Минус двенадцать (СИ)

— Да.
Дрэйд немного помолчал, а потом, посмотрев на Криса, вздохнул:
— Я так понимаю, ты ранен. Я бы вас лучше отправил на два этажа ниже, но двадцать шестая прямо здесь, недалеко. Отведу вас туда. Правда, там наверняка не убрано после того, как те двое уехали, так что могли остаться какие-то вещи. Но если что, просто выкидывайте, им они уже точно больше не понадобятся.
От этих слов по спине пробежал холодок. Неужели… погибли? Крис явно тоже почувствовал нечто неприятное в этих словах, потому как разом сделался мрачнее прежнего. Ему и так вся эта ситуация, в которой мы медленно, но верно вступаем в ряды повстанцев, не нравилась, так ещё и о таких неприятных вещах лишний раз приходилось думать. А погибать нам уж точно не хотелось.
Дрэйд снова повёл нас по коридорам, свернув на перекрёстке направо, а потом прошёл ещё несколько дверей и открыл перед нами ту, на которой маркером или чем-то подобным был написан нужный нам номер. На вид она должна была быть автоматической, но Дэрэл отодвинул её вручную. Видимо, сломана. Или специально отключена.
— Если голодны, можете сходить на кухню, она отсюда прямо по коридору и направо, — произнёс Дэрэл, осматривая нашу комнату. Наверно, и правда искал что-то, что могли оставить его знакомые, живущие здесь прежде. — На двери будет написано. Там можно что-нибудь приготовить, какие-то продукты должны быть в холодильнике, а ещё там есть автоматы с напитками и закусками. А я зайду к вам утром около девяти и тогда отведу к нашему главному. Его зовут Тревел, если что. Хорошего отдыха.
— Спасибо, — ответил Крис, сев на одну из кроватей.
Мужчина ещё немного помедлил, а потом закрыл за собой дверь, и мы наконец остались вдвоём. Можно было растянуться на постели и расслабиться. Обычная такая койка, без премудростей. Как и сама комната: пара кроватей, пара тумбочек, один обеденный стол и пара стульев, а ещё такие же стандартные, как и везде, светящиеся полосы по углам, дающие равномерное освещение на всю комнату. И одна дверь, ведущая ещё куда-то. Никаких телевизоров или других развлекательных вещей. Но хотя бы чисто и пахло нормально, а не как в том недавнем мотеле.
Пока Крис доставал из рюкзака мази и перевязочный материал, чтобы обработать рану на ноге, я не поленился встать и заглянуть, что за дверью. Там оказалась уборная, к счастью. Довольно тесная, но зато там имелось всё, что необходимо.
— В душ пойдёшь? — спросил я у Криса, обернувшись.
Тот перевёл на меня уставший взгляд и покачал головой.
— Нет, лучше утром. Что-то нога разболелась. Наверно, от постоянного сидения в одной позе. Лучше утром искупаюсь.
— Помочь с обработкой? — Я подошёл к нему, присев рядом на пол и глядя на него снизу вверх. — Или, может, сходить за каким перекусом?
— Сходи лучше, да. Обработаю сам.
Я вновь поднялся на ноги и, проверив, чтобы в кармане было несколько купюр, прошёл к двери, но Крис вдруг окликнул меня.
— Мэл…
Я обернулся, вопросительно глядя на него. Думал, может, он чего-то определённого решил мне заказать.
— Спасибо, что ты со мной, проныра, — приглушённо произнёс он, отчего-то грустно улыбаясь.
Замерев, я не сразу придумал, что ответить. Конечно, он уже благодарил меня за помощь, но… как-то не так. Словно теперь он особенно остро прочувствовал, как плохо ему было бы здесь одному. Это вызвало у меня такую же грустную улыбку, и я вновь вернулся к его кровати, но на этот раз подошёл вплотную и, взяв его лицо в свои ладони, заглянул в карие глаза.
— Я уже говорил, что не смог бы иначе.
— А я не смог бы без тебя преодолеть всё это, — ответил бельчонок, приобняв меня за талию. — Пока ехали, постоянно думал об этом. Ты намного храбрее меня. А я так и ездил бы на арену и точно заработал бы там не одно ранение. Без тебя бы не осмелился зайти так далеко.
— Чего это тебя вдруг на откровения потянуло? — усмехнулся я, осторожно убирая упавшие на лицо рыжие пряди.
— Наверно, потому что ты стал мне дорог. Хочу, чтобы ты знал, как я тебе благодарен.
От этих слов в груди начало расползаться приятное тепло. Знал бы он, насколько он мне стал важен. Никогда раньше я ещё не взваливал на себя чьи-то проблемы такого масштаба. А с Крисом даже не задумывался об этом, а просто хотел помогать. И это уже о многом говорило.
 
— Может, наивно, — начал я и легко поцеловал бельчонка в лоб, — но мне кажется, что если мы будем вместе, то у нас всё получится. И в итоге мы вернёмся домой с новым опытом и без долгов.
— Было бы хорошо, — тихо произнёс тот, переместив одну руку на мою шею, и потянул меня к себе.
Я прильнул к его губам, сминая их своими и снова наслаждаясь этими ощущениями, выныривать из которых не хотелось. Их хотелось только усиливать, делая поцелуи более страстными, а прикосновения — настойчивыми, но нельзя было нарушать нашу договорённость. Так что пришлось отстраниться и напомнить о том, что я, вообще-то, собирался за едой.
Пока шёл по коридорам, я увидел лишь ещё парочку мужчин, тихо говоривших друг с другом: мацса и, кажется, мадара. Этих пернатых, как я заметил, было вообще достаточно мало в сравнении с теми же дрэйдами или мацсами. Как и моксов: Крис и Ая были единственными моксами, что я видел за всё время проживания в этом мире. Так что, выходило, что птицы и белки — редкие виды. Даже забавно стало от таких мыслей.
На кухне никого не было, так что я спокойно купил пару пачек печенья и пару батончиков, а также две бутылки сока. Готовить было лень, да и скоро уже нужно было ложиться в кровать, чтобы спокойно вырубиться и проснуться в том мире. Я всё ещё не придумал, как объяснить Крису эту мою странность с засыпанием в одно и то же время, но дальше тянуть было некуда. Так что как бы мне ни хотелось, чтобы он начал видеть во мне сумасшедшего, а завтра придётся что-нибудь придумать, чтобы он знал об этой моей особенности. Как говорится, предупреждён, значит, вооружён.
Когда я вернулся в комнату, Крис уже перевязывал ногу новой тканью, полностью забравшись на постель, а я без слов оставил еду на его тумбочке и стал выдвигать свою, что стояла между нашими кроватями, чтобы сдвинуть их. Бельчонок даже перевязку прекратил, наблюдая за моими махинациями.
— Что делаешь? — поинтересовался он.
— Хочу сделать одну большую кровать для нас, — улыбнулся я, обходя свою и думая, как бы её так подвинуть. Тяжёлой не выглядела, но… я часто забывал, насколько сам слабак.
Крис тихо усмехнулся и, прилепив кончик ткани к повязке, поднялся на ноги. Явно собирался помочь, но я не хотел, чтобы он лишний раз напрягал ногу.
— Сиди. Я сам, — упрямо выдавил я, наклонившись к кровати и пытаясь её подвинуть. И правда, тяжелее, чем казалась на первый взгляд.
— Иногда ты реально ребёнок, — усмехнулся бельчонок и тоже упёрся в боковину кровати.
Хоть он и не был силачом, однако вместе дело пошло быстрее. Так что уже через пару минут мы оба улеглись на получившуюся двуспальную кровать поперёк неё.
— Ты убиваешь мою веру в себя, напоминая, какой я ребёнок, — беззлобно произнёс я, прикрыв глаза.
— Извини, — легко ответил Крис. — Не думай, что мне не нравится эта твоя сторона. Мне кажется, она очень даже милая.
— Обычно я не сочетаюсь с чем-то милым, — посмеялся я, повернувшись к нему. Тот лежал рядом на спине, держал свой пышный хвост в руках и расчёсывал его пальцами. — Вот с чем-то вредным — вполне.
— С этим даже спорить не буду, — вновь усмехнулся бельчонок.
Как бы мне ни хотелось ещё побыть с ним, но пора было укладываться спать. Иначе я мог вырубиться без каких-либо подготовок и напугать Криса, а этого делать не хотелось. Так что пришлось подняться, перекусить, переодеться и снова улечься в кровать, теперь уже головой на подушки. Нащупав под одеялом руку бельчонка, я переплёл с ним пальцы уже по привычке и довольно прикрыл глаза. Наконец-то мы были в безопасности.
— Хороших снов, рыжик.
— И тебе, мой проныра.
***
Новый день в наполовину неподвижном теле не принёс ничего нового. Разве что, кроме неожиданно пришедшего навестить меня Иана где-то после обеда. На самом деле, я с трудом вспомнил его имя. После всех тех событий, нового тела и нового мира с кучей не менее новых знакомых, я уже и забыл, что этот парень был в моей постели перед тем злосчастным днём, когда я упал с байка.