Минус двенадцать (СИ)
В своей «взрослой» лежачей реальности я потихоньку мог всё больше времени проводить в бодрствовании, головные боли становились легче. По крайней мере, в один из дней я смог поговорить с мамой без какой-либо мигрени, что неимоверно радовало. Я даже, можно сказать, стал привыкать к этому состоянию постоянного гудения. Хотя, конечно, невозможность передвигаться и необходимость «ходить под себя» просто убивали весь моральный настрой. Некогда молодой и красивый парень теперь стал лежачим скелетом, недееспособным инвалидом. Из-за одной чёртовой оплошности. И хоть я понимал, что нужно это пережить, потерпеть, дождаться операции и стараться встать на ноги, но иной раз волком выть хотелось от понимания, насколько я теперь жалкий. Если бы не поддержка семьи и Пита, я бы, наверно, утонул в беспросветной депрессии. Но пока вроде бы старался держаться, постоянно внутренне себя подбадривая. Хотелось верить, что всё наладится.
***
Тёмные туннельные дороги заставляли впадать в некий гипноз. Теперь я даже позавидовал людям с машинами с автоматическим управлением. Это в нашем мире, когда едешь на байке где-то за городом, ощущаешь свободу, свежий воздух, любуешься видами, а здесь… Воздух везде одинаковый, потому что его одинаково фильтруют с поверхности, никакого ощущения свободы и никаких красот, в десятки раз красивее смотреть на город с высоты шоссе, пусть и прохладно там. И теперь я понимал, что ездить за город в этом мире на байке или даже на машине без автоуправления станет моим самым нелюбимым времяпрепровождением. Но этот путь нам уже было необходимо закончить.
К вечеру мы наконец добрались до места назначения. Нас встретила огороженная тёмная территория, похожая на старые заброшенные офисы или вроде того. Внутри за оградой стояло длинное трёхэтажное здание, окна в нём не горели, звуков слышно не было, на нескольких столбах вдоль ограды горели старые лампы — и всё на этом. И лишь старый мацс в небольшой кабинке для охраны намекал на то, что это место не забыто людьми.
— Извините, — произнёс я, уже начиная немного сомневаться, что мы не ошиблись. — Нам дали эти координаты, сказали, нас будут тут ждать.
Дедуле на вид было лет семьдесят: седина, морщинистое лицо, сухие руки и частично облезшие кошачьи уши — не самый надежный охранник для скрывающейся базы повстанцев. Хотя, возможно, они специально поставили сюда такого непримечательного человека, чтобы думалось, что он охраняет уже почти никому не нужные здания, а кто-то на самом деле следит за всеми приезжающими и уезжающими людьми по удалёнке, например?
— Ох, здравствуйте, — скрипуче произнёс старик, поправляя очки на переносице. — О гостях меня обычно заранее предупреждают. Можете протянуть свои браслетики, уважаемые? Посмотрю по компьютеру.
Я вздохнул и протянул руку в окошко кабинки, то же самое сделал и Крис, так и сидевший позади меня. Мацс взял старого образца сканер и просканировал наши браслеты, а потом посмотрел на свой довольно маленький экран. К сожалению, я не видел, что там написано. Но после одного взгляда, старик легко улыбнулся и зажал кнопку, открывая зарешёченные ворота.
— Добро пожаловать, ребята, — произнёс он, давая понять, что мы всё же не ошиблись.
Поблагодарив его, мы проехали на территорию, где для нас уже открывались и одни из ворот здания. Туннельная дорога повела вниз, на первый подземный этаж, и вышла на большую парковку с множеством машин. Не зная, где можно припарковаться, я просто остановился где-то посередине и, сняв шлем, огляделся. Вокруг не было ни души.
— И что дальше? — тихо спросил бельчонок, тоже сняв шлем.
Не решаясь пока что-то предполагать, я лишь пожал плечами. Парковка огромная, машин с пару десятков. Где-то в этом здании точно должны быть люди. Но где нам их искать? Не самим же шариться по всему зданию.
Я уже открыл рот, чтобы предложить хотя бы пройтись по первому этажу, как вдруг мы услышали мужской голос откуда-то из-за машин.
— Вы приехали. Прекрасно.
Обернувшись, мы увидели, как к нам идёт полурогатый мужчина средних лет. А рога у него были… отпилены? Только маленькие пеньки торчали из тёмных волос. Сам на вид, в общем-то, простой мужик: среднего роста, смуглый, темноглазый — ничего особенного.
— Рад вас приветствовать, Крис, Мэтис.
Он протянул руку для рукопожатия, и я первым пожал её в ответ, решив поправить его:
— Вообще-то, меня зовут…
— Никаких настоящих имён, — перебил он, нахмурившись. — Будет лучше, чтобы никто не знал, кто вы на самом деле. Это гарантирует вам бо́льшую безопасность. Так что привыкайте к новым именам.
— Мне и привыкать-то особо не надо, — усмехнулся Крис пожав безрогому дрэйду руку.
«Да и мне тоже», — пронеслось в голове, ведь большую часть своей жизни я и был Мэтом. Вот бы ещё волшебным образом повзрослеть.
— Меня можете называть Дэрэл, — кивнул мужчина и скрестил руки на груди, осматривая нас. — Представляю, как вы устали, добираться до нас на мото. Паркуйтесь и пойдёмте. Я покажу всё, что вам необходимо знать. А завтра приедет ещё кое-кто, с кем мы и обсудим вашу ситуацию.
Мы с бельчонком без слов слезли с байка, и я, осмотревшись, повёл его на пустое парковочное место. А пока я парковался и забирал из отсека под сидением наши вещи, Дэрэл продолжал разговор с Крисом.
— На посту всё нормально прошло?
— Да, без проблем, — легко ответил бельчонок. — Правда, на Мэ… та смотрели с подозрением, потому что на девятнадцать он не выглядит. Но в итоге пропустили.
— Ну да. Выглядит помладше, — хмыкнул дрэйд. — Но люди бывают разные, так что было бы странно, если бы только на основании этого задержали. А ваши браслеты — последняя разработка наших программистов, их никак не отличить от настоящих.
— Вы как-то взламываете базу населения? — спросил я, вернувшись к ним.
— В том числе. У нас есть очень способные люди. Идёмте.
Он махнул рукой, призывая нас идти за ним, и направился обратно к двери, ведущей с парковки, откуда он недавно и пришёл. Здание не отличалось ремонтом: явно старые, посеревшие от времени стены, кое-где виднелись трещины, плитка на полу тоже потрескалась, да и потолок не горел, только угловые лампы тускло освещали коридоры. Откуда-то издалека доносились голоса, но разобрать слова было невозможно.
Пока мы шли по коридору, в моей голове крутился вопрос, зачем дрэйд так плохо спилил рога. Мог ведь спилить под самый корень и было бы не заметно, что он вообще когда-то был дрэйдом. Но он оставил эти пеньки, для чего? В знак протеста? Может, он вообще спилил их не сам, может, его таким образом изгнали из служения тёмным? Но у Альтис-то рога целые, хотя тёмным она больше не служит, по словам Виолетт. Одни загадки. Однако спрашивать так же бесцеремонно, как я спросил у той же Виолетт о причинах вступления в ряды повстанцев, я не стал. Просто не моё дело.
Дрэйд провёл нас через длинный коридор, а потом мы спустились по старой железной лестнице два пролёта и снова вошли в коридоры. Я старался запомнить, куда он нас ведёт, но было ощущение, будто он пытался нас запутать. Вскоре мы свернули в одну из дверей, где оказалось нечто вроде серверной: несколько компьютеров и три больших слегка гудящих электронных блока, расположенных в дальней части комнаты. За одним из компьютеров сидел фаркс лет тридцати со светлыми висячими ушами и хвостом, как у какого-нибудь длинношерстного ретривера.
— Парси, это Мэтис и Крис, — произнёс Дэрэл, чтобы привлечь его внимание.
Тот обернулся и зевнул в кулак, а потом кивнул, хрипло отвечая:
— Добро пожаловать. Посмотреть им ночёвку?
— Да. Я что-то заранее этим не занялся, а теперь не знаю, куда их вести.
— Им можно одну комнату на двоих, да? — Потерев кулаком один глаз, фаркс снова надел на нос странные очки с будто бы отражающими стёклами и открыл на экране компьютера небольшую таблицу. — Так, ну это… Сорок первая и сорок четвёртая пусты. А ещё двадцать шестая теперь свободна.
— Там Риз с дочерью жили?