях, нужно уходить.
Алексей нехотя разомкнул руки, и Забава, шатаясь, отступила на шаг. Семейный круг замкнулся. Много лет назад ее род перебрался из Омска в Питер. За плечами осталась богатая история возведения зданий до Революции. После, будучи коммунистами, дедам приходилось выбирать между интересами семьи и партии. А когда все пошло прахом (после перестройки), так вышло, что ее отец, так же как и его отец, оказался востребованным теневой фигурой в нарождающейся экономике.
 
Отец делал все возможное, чтобы дети пошли не по новым семейным стопам. Дал им с братом хорошее образование. Тимуру инженерное, Забаве архитектурно-управленческое. Ему, как и деду, хотелось выйти из теневых международных структур, чьи цепкие щупальца имелись во всех крупных компаниях мира. Нет, это были приличные компании, занимающиеся консалтингом. Их имена всегда у всех на слуху: «Артур Д. Литтл», «Стоун энд Уэбстер», «Браун энд Рут», «Халлибертон» и «Бектел». В основном их сотрудники служили инженерами с разным допуском секретности или вообще без него. Но не все из них были лишь инженерами.
Если бы она только знала, во что ее втягивает Тимур, то дала бы ему чем-нибудь тяжелым по голове. Брат буквально поставил ее перед фактом того, что семье срочно требуется помощь. Более того, он взял предоплату, которая очень нужна была сейчас. А не потом.
Несколько лет назад, после смерти деда, отец попытался выйти из теневого консалтинга. Хотел вернуться к прежним родовым занятиям. Занялся строительством. Не срослось. А точнее, как сказал Тимур, пожав плечами, в таких организациях есть только «Вход». Табличка «Выход» висит на внутренней крышке гроба.
Отец влез в долги, и когда ситуация вышла из под контроля, свалился с инфарктом. Мама осталась вдовой с огромными долгами и жестокими кредиторами. Тогда-то и выяснилось, что одна Забава не пошла по родовым стопам. А у Тимура свои обязательства перед нынешними хозяевами. Деньги можно было заработать только левым путем. И тогда он решился на аферу. Он не мог присутствовать в двух местах одновременно. Поэтому договорился об отсрочке оплаты долгов, и когда Забава поняла его план, на все ее возражения сообщил, что она может, способности у нее в крови. Так что она пойдет на эту встречу и получит свой первый заказ в жизни.
И вот она стоит перед человеком, который ничем перед ней не виноват. Который нравиться ей больше, чем хотелось бы, и который предлагает свидание. И она тает, слабеет и плавится от его воздействия на нее. От одного лишь присутствия рядом. И всей собой, всем сердцем тянется к нему. Разве она не хотела этого? Нет, не хотела. Желания приходят и уходят, а она, Забава Вяткина, поступила так, как должна была. И осталось сделать последний решительный шаг.
Только вот не ожидала она, что именно в этот момент в кабинет войдет Гребенкин со Снежаной и, показывая на нее пальцем, скажет:
- Вот она, шпион, я же вам говорил!
  
Глава 11
 
- Этому что нужно?! - кажется от того, как Алексей сжал пальцы, был слышен хруст.
Тяжелый взгляд Скалова накатывает на Гребенкина, и его ноздри раздуваются от мощного выдоха, а голова резко вскидывается. Забава от этой перемены вздрогнула, как от удара хлыстом, чувствуя мурашки по всему позвоночнику. Она медленно отвела взгляд, не понимая, что собственный подбородок опускается, а хрупкие плечи поникли. Мысленно она решила, что вот и конец работе, а заодно и отношениям. В душе она все же надеялась на другой финал, но в отношении Гребенкина каким-то внутренним чутьем другого не ждала.
- Снежан, что за дела? – спросил Алексей, холодно разглядывая Гребенкина.
Блондинка села за стол, пока Гребенкин мнется в пороге, и с обвинением взглянула на Забаву.
- Ждем Макса, - сообщила она.
- Я пришел, чтобы меня взяли обратно, - сообщил Гребенкин, косо глядя на Забаву и стараясь звучать мирно.
В кабинете повисла гнетущая, противная пауза. Забава, чувствуя, как сердце ускоряет свой ритм, отбросила волосы назад и подняла взгляд. Ей нечего бояться.
- Может начнем?- нетерпеливо предложил Скалов, постукивая пальцами по столу.
- Ты просил доказательств, вот они, - Снежана махнула в сторону Гребенкина.
Тот сделал вид, что мнется, затем заговорил.