Последний остров (СИ)

Внизу, в долине между холмами и правда виднелась узкая, светло-красная полоса, которую можно было принять за странную красную траву или же за речку. Она тянулась по дну долины в обе стороны, насколько глаз хватало.
По очереди, все осмотрелись в бинокль. Нигде и следа жизни. Только редкие чахлые деревья разнообразили унылые окрестности.
Отдохнув, двинулись дальше. Спустившись вниз, разглядели, что светло-красная полоса — это песок.
— Говорят, в Великой Пустоши такой песок, — сказал старик.
Песок оказался очень мелким. Шагая по нему, все смотрели под ноги, на оставляемые следы.
— Тут теперь, не надо следопытом быть, любой нас найдет по ним, — сказал Коляныч.
— Да, — кивнул старик. — Но тут ничего не поделаешь. К тому же они с собаками, так что они нас и без следов найдут.
Поднявшись на второй холм, увидели за ним ту же самую картину. Вытянутый холм на западе и внизу "язык пустоши".
В этой долине, когда они шли по песку, путников встретил сюрприз. На песке — пересекая их путь, тянулись несколько бесконечных полос.
Подойдя к ним, путники остановились.
Машинально пересчитав полосы, Агей получил цифру восемь. Восемь длинных и неглубоких вмятин тянущихся вдоль долины. Не сильно широкие, отметил парень, сантиметров сорок в ширину. "Словно что-то волокли, — думал он. — Или катили. Только где следы людей?"
— Это чего? — раздраженно поинтересовался Добер.
— Следы от машины, — ответил Елизар, — вернее, от их шин.
Он многозначительно посмотрел на парней.
— Да, это бандиты из Пустоши, больше не кому, — кивнул он в ответ их на немые вопросы.
Агей и библиотекарь стали встревожено озираться. Заметив это, старик сказал:
— Не волнуйтесь. Видите, это старые следы. Они почти размыты. Но сделаны явно неделю-две назад. Не раньше.
Он задумчиво почесал бороду.
— Так это чего? — спросил Агей. — Две машины ехало?
— Возможно, — задумчиво ответил Елизар. — Может две машины проехали. А может одна ехала, а потом назад вернулась.
— Значит, бандиты из Великой Пустоши тут бывают… — задумчиво проговорил Коляныч.
— И что с того? — спросил Добер.
— Для нас эти следы, просто отличная находка! — усмехнулся бывший раб. — Я вам ручаюсь — пиратам они очень не понравятся.
— В смысле?
— В смысле, что если они и дойдут досюда, то эти следы будут для них хорошим предлогом, чтобы прекратить поиски. Зачем им бежать вперед, рискуя нарваться на сухопутных бандитов?
— Ну, это тогда хорошо, — пробормотал Вилен.
— Да! Но и нам тут расслабляться не надо. Давайте поднажмем. Еще час-два в темпе пройдем, а там большой привал устроим, и, я думаю, пираты к тому времени точно назад повернут.
Быстрым шагом беглецы двинулись дальше.
Когда они поднялись на очередной холм, их взгляду открылась точно такая же равнина, что и позади, с точно таким же песчаным "языком пустоши", протянувшимся по ее середине. Подходя к песку, все внимательно всматривались, нет ли и тут следов машин, но песок оказался нетронут, в нем разве что росли редкие травинки.
Никто ничего не сказал, но Агей почувствовал облегчение.
"— И хорошо, что тут ничего нет, — подумал парень. — Вряд ли бандиты тут рыскают. Скорее всего, просто заехали. Возможно, к берегу ездили, на океан посмотреть".
Поднявшись на холм, откуда открылась еще одна долина, сделали привал. Опустив носилки, Агей улегся прямо на землю.
— Я точно не знаю, но возможно, за тем холмом уже равнина будет, — сказал Елизар. — Хотя, там может еще один холм. Максимум два…
— Сделаем здесь большой привал, — сказал Коляныч, быстро оглядев окрестности в бинокль. — А следующий привал сделаем, когда выйдем из этих "языков" и отойдем от них немного.
Никто не возражал. Видя, что старик разливает воду из стального бидона, Агей подошел к нему и вместе со всеми выпил по кружке, после чего улегся на землю. Лежа, он лениво смотрел, как Добер взял в руку бинокль и с умной рожей стал смотреть по сторонам.
Агей посмотрел немного в небо, а потом повернулся на бок и посмотрел на жухлую траву рядом. Увидев небольшого жучка, парень наблюдал за ним некоторое время, а затем подумал:
 
"— Вот куда он ползет? Зачем живет? Ведь я, если вдуматься, тоже, как этот жучок, вот ползу неизвестно куда. Да и остальные…"
Парень закрыл глаза и задремал. В себя его привел тревожный голос Добера:
— Слышь! Коляныч! Ты это… Глянь! Это кто это там, а?
Бывший раб резко вскочил на ноги и быстро оказался рядом со здоровяком, смотревшим в бинокль в сторону, откуда они пришли. Все сразу привстали, тревожно глядя в туже сторону.
Взяв руки бинокль, Коляныч взглянул и ругнулся.
— Так кто это? — с испуганной рожей вопрошал здоровяк.
— Пираты это, кто же еще, — досадливо откликнулся Коляныч. — По нашу душу. Быстро! Уходим!
Без лишних слов, все схватились за носилки и двинулись в путь.
— Так они заметили нас, а? — испуганно спрашивал Добер.
— Да! Но вы тут особо штаны себе не мочите. Их там только пятеро и две собаки.
Беглецы двигались вниз по склону быстрым шагом. Неожиданно, Добер и Вилен перешли на бег. Здоровяк в этот раз схватился за носилки сзади. Он так заторопился, что очкарик, державший носилки спереди, вынужден был бежать, потешно перебирая ногами. В другое время, это зрелище повеселило бы Агея, но сейчас было не до смеха.
— Да не бегите вы! — сдавленно крикнул им Коляныч и вдруг сам перешел на бег.
Пологий склон, по которому они спускались, помогал бежать, но все равно, было не очень легко. Однако Агею показалось, что путь вниз, на дно долины занял какую-то минуту. Внизу, ступив на песок, бегущие замедлили шаг.
— Спокойно! — тяжело дыша, говорил Коляныч. — Держим темп! Главное — не выбиться из сил!
Преодолев низину, двинулись по склону вверх. Этот подъем дался уже значительно труднее. Однако Агей изо всех сил старался идти как можно быстрее.
В голове роились тысячи мыслей — начиная от страха поимки, и заканчивая всякими дурацкими идеями. Парень изо всех сил старался держать рот закрытым, чтобы не советовать товарищам бросить носилки и бежать скорее.
Шагая наверх, Агей словно потерял счет времени, и ему казалось, что они идут уже больше часа, а склон все не кончается.
Наконец, послышался голос Коляныча:
— Все, отдыхаем!
Поставив носилки, Агей сразу свалился на землю, заметив только, что они почти вышли на гребень холма. Рядом также опустились Добер с Виленом. На ногах остались только Елизар с Колянычем. Подхватив с носилок бинокль, бывший раб стал смотреть назад, на противоположный склон. Глядя туда же, Агей увидел вдали преследователей — несколько черных точек, которые спускались вниз и преодолели только треть склона.
— Не шибко сильно они не бегут как-то, — сказал Коляныч, глядя в бинокль. — Их пятеро. Один, позади, несет вещи и это слуга! Так что пиратов четверо. Впереди, с собаками это точно Грамс. Он в бой не полезет, так что их, считай, трое только. Да и то, я не вижу, кто с ним, но, наверное, это его дружки, так что они тоже сломя голову на нас не полезут.
— А собаки? — выдохнул Вилен. — Они ведь могут их спустить?
— Могут, но вряд ли спустят. Слишком дорого они стоят.
— А что делать будем, если они кинутся? — не удержался от вопроса Агей.
— С двумя-то тварями мы справимся, — хмыкнул Коляныч.
— А вообще, откуда они тут взялись? — спросил, полулежащий Вилен. — Мы же, вроде, как на первый холм поднимались, никого позади не видели.
— Понятия не имею. Значит, как-то углядели нас и бросились. Бегом бежали. По ним и видно. Сейчас, вон, еле-еле чапают, хотя у них под уклон дорога идет. Явно из последних сил шлепают.
 
— Давайте, парни! Последний рывок!
— А чего "последний рывок"? — зло сказал Добер. — Они теперь так и будут за нами бежать!
— Не уверен, — откликнулся Коляныч. — Эти гады не бегуны. Если бы на их месте были настоящие охотники за рабами, то это да, уже можно было бы со свободой прощаться. Но эти — другое дело. Они сюда, считай, чудом добрались. Явно из последних сил бегут. Да и далеко от берега. Места неизвестные, да и в любом случае, не будут они тут ночевать.