Минус двенадцать (СИ)

А я молча следовал за ним, готовый помочь и подставить плечо в любую минуту.
— Даже так? — переспросил мужчина. — Сочувствую. Вот бы когда-нибудь увидеть тёмного на арене, да?
Крис ничего не ответил, а только усмехнулся. Да и что тут скажешь? О подобной справедливости можно было только мечтать.
Оставив байк, мы прошли за нашими провожатыми в переулок за забегаловкой, где нас посадили в машину стального цвета. За руль села Виолетт, а её напарник — на соседнее сидение. Кажется, они абсолютно не боялись, что мы запомним дорогу. Наверно, на подобный случай у них был запасной план.
— Долго нам ехать? — спросил я, откинувшись на спинку сидения. Почему-то в голове резко помутнело.
— Минут пятнадцать, — ответил кийго.
Я шумно выдохнул через нос, понимая, что мне снова становится нехорошо. Как в тот раз, на полянке. Опять стресс давит? Что ж за херня? Решив лечь, я положил голову на здоровую ногу Криса и прикрыл глаза. Может, так полегчает?
— Что такое, Мэл? — тихо спросил бельчонок, погладив меня по волосам.
— Просто полежу, пока не приедем, — ответил я, решив его не беспокоить. — Не выспался, наверно.
Нет, не полегчало. Сознание медленно, но верно уплывало в небытие. И вскоре я перестал что-либо чувствовать и слышать, постепенно проваливаясь в пустоту.
***
— Мэтью… вы меня слышите?
========== 21. Возвращение ==========
Снова это давящее ощущение. Я едва чувствовал своё тело, не мог ничем пошевелить. Глаза не открывались, но сквозь ресницы проникал тусклый свет. Эти видения стали слишком навязчивыми. В голове гудело, в ушах звенело, но кое-как я смог различить чьи-то слова. «Мэтью»? Это же моё имя из мира, где я уже вовсе не школьник. Но разве он не видится мне после флайтера? Когда это я успел накачаться наркотой?
— Мэтью, — снова донеслось, словно через пелену. — Если слышите меня… пошевелить…
Слова прерывались из-за гула в голове, прислушиваться было ужасно тяжело. Первое, что я смог сделать, это сглотнуть ком в горле. И это оказалось ужасно неприятно, ведь там всё пересохло, словно всю влагу из тела вообще выкачали. Пришлось сделать это ещё раз.
— Приходит в себя, — послышался женский голос.
— Родственников… оповестили? — спросил мужской голос.
Женщина что-то ответила, но я вновь не услышал. Чёрт. Что со мной? Это точно иллюзия?
Я всё-таки смог приоткрыть глаза, однако невозможно было что-либо разглядеть — всё расплывалось. Одно я смог понять точно: передо мной стоял человек в белом халате. Доктор? Больница?
Издав тяжёлый хриплый выдох, я снова прикрыл веки, потому как свет, пусть и тусклый, больно резал глаза. И снова провалился в пустоту.
***
Очнувшись, я обнаружил себя всё так же лежащим на колене Криса. Мы всё ещё ехали. Сколько времени прошло? Снова приняв сидячее положение, я потёр глаза кулаками и посмотрел в окно.
— Мог бы ещё полежать, — тихо проговорил бельчонок, погладив меня по плечу.
Я обернулся к нему и положил свою руку на его. Такая тёплая.
— Да нормально. Немного полежал и хватит, — попытался улыбнуться, однако в душе назревали новые переживания.
Я жив? Жив в своём мире, в своей реальности? Тогда что же здесь за мир, реален ли он? Снова эти вопросы. Когда-то я уже поверил, что он реален, что тот мир я себе выдумал, что я всегда жил здесь, что у меня действительно были амнезия и галлюцинации от флайтера. Но… Мэтью — это точно моё имя, никак иначе. Ничего не понимаю: как я могу жить две жизни, как они обе могут быть реальны? Не хочу, чтобы Крис оказался иллюзией.
— Мэл, ты чего? — прошептал он, наклонившись и заглядывая мне в глаза. — Выглядишь… странно.
— Странно? — переспросил я, всё ещё неуверенно улыбаясь. Выглядело, видимо, действительно неестественно.
— Как-то болезненно. Тебе нехорошо?
— Нет. Нет, всё нормально. Правда.
Я прочистил горло и облизнул пересохшие губы, садясь ровнее. Надо выкинуть всё произошедшее из головы. Эти странные видения… Если расскажу кому-нибудь, наверняка решат, что опять употребляю. Никто не поверит во второй реальный мир, потому что это будет звучать как чистой воды бред. И то, что я неконтролируемо вырубаюсь, — очень плохо. Да, я чувствую это заранее, но никак не могу предотвратить. Может, что-нибудь типа нашатыря поможет? Нужно будет этим озадачиться.
 
Машина заехала прямо в какое-то здание, в салоне сразу стало намного темнее. Когда мы остановились, парочка наших провожатых вышла, а мы, переглянувшись, последовали за ними. Из-за того, что вырубался, я теперь совсем не представлял, в каком районе города нахожусь, и от того было ещё более дискомфортно. Куда бежать, случись что неожиданное?
Нас завели в лифт, и мы поехали на последний подземный этаж, то есть на пятнадцатый. Да уж, оттуда хрен убежишь даже при большом желании, слишком низко.
Пока спускались, все молчали. Наши провожатые задумчиво поглядывали на нас, а я лишь держал Кристэла за руку.
— А тебе вообще сколько лет? — вдруг спросила Виолетт, покосившись на наши руки.
— Почему это имеет значение? — недоверчиво хмыкнул я. — Вы же собираетесь сканировать мою личную информацию, сейчас сами всё узнаете.
Виолетт усмехнулась и пожала плечами, отвернувшись.
— И то верно. Но вы же просто близкие друзья, да?
— Конечно. Разве похоже ещё на что-то? — с такой же усмешкой ответил я.
Из-за этого короткого разговора бельчонок как-то ещё сильнее помрачнел, но руку не отпустил. Не бойся, рыжик, никто не заявит на тебя, пока я не даю поводов. А я их не дам ни в коем случае.
Вскоре мы оказались во вполне обычной квартире со светлыми стенами и почти полным отсутствием мебели. А ещё в ней было довольно душно, как будто вентиляция плохо работала.
— Олли? — крикнула Виолетт, проходя через прихожую первой. — Ты же не забыл, что мы приедем? Ты здесь?
Послышался звук открывшейся двери где-то из глубины квартиры, и мы, пройдя через прихожую и кухню, оказались в небольшом коридорчике. В дальнем его конце из открытой двери выглядывал мужчина-мацс на вид лет тридцати пяти с кошачьими серыми ушами и тряпичной маской, прикрывающей нижнюю часть лица. Кивнув нам, он снова исчез в комнате.
— Только без лишних телодвижений, мне ещё по другим делам нужно ехать, — произнёс он, даже не поздоровавшись и не взглянув на нас с Крисом. — Давайте браслеты.
Виолетт достала коробку, а тем временем кийго указал нам на небольшой диван у одной из стен комнаты.
— Присядьте, это не очень быстро.
Мы молча выполнили указания и стали наблюдать, как мацс достаёт наши браслеты и перекладывает на небольшую подсвеченную панель на столе, на котором ещё находилась клавиатура и несколько мониторов. А потом он сел за них и стал что-то набирать, на экране начали открываться окна, но рассмотреть что-либо конкретное было почти невозможно — слишком мелкий шрифт, с расстояния не прочесть. Кийго встал за спиной этого хакера, а Виолетт села рядом со мной на диванчик и потянулась.
— Ну вот, сейчас просканируют вас и сможем поговорить откровеннее, — произнесла она, поправляя одежду.
На самом деле, эта квартира вообще не выглядела жилой. Будто сюда приезжали только для того, чтобы воспользоваться этим компьютером, а потом снова уезжали. Теперь понятно, почему они не боялись, что мы запомним дорогу, видимо, никакой важной информации у них здесь не хранилось.
Мы просидели в тишине где-то минут двадцать. Я за это время съехал по спинке в полулежачее положение и смотрел, как мацс с кийго вычитывают информацию о нас.
— Лиавес Альварес, — вдруг произнёс кийго и перевёл на меня взгляд. — Что вас с ним связывает? Вчера он звонил вам, Мэлори.
Я изогнул бровь и подобрался, усевшись поприличнее. Пока мы ехали, я что-то и не подумал, что это может стать проблемой. Не о том думал вообще.
— Да. Это друг нашего друга, — спокойно ответил я. — Я просил его найти информацию об отце Кристэла. Мы же думаем, что это его долг на Криса перекинули. Но больше он ни о чём не в курсе. Да и сказал, что никак больше помочь нам не сможет.