Ошибка (СИ)

Он вдруг остановился. Он говорил то, что до этого никогда себе не говорил, о чём никогда не думал или, скорее, то, чего никогда не осознавал. Он смотрел на Неё изумлёнными глазами, как будто не сам сейчас Её ошарашил. Она первая пришла в себя.
— И что же, ты полагаешь, что ты выше остальных? — она исследующе прищурила глаза.
— Да, полагаю.
— И также ты полагаешь, что будешь являться таким при любых условиях?
— Что Вы имеете в виду?..
— Насторожился? Правильно сделал. Это здесь твоя наглая физиономия обладает влиянием; здесь вы все — под моей защитой, да не было бы вас без меня. Я вложила в вас лучшие качества. Я отбирала и отбираю каждого из вас. Я люблю вас только за то, что вы достойны этого. Ты себя кем возомнил? Ты действительно считаешь, что имеешь право на полную «свободу воли»; а, точнее — свободу глупого своеволия, — при том, что себе не принадлежишь? Ты хочешь быть, как те животные, которых вы вчера смели с лица этой священной земли?
— Вы не отличаете своеволие животных от своеволия высших существ.
— Ха-ха-ха! Я-то отличаю, прости конечно… Но вот животные… ха-ха… не всегда отличают…
Эйи ничего не ответил. Лицо покрыла дымка отсутствия и холода.
— А вообще, я здесь не чтобы тебя оскорблять, ну вынудил ты меня. Я что хочу узнать: ты и правда считаешь, что твои высшие качества, твоё влияние, словом, весь тот ореол достоинства, что тебя окружает, не исчезнет, как утренняя дымка, попади ты в другую среду?
— Как оно может исчезнуть? Это неотъемлемо. Это и есть я. Если этого не будет — не будет меня самого.
— Ну, допустим. Но будет ли это также очевидно для других?
— Как это может быть не очевидно? Обладая определёнными качествами, ты их проявляешь. Не проявляя их, ты не живёшь.
— Ты логично мыслишь. Но категорично. Собственно, знаешь ли ты что-либо о жизни в других мирах?
— Разумеется, я знаю о существовании низших миров. И полагаю, что и существуют они для созданий низших.
— И что ты думаешь случится с высшим существом, если оно вдруг, скажем, по собственной глупости или там ещё каким причинам туда попадет?
— Хм-м… Полагаю, это будет страшная ошибка.
— …
— Этот человек будет чувствовать себя плохо. Но его качества никуда не денутся. Остальным просто ничего не останется, как признать их.
— Ты действительно так считаешь?
— Я в этом уверен.
— И ты думаешь, что, попав сам в какой-либо из низших миров, сможешь это доказать?
— Вы прямо бросаете мне вызов?
— Да не то что бы… Вообще, по-хорошему, мне следует просто убить тебя как неудавшийся образец. Но я всё никак не могу решить — неудавшийся ли ты или просто слишком самоуверенный. Во втором случае может помочь простая вправка мозгов, знаешь. Но, — Она зевнула, — если честно, я устала над этим думать и спрашиваю твоё мнение на этот счет. Ты ошибка природы или просто идиот?
— Боюсь Вас разочаровывать — ни то, ни другое.
— О-о-о… — Она приложила руку ко лбу. — Ладно. Что-то мне подсказывает, что ты просто идиот; возможно, это мои заблуждения. В любом случае — если ты действительно считаешь себя достойным человеком, то и отправляйся в низший мир, чтобы доказать свои слова.
— Всё-таки вызов.
— Не вполне. Ты можешь выбрать смерть!
— Ну, знаете ли… Слишком глупо прерывать расцвет.
Он немного постоял, опустив голову. Затем поднял взгляд исподлобья:
— Вы очень наивно считаете, что сможете сломить меня этим. Я вернусь через какие-то несколько лет, и возьму то, что по праву моё.
— Это будут не какие-то несколько лет. Это у нас нет чёткого понятия времени; там оно есть. Скорее всего, ты убьёшь себя ещё до достижения возраста зрелости…
— Возраста…чего?
— А, что это я. Узнаешь. Или нет. И да, у тебя ведь всегда есть третья опция, помимо низшего мира и смерти, но я даже не стану её предлагать, — Она усмехнулась.
— Разумно.
— Также в этом мире не будет меня. Совсем. Может, дать тебе время на осознание?
— Я осознаю.
— Ты не сможешь спросить ни у кого совета, не сможешь выполнять ничьи приказы.
— Вы что, рассчитываете, что я в итоге этого захочу? Ещё скажите, что буду молиться на Ваше изображение, — он засмеялся.
 
— Не отрицаю такой вероятности, — Она улыбнулась и приподняла бровь. — Правда вот, это уже будет бесполезно, ха-ха. Во всяком случае, нет смысла спорить. Если ты решился, можешь проваливать хоть завтра.
— Благодарю за такое любезное напутствие!
Когда он вышел, ему показалось, что изнутри что-то выдернули. И в то же время появился какой-то необъяснимый, вплоть до состояния болезненности, подъём.
Она вздохнула. «Может, оно и к лучшему: этих я ещё не отправляла никуда… Посмотрим, что из этого выйдет. Так что, пожалуй, о полном своём отсутствии я всё-таки слукавила».
И всё-таки Ей было жаль его. Вспомнить хотя бы эту спокойную уверенность, этот экзальтированный взгляд, с которым он бросался в бой, эту готовность… Красиво. И досадно.
Немного погодя, с наступлением сумерек, в храм проскочила другая фигура.
Хрупкий, будто сжавшийся в комок человек стоял на коленях, низко склонив голову под сложенными ладонью к ладони поднятыми руками. Видно было, что он волновался.
— Здравствуй, чего тебе нужно? — Она обратилась к нему спокойным, даже немного ласковым голосом; бедняга, похоже, не привык к таким встречам и, по всей вероятности, впервые обращался к Ней напрямую.
— Прошу, не сочтите за прихоть или своеволие… — он замялся, не зная, как начать; и, после некоторых оборвавшихся попыток, спросил прямо:
— Могу я отправиться вместе с Эйи, если мне не удастся его отговорить?
Повисла тишина. Стал особенно остро ощущаться запах цветов, растущих в храме.
Она посмотрела человеку прямо в глаза (тот уже опустил вниз руки и теперь смотрел прямо на Неё); поразила внезапно появившаяся твёрдость в его взгляде.
Она глубоко задумалась и начала перебирать пальцами.
— Что стоит за твоей просьбой?
Человек помедлил.
— Дело в том, что я… я… я хотел стать помощником жреца, но теперь, когда…
— Это не проблема. Я изберу нового. Да и вообще… уверен ли ты, что годишься на эту должность?..
Она посмотрела на него с сомнением во взгляде; он понимал, почему, но не позволил себе смутиться.
— Я чувствую, что это так. Да, пусть я и ни разу не летал на эио-ом…
— Ты ни разу не летал на эио-ом? Погоди… ты тот самый человек, который, единственный из всего племени, не считая ещё проштрафившегося Арка, не участвовал в соревнованиях?
Тот смущённо опустил голову.
— Эио-ом — животные. Они могут быть непредсказуемы. Я боюсь того, чем не могу управлять наверняка. Я раньше других развил в себе способность подниматься над землёй, используя энергию…
— Хм, действительно? Я не знала об этом.
— Этого никто не видел… — он покраснел.
Она посмотрела на него снисходительно.
— Но, в конце концов, я ведь узнал как-то, что Эйи уходит! Я не разговаривал с ним и видел его только мельком! — в его глазах было отчаяние.
В Ее же глазах появились искорки интереса.
— Действительно. Ты и не успел бы с ним поговорить, он только-только вышел…
Чуть погодя Она добавила:
— Хорошо. Я подумаю над тем, чтобы сделать тебя помощником жреца. Но будь готов к тому, что тебе придётся предоставить побольше доказательств. Это всё, что ты хотел?
— Эм… не совсем. Вы ведь… Вы ведь так и не ответили на мой вопрос…
Она приподняла бровь.
— Ты всё ещё хочешь отправиться вслед за Эйи?..
Он кивнул.
— Но зачем? — Она вздохнула. — Не знала, что он оказывает на вас настолько сильное влияние… Харизматичный придурок, — добавила Она чуть слышно. — Сколько ещё, интересно, людей ко мне подойдет с подобным…
 
— Позвольте объяснить… Дело не во влиянии, точнее, оно конечно же есть, или, скорее, было, но… В общем, Вы знаете, я невероятно ценю то, что мне посчастливилось жить именно здесь (на этих словах Она миролюбиво усмехнулась), и я подозреваю, как сильно отличается жизнь там… Но, поймите, я всегда чувствовал себя на отшибе; и это не то состояние, которое само собой разумеется у всех нас — Эйи единственный человек, с которым мне хочется иметь дело; он единственный, кто проявлял ко мне внимание и сочувствие, несмотря на все мои страхи и странности, если бы не он, я бы даже подумать не мог о том, что чего-то стою, не говоря уж о статусе помощника жреца; он дал мне веру в свои способности, да что там — веру в то, что они вообще есть.