"Фантастика 2023-94". Компиляция. Книги 1-16 (СИ)

Агашский флот остановился. Из рядов агашцев вышла лёгкая галера и в одиночку направилась к старкам. Это был либо провокатор боя: смертник, который дал бы агашцам затем возможность клясться, что они лишь ответили на нападение, — либо парламентёр. Такая неопределённость была намеренной. Если парламентёра не встретит командующий, можно обвинить старков в оскорблении и опять-таки напасть с полным ощущением собственной правоты. А выходить навстречу застрельщику безумно и крайне опасно. У адмирала голова пухла от просчёта бесконечных вариантов, но ничего не было ясно. Ингъитангс принял решение по интуиции. Он вывесил мирный флаг, принятый на Севере: голубой с тремя перекрещёнными кольцами. Он приказал своим убрать щиты с бортов, ослабить катапульты, лишним воинам уйти с палубы и двигаться навстречу агашскому кораблю, демонстрируя мирные намерения.
Агашская галера подошла практически вплотную. Ингъитангс понял, что наступил решающий момент, и почти перестал волноваться. Ведь если агашцы рассчитывают на внезапный абордаж, то ничего у них не получится: воины наготове, а за боеспособность и оружие своих людей адмирал был спокоен. Но капитан галеры, одетый в парадное обмундирование, не кланяясь, высокомерно заговорил по-агашски. Рядом с ним стоял священник, но команды переводить не было дано. Видимо, "цивилизованные" решили показать "варварам" своё превосходство, пойдя затем на перевод на Древний язык как на милость, при этом не будучи уверены, сумеют ли эти пришельцы понять Священный язык. Ведь большинство людей знало на Древнем лишь несколько молитв и стандартных формул.
Ингъитангс порадовался, что он заранее велел священнику-переводчику переодеться в одежду раба и стать сзади. Священник понял игру и потихоньку перевёл ему на Древний слова агашца:
— Наш великий царь Ашинатогл, могущественнейший из всех царей Юго-Запада, тот, перед которым склонились ликинцы, аникары, логимцы и рикстане, тот, который разгромил республику Проклятых как глава союза царей, сообщает, что он прибыл вступить во владение своими честно завоёванными землями. Но он согласен великодушно пожаловать эти земли царю Алитирны Атару, если тот прибудет на его корабль с достойными дарами и поклонится ему как своему владыке и сюзерену.
Адмирал, собрав все свои способности, ответил на Древнем Языке, надеясь, что тот окажется достаточно чистым:
— Я рад, что вы пришли с миром. Поскольку мне невместно отвечать царю, я предлагаю следующее. Наши флоты разойдутся на стоянки по разным берегам пролива. Мы берём на борт вашего посла, который лично передаст слова и послание вашего царя нашему царю. Я могу сообщить вам, что мы уже вступили во владение этими землями по благословению всех Великих Монастырей. Мы очистили их от ссарацастрцев и тораканов, которые беззаконно пытались поделить их между собой. Мы воздвигли здесь два храма Победителей и не позволили поднять свой храм Единобожникам. Наш царь готов принять посла вашего царя на своей земле и немедленно дать ответ.
Агашец потемнел лицом. По правилам вежливости ему полагалось дать ответ на Древнем. Не будучи уверен, что сумеет сформулировать длинное предложение правильно, капитан кратко ответил:
— Наш посол готов. Берите. Флот подождёт здесь.
Был переброшен абордажный мостик, и посол в сопровождении трёх охранников перешёл на старкский корабль. Среди просто и функционально одетых старков он выглядел как павлин в стае воронов: в длинном роскошном шёлковом одеянии, с платиновой цепью на груди, в высоких сапогах из красной кожи и тюрбане, украшенном драгоценностями. Его борода и волосы были тщательно завиты и надушены.
— Приветствую тебя на нашем корабле, посол могучего соседа. Я прикажу своим людям отвезти тебя к нашему царю, — со сдержанным поклоном сказал на Древнем Ингъитангс.
Посол понял, что даже удалить адмирала из флота под предлогом посольства не удастся, ответил таким же поклоном и, обернувшись, дважды махнул рукой своему капитану. Тот кивнул головой и развернулся к своему флоту.
 
Адмирал быстро пересадил посла на другой шлюп с приказом срочно доставить к царю. К Атару уже ранее направился связной катамаран, так что царь должен быть предупреждён о прибытии посла. С послом капитан отправил сотника Эр Иррикана, который должен был в точности передать разговор, состоявшийся на море. Два флота продолжали стоять в ожидании друг против друга.
* * *
Атар встретил посла во временном штабе в Арканге. Он сразу же перехватил инициативу, начав разговор на Древнем Языке, тем самым показав, что желал бы обойтись без переводчиков.
— Как здоровье моего собрата царя Агашского Ашинатогла?
— Мой повелитель пребывает в добром здравии и велел мне почтительно спросить твоё величество о твоём здоровье.
— Передай повелителю, что я пребываю в добром здравии. Все мои дети и мои воины тоже. Что же тебе передал твой царь? И есть ли у тебя его послание?
— Мой царь передаёт тебе шкатулку нашего жемчуга и зовёт тебя посетить его корабль, где он примет тебя с честью. Мне поручено заранее подтвердить: если ты будешь настолько мудр, что признаешь наше покровительство, царь пожалует тебе и твоему народу земли по западному берегу Локары и навечно освободит твоё владение от дани. Вы будете лишь поставлять воинов в армию нашего грозного царя. А он в обмен будет защищать вас от всех недругов. Вот послание, где всё это изложено на Древнем Языке, — и посол вручил с поклоном грамоту царю.
— После разговора я устрою для тебя маленький пир и прикажу моим людям приготовить ответную грамоту. Я также вручу тебе достойные дары для твоего повелителя и одарю тебя. Отвечать тебе я не буду, поскольку многие вопросы должны решать равный с равным.
Посла внутренне передёрнуло от последних слов царя. Атар сразу же и твёрдо отказался считать себя младшим. Но заодно дипломат порадовался, что Атар передаст грамоту и отказался вступать в устные переговоры. Ведь, судя по всему, грамота может разгневать великого царя, а послу, передавшему дерзкие слова ничтожного властителя, посмевшего спорить с грозным владыкой, вполне могли язык отрезать, а то и вместе с головой. Царь и посол обменялись полагающимися вежливыми фразами, Из них царь понял, что агашец привёз семь взрослых царевичей, а посол, что у Атара четыре сына.
Грамота представляла собой образец витиеватого и вычурного южного красноречия на Древнем Языке. Царю и священнику пришлось целый час разбирать сложные обороты и вдумываться в возможный второй смысл послания. Царь осознал, что ответное послание тоже надо будет составить красиво. Но он решил написать в деловом стиле имперских воззваний и эдиктов.
Пересказывая обычными словами, послание агашского царя содержало в основном уже высказанные требования и обещания. Царь требовал признания себя сюзереном нового царства, в обмен признавая царский титул Атара и утверждая за ним и его потомками земли, уже занятые старками, свободу и право иметь собственные законы. Алитирна отказывается от права объявлять войну без согласия Агаша, за исключением случая нападения на неё без объявления войны. Старки должны будут поставлять пять тысяч отборных воинов под командованием принца Лиговайи в гвардию царя Агаша, а царь Агаша обязуется щедро платить им и по достоинству награждать за заслуги. Браки между старками и агашцами должны признаваться законными обеими сторонами, независимо от того, по законам какого из царств они совершены. Купцы обоих стран будут торговать на чужой территории по тем же правилам, что и собственные. Подданные каждой страны должны в другой стране подчиняться её законам, а если образуется община, между собой имеют право судиться по законам своей страны. В случае нападения на Алитирну царь Агаша объявит войну захватчику и будет защищать Алитирну как собственную территорию. В случае войны войска Агаша и посланные на помощь агашцам войска Алитирны имеют право ходить по территориям другого государства как по своим собственным. В знак закрепления дружбы царь Ашинатогл просит у царя Атара двух небесных танцовщиц для своего дворца и щедро заплатит за них. Для совершения торжественного договора о мире и вечном союзе между Агашом и Лиговайей царь Атар должен прибыть как можно скорее на корабль к царю Ашинатоглу в сопровождении сына, предназначенного для командования старкской гвардией Агаша, двадцати воинов из знатных семейств, которые составят первую группу гвардейцев, и небесных танцовщиц для великого царя.