"Фантастика 2023-94". Компиляция. Книги 1-16 (СИ)
Старец без светца, по памяти, уверенной шаркающей походкой брел, все время заворачивая вправо. «Получается мы идем по кругу, и сейчас вернемся туда же, но с другой стороны», — сообразил Стефан. Так и есть, вот крытая галерея, по которой бежала беглянка, а вот и чулан, где она пропала.
Старик, воровато оглянувшись, скрипнул тяжелой дверью, Стефан вжался в стену, чтобы его не заметили и пошел следом, но врываться в чулан не стал, а приложил ухо к замочной скважине.
— Маричка, это я, — тихо позвал старик. — Ушли.
Послышался легкий шорох.
— Это было очень неразумно, он мог убить тебя, не разобрав, — снова услышал Стефан вежливый слегка заикающийся голос хранителя. — Так на тебя смотрел, чуть жупан слюнями не закапал.
«Маричка! Ну, хоть имя узнал», — Стефан обратился в слух.
— Я должна это сделать сама, и я это сделаю, — колокольчиком зазвенел голос его ночной гостьи.
— Зря, зря, такой уж ладный хлопчик, не отесан правда, да господарь с него хороший выйдет. У меня глаз наметан, повенчали бы вас, как положено, родила б ему сыночка, господарыней стала бы.
Стефан горделиво выпятил грудь: да, что и говорить, слышать из уст старого ворчуна такие признания Стешке было приятно, даже если старик болтал, лишь бы умаслить строптивую девицу. Однако куда взлететь хочет это семейство, за самого господаря замуж наметили! А старичок-то не промах, если это и впрямь его племянница, то высоко забраться желает.
— Какого сыночка, дядьку? — возмущенно одернула Адамуся Маричка. — Ты квасу, что ли, перепил? Он сын врага, из рода убийц. Я с ним на ложе никогда не лягу, лучше смерть!
«Тоже мне, императрица альтская, — возмутился про себя Стефан, — да я тебя под венец и не зову, на кроватке с тобой поваляться — это да, уж больно ляжки у тебя заманчивые».
— Глупая, — одернул племянницу старик, — королевич Стефанку как и ты поперек лавки лежал, когда это случилось, в чем вина-то его? Да и Каменцы ли зло сотворили? Мы того не знаем.
— Они, они! — почти вскрикнула Маричка. — Не говори мне ничего больше!
«Про какое зло они все твердят? Разве Каменецкие здесь чем недобрым отметились?»
— Тебе ж он тоже понравился, — продолжал искушать Адамусь, — таких бабы любят.
— Вот еще! — взорвалась девица. — Лысый да с хохолком, что у удода, тьфу, а наглый, мочи нет.
«Вот ведь, господарька запечная», — Стефан любовно пригладил пышный оселедец.
— Гляди, засватает какую, локти будешь кусать. Я ему уж намекнул, что ожениться бы надо…
— Не успеет, — равнодушно произнесла Маричка.
— Выбрось, выбрось эти глупости! — гулко притопнул ногой Адамусь, и эхо ударило в стены. — Погубишь себя, слышишь?! И без тебя есть кому голову Каменцу снести. Такая угроза над нами висит, а ты к себе внимание привлекаешь, ведь не только он мог тебя приметить, понимаешь? Сколько я еще тебе твердить то могу? А при муже под защитой была бы. Об том думать надо.
Старик замолчал. Установилась тишина. Стефан решил, что самое время войти и поговорить с этой парочкой по душам. Он толкнул дверь, вваливаясь в комнату… И опять пустота, ни старика, ни девицы не было. Наваждение? А может колдовство?
Стефан не стал искать, он открыл один из шкафов и уселся на деревянную полку. От подслушанного в голове крутилась «мешанка». «Соберись, Стефанку, соберись. У старика была сестра, она померла, муж ее, должно, тоже. Адамусь взял сироту на воспитание. Сам он уважаемый шляхтич, но все ж не княжеских кровей. А тут приезжает настоящий королевич, то есть я. Хитрый старикан выводит свою воспитанницу с ковшом, чтобы я положил на нее глаз, потом наводит тумана, чтобы мне захотелось еще больше. Всегда хочется того, что не доступно, но… Но зачем тогда он выдавал ее за дурочку, отвлекал от нее внимание? Да просто испугался, что за покушение на господаря может быть наказание, не знал, как я поведу себя. Я бы тоже так поступил. Думки думками, а в такой момент надо жизнь девчонке спасать, а там видно будет, — Стефан откинулся назад и буквально улегся прямо в шкафу. — Ну с этим разобрались. Дальше что? Девчонка имеет на меня зуб, сам я ей ничего не сделал, но кто-то ей наплел, что Каменцы сотворили какое-то зло. Адамусь в этом не уверен, ну или делает вид, что не уверен, а она уверена. Желает меня наказать, сотворив месть. Все говорит о мести, а она орудие. Но старикан всерьез ее угрозы не воспринимает, я после сегодняшней ночи тоже. Хотя козочка резвая. И что дальше? Подкараулить ее без этого старого зануды, авось сговоримся, — он сладко улыбнулся, зевнул, и закрыл глаза. — У меня болотники с вепрями по державе как у себя дома шастают, а я, как девку в уголке зажать, думаю. Прав Адамусь, не господарь я пока».
Сон навалился на грудь. Первую ночь правитель Яворова края провел в шкафу.
Глава XI. Пир
Всю седмицу Стефан крутился как белка в колесе: осматривал крепостные сооружения, бродил по рынку, встречался с местной шляхтой и купечеством, даже сделал вылазку по окрестностям. Яворонцы встречали не в меру прыткого господаря настороженно, но без враждебности. Никто в спину проклятий не кричал, и вообще было как-то елейно-спокойно, настоящее затишье. Будет ли буря?
От болотных дружков не было ни слуху, ни духу. Нет их, и все тут. А может все россказни о влиянии Вепря — всего лишь преувеличение? У страха глаза велики. Но Стефан помнил стрелы в груди своих воинов и расслабляться не собирался. Тайную дверь в спальне господаря замуровали, чтобы не создавать соблазн для синеглазой чертовки, да и другой кто мог воспользоваться тайными проходами. Караул, наученный ночным происшествием, бодрствовал и из кожи вон лез, чтобы загладить вину.
Жизнь шла своим чередом, вот только Стешку все время тянуло в чулан, он боролся с этим желанием, чтобы не лить воду на мельницу старого филина, но нет — нет, да и забредал «случайно». Маричка не появлялась, словно и не было ее никогда в замке, так, ночное видение, а ведь она все же где-то здесь, за этой громадиной каменных уступов и переходов. Это будоражило кровь, ускоряя ее движение по венам, и ничего с этим молодой господарь поделать не мог.
Родовой оплот князей Яворонков напоминал замысловатый лабиринт с большим количеством винтовых лестниц и непонятных пристроек, и Стефан с маниакальным упорством пытался их все выучить. Адамусь принес старый засаленный план замка, где были прочерчены несколько тайных лазов и ходов, рассмотрел там Стефан и проход в господареву спальню, но все ли это тайники? Конечно нет, ведь от чулана на схеме не шло ни одного лаза, а они были, не в воздухе же растворились тогда старик и его племянница.
Между тем челядь готовила обещанный пир. Из нижних кухонь вверх поднимались дразнящие ароматы, служанки намывали пол в большой тронной зале, плотники торопливо сбивали столы и скамьи.
Сейчас господарь, в волю напарившись в баньке и неспешно расчесав пучок-оселедец, вдел в ухо гетманскую рубиновую серьгу — символ наместника королевской власти и подошел к челядинам, услужливо предлагавшим традиционный для яворов праздничный кафтан. Местное одеяние, очевидно, Адамусь велел притащить из пыльных шкафов злополучного чулана, но замковые рукодельницы бережно отчистили старые ткани, потускневшие пуговицы натерли до зеркального блеска, придав наряду вполне приличный вид. Со вздохом Стефан влез в «обновки», они оказались чуть великоваты — старые господари были крепкими здоровяками, но хотя бы не жмет и на том спасибо.
Тусклое зеркало отразило зеленое, шитое серебряными кленовыми листьями сукно, отороченное соболиным мехом. Мех кое-где вытерся, но в целом был еще вполне приличного вида. Осталось опоясаться кушаком и приторочить любимую саблю.
— Может все же срежешь гриву, чай, не конь, — нетактично буркнул Михась, подавая ножны.
— К свадьбе, так уж и быть, побреюсь, — подкрутил на палец ус Стефан, вполне довольный своим видом, — ну что, пошли местных невест смотреть? — подмигнул он денщику.