Евгений, Джек, Женечка (СИ)

— У тебя… Он ныл под дверью.
Я тоже та ещё соня — отлично, не пили ничего, крепче витаминного чая, а спим, как со свадебного похмелья.
— А что Женька внизу делает?
Я начала уже спускаться.
— Ты же сама сказала не будить его! — подлетел ко мне Ярослав.
— Блин, я о твоей сестре! И вообще мне на работу надо! Это у вас лето…
То ли говорила я громко, то ли громко топала, то ли это Берька фыркнул со своего места будильником, но Джек поднял голову. Женечка — нет. Она спала на подушке, а вот нынешний хозяин дивана без оной.
— Она в пять пришла. Я смог уговорить ее тебя не будить, — выдал мой муж. — Иди в душ. Я сейчас встану и сделаю на всех омлет.
— На всех яиц не хватит, — сказала я без всякого подтекста, но этот придурок не промолчал:
— Свои добавлю, иди…
Так хотелось и ему указать верный маршрут. Но на лестнице уже появился Ярослав. Пришлось пустить его в ванную первым. А я уселась на край дивана, одним глазом наблюдая за спящей дочкой, вторым — за тем, как Джек одевается. Мне всегда нравился этот процесс. Намного больше раздевания: тогда я не успевала даже глазом моргнуть.
— Как спала? — спросил Джек явно с подтекстом.
— Плохо, — не стала я выделываться.
— А я после пяти утра — хорошо. У меня под боком сопела твоя половинка.
Утреннего поцелуя не последовало — мы одновременно взглянули на ворочащуюся Женечку и решили не рисковать.
— Поторопить Ярослава? — спросил Джек.
— Не надо. У меня так и не появилось сил умыться. Ты был вчера в душе?
— А ты сомневаешься? В ледяном! — усмехнулся Джек. — Ярослав, ты можешь не копаться там?! Мать ждет.
И даже стукнул по двери кулаком.
— Я же сказала, что все нормально.
— Он мог и на улицу в душ пойти! Парень или как?
Ну что я должна ему на это отвечать — пусть сам идет на улицу. Вода в бочке, возможно, и не остыла за ночь.
— Мы лечебное обливание не практикуем. Успокойся… Ты на кухню шел, забыл?
— Проверяешь меня?
— Больно надо!
Я поднялась с дивана и постучала в дверь.
— Ярослав, я на работу опаздываю!
Сын вышел, буркнув извинения. И по-быстрому ретировался наверх, чтобы не оставаться один на один с Сомовым: Женечка и Берька не в счет.
Я бросила пижаму в стиральную машину и запустила ее. Душ помог совсем чуть-чуть. Оставалась надежда на целебный кофе и хорошую декоративную косметику. Но начала я с кофе, потому что дымящаяся чашка ждала меня на столе. Самая приятная мелочь в семейной жизни, которой у меня никогда не было. Не уверена даже, что Влад научился за эту неделю варить кофе хотя бы для себя. Наверное, берет по дороге в киоске или в офисе.
— Выясни, он едет с нами или нет? — кивнул Джек на потолок.
— То есть его мнение все-таки учитывается? — усмехнулась я и крикнула, чтобы Ярослав спускался к завтраку.
Женечка уже сползла с дивана. Пришлось отставить недопитый кофе и пойти умыть дочь. Потом мы сели завтракать — вчетвером. Берька тяжело вздыхал от двери. Ему никто ничего не предложил. Не заслужил, что ли?
— Собаку покорми, — бросил Джек, как только Ярослав без напоминания понес тарелку в посудомоечную машину. — Как омлет? — спросил Джек уже у меня.
— Омлет как омлет. Спасибо.
— Думал, не дождусь.
— Я сказал вам спасибо, — послышалось от собачьей миски.
— Я не про тебя, а про твою мать говорю, — не обернулся к Ярославу Джек. — Тебе я ответил «на здоровье», если не заметил.
— Заметил.
— Иди одевайся. Мы через пятнадцать минут выезжаем.
— Я не хочу в город.
— Я тебя не спрашиваю, хочешь или нет. Я сказал, иди собирайся!
— Мам… — повернулся Ярослав ко мне за защитой.
— Ярик, ты сам сказал, что тебе тут скучно. Иди в музей. С Женей. Женя там тоже давно не был.
— Пусть он и идет тогда…
— А ты не хами тут!
Джек поднялся, чтобы убрать за собой тарелку, но Ярослав непроизвольно дернулся от него в мою сторону.
— Я не хочу! — и потопал наверх очень громко.
— Оставь его в покое! — сказала я, когда Джек сделал шаг к лестницы.
— Да щаз! С разбегу…
И взлетел наверх. Дальше была тишина. Только мое сердце билось в ушах. О чем они говорили, не знаю. Женечка громко пыталась увязаться с нами в город.
 
— Жень, я постараюсь завтра не идти на работу, — пообещала я скорее всего невыполнимое.
Джек спустился один и бросил мне, чтобы я шла одеваться. Ну и сообщил, что Ярослав едет с ним.
— Держи себя в руках, — прошипела я, проходя мимо. — А то он отцу нажалуется.
— Да пусть жалуется. Хоть Господу Богу, мне то что…
— А тебе должно быть «что». Мне сегодня с ним говорить. Или ты даешь мне день отсрочки?
— Ни дня. Я хочу спать с тобой, а не с твоей дочкой.
И он шагнул к дивану, чтобы собрать его. Я повела Женечку одеваться, и это заняло у нас слишком много времени, так что косметику пришлось запихивать в сумку. И застегивать пояс у платья тоже на ходу.
— Так тебе намного лучше, — улыбнулся Джек из-за спины Лены, которая в мое отсутствие успела заступить на службу. — Хоть на женщину похожа, а не на офисный кактус. Ярослав, ну е-мое! — повысил он голос до крика. — Ты-то там что у себя красишь!
Бедняга тут же слетел вниз. Футболка, джинсы. И Джек бросил ему довольно грубо, чтобы взял на всякий пожарный случай ветровку. У меня на руке болталась вязаная кофта, поэтому мне замечания не сделали. Его делала я сама. Не в офис вырядилась, а на пикник какой-то. Только соломенной шляпки не хватает. А мне встречать ревизора. Но в нашем бардаке не найти ничего приличнее. Будем надеяться, что встречают не по одежке…
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Я выдохнула только в машине и обернулась к Ярославу, пока Джек закрывал ворота.
— Не дуйся. Никто не обещал тебе легкое лето.
— Поехали домой.
И я знала, о чем он говорит.
— Сейчас мой дом здесь. Пойми ты это наконец.
— Зачем тебе сдалась эта работа? Тебе денег не хватает?
— Работа — это не только деньги. Вырастешь, поймешь.
— Не пойму!
— Значит, не поймешь.
Джек вернулся за руль.
— Успели поругаться? — поинтересовался с улыбкой.
— Тебя ждали, чтобы начать…
— У нас сегодня день примирения. Мы с Ярославом договорились быть белыми и пушистыми. Верно, парень?
Он не обернулся, подмигнул моему сыну в зеркало заднего вида. Ярослав промолчал. И молчал до города, куда мы доехали довольно быстро. Только малость постояли в черте города.
— Удачи! — сказал мне Джек перед офисом, и я буркнула в ответ:
— Вам удачи!
— Ну, мы справимся. Это ты нас там смотри не подведи.
А мне совсем не хотелось подводить черту под отношения с Владом. Она будет жирной и… Никогда не превратится в точку. У нас дети. Двое.
На сердце не было спокойно, но за Джека с Ярославом я переживала меньше всего. За работу? Ну, чуть больше. На уме был Влад.
— Ярослава Валентиновна, почему вы опаздываете? — почти что отчитали меня подчиненные.
Мне даже захотелось одернуть кофту, как в первые дни практики.
— Пробки, — выдала я сухо. — Из пригорода трудно добираться. И официально я на работе с понедельника, — добавила зачем-то зло.
— Москвичи приехали с утра, — подал голос Костя.
— Их много? — удивилась я.
— Двое. Оба на складе.
Стало совсем нехорошо: на секунду я даже испугалась, что одним из них может оказаться Влад, но потом сообразила, что ему тут делать совершенно нечего. Хотел бы приехать ко мне, приехал бы не под видом командировки.
Я спустилась на склад, чтобы поздороваться с московской командой. Я знала только одного из них. Он представил мне свою помощницу, намного меня младше, зато с гонором. Она и попросила меня не мешать им работать. Странно, что они закрылись на складе, хотя работали исключительно с базой данных. Я не стала настаивать на их переходе в офис и ушла туда сама. Собиралась сделать это, но по дороге приняла звонок от матери.