Последний остров (СИ)

— Почему же? — недоверчиво прищурился Добер.
— Все очень просто, — объяснил бывший раб. — Во всех тех местах рабство — это обыденность. С таким вот клеймом, — Коляныч показал на предплечье, — меня бы быстро схватили и вернули Рамосу. Ведь там почти в каждом городе есть профессиональные охотники за рабами, так что побег там — без шансов. Я мог бы попытаться бежать в почти родном Сиралисе или других вольных городах на севере, но там рабов стерегли особенно тщательно и не выпускали на берег. К тому же я все время помнил, что если бежать, то должна быть полная уверенность, что меня не поймают — ведь я знал, что меня ждет в случае поимки.
Он обвел взглядом слушателей и отхлебнул еще глоток из кувшина.
— Так вот… — продолжил рассказ Коляныч, как вдруг откуда-то снизу послышался резкий звук.
"— Телефон!" — понял Агей.
Все сидящие на лестнице вздрогнули и вскочили на ноги. Снизу, со стороны кухни, опять раздался телефонный звонок.
— Это телефон! — приглушенно воскликнул Лысый.
— Наши, — прошептал Добер.
— Идем! — Нос решительно начал поворачиваться, чтобы идти вниз, но Коляныч его удержал.
— А если это пираты? — спросил бывший раб.
После этих слов все застыли на месте. Телефон же продолжал звонить.
— Откуда ты знаешь, что это пираты? — недобро прищурился Добер.
— Я этого не знаю. Но что, если это они? — пожал плечами Коляныч. — Возьмете вы трубку, а они узнают, что здесь люди. Надо это вам?
— Парень дело говорит, — согласно кивнул бригадир. — Это могут быть и пираты.
— А если нет? — уперся Добер.
Коляныч даже не посмотрел на здоровяка, а обратился к бригадиру.
— Тут еще вот так может быть. Они могут взять одного из ваших и заставить его обзвонить все другие телефоны на острове. Кто откликнется, тех заманят и схватят.
— И такое может быть, — задумчиво проговорил Нос.
Телефон тем временем умолк.
— А если это наши? — не успокаивался Добер. — Если они там собираются для отпора, а мы тут, как мыши, сидим!
— Спокойно, — сказал ему бригадир. — Суетиться не надо. Там и правда может быть кто угодно. То, что здесь телефон, это хорошо. Есть у меня мысли кое-какие на этот счет. Но это потом. Давай, сперва, с главным делом разберемся.
Он посмотрел на Коляныча:
— Продолжай.
Все снова уселись на ступеньки.
— На чем я остановился? — спросил бывший раб.
— Что сбежать нельзя было, — подсказал Агей.
— Ну да. Сбежать из рабства — это не простое дело. Очень не простое. Но я ждал и надеялся. И вот так прошло десять лет. Да… Вы только не думайте, что я там жил, как на курорте. Устроился я неплохо, но последнее время стал сдавать. Уставать начал, да еще кровь несколько раз сплевывал. А это, скажу вам, очень невеселые симптомы. Мне это удавалось скрывать, но если бы заметили, что я стал хуже работать или заболеваю — меня мигом бы с кухни убрали и продали куда-нибудь на плантации, на какой-нибудь остров, без всяких шансов на спасение.
Бывший раб перевел дух и сделал несколько глотков воды.
— И вот все это тянулось до последнего времени. Несколько дней назад мы шли на север, в Перголо, там у Рамоса и других пиратов намечается сходка.
— А что они на сходках делают? — вдруг живо заинтересовался Добер.
— Да я откуда знаю? Мне капитан не отчитывался. Но явно на этих сходках пираты говорят не о строительстве школ, а о том, как бы людям похуже сделать. Вот. Вышли мы с Юга, с Куша. У нас говорили, что континент в этом месте изогнут.
Он очертил на полу закорючку в виде вытянутой буквы С.
— Вот тут, — он ткнул в нижний конец линии, — тут Юг, там — Куш, Карис, Самандер и прочие южные города. А вот тут, — Коляныч постучал пальцем по верхней части линии, — Северные города, Сиралис, Перголо, и Нува.
— С Юга на Север хотят только большие корабли, и все идут напрямик, вдоль берега никто не ходит, ибо нет там городов, по крайней мере, я ничего про это не слышал. И вот мы, три дня назад, вышли с Куша и направились в Перголо. По пути заметили, что с востока шторм идет. "Дрифт" не боится никаких штормов, но капитан решил уклониться и изменил курс к западу, надеясь его обойти. Причем мы очень сильно отклонились от курса, от обычных путей, но шторм все равно нас настиг. Уже началась болталка, и тут мы на вас наскочили. Увидели пираты остров, бухту, ну и решили переждать шторм здесь, а как увидели, что тут люди живут — решили заодно и заняться любимым делом — пограбить. Дальше вы уже в курсе, что было.
 
— Мы-то в курсе, — сказал Нос. — Но лучше ты расскажи, что тут было? Так сказать, твоими глазами.
Коляныч кивнул.
— Мы, рабы, конечно, не сразу все узнали. Прошел слух, что наткнулись на неизвестный город на побережье. Я сразу насторожился. Думаю, если это свободный город, то, пока команда занята грабежом, может, стоит рискнуть? Я как раз на кухне тогда дежурил. Почти вся команда на берег съехала, но они время от времени кучками возвращались на корабль — привозили добычу в лодках, ну и обедали. Я разносил еду между столиков и внимательно слушал, что они болтают. Видно было, что это не обычный набег. Возбуждены они были сверх всякой меры. Радовались множеству добычи, и своей доле, ну и, само собой, говорили, что больше всех достанется капитану. Он целый город захватил, и возможно здесь у них новая база будет.
— Я вначале тоже обрадовался шансу сбежать, стал прикидывать, как и что, а потом вдруг услышал, что это остров. Ну, я чуть не заплакал. Смысл-то мне бежать на остров? А потом вое как было…
— Я уже, считай, успокоился. Мысли о побеге выкинул из головы и начал как обычно работать. И тут послал меня начальник смены на бак. Это на самом носу корабля. Туда надо было кастрюлю со жратвой отнести. Вот пошел я по погрузочной палубе. Это самая нижняя палуба на "Дрифте". Во время штормов ее волнами заливает, ужас. Но смыть за борт, не смоет, ибо там решетки везде, да и пол, тоже решетка и под ним виден проход, которому лодки в трюм заплывают. Вот вышел я с кастрюлями на палубу, и вижу — там, прямо над решеткой, стоит сам капитан, а рядом его первый помощник Сидак. В бухте-то шторма нет, только немного покачивает, да дождь стеной — ничего не видать. Изредка показываются скалы, да дома на берегу. В общем, стоят эти двое и наблюдают, как лодки заплывают с кучами пленных. Прохожу мимо и слышу обрывок разговора. Точно не помню, что они там болтали, но Сидак говорит, дескать, в каком отличном месте остров стоит. Прямо рядом с побережьем. Что значит они, то есть вы, тут воду можете прямо с материка себе возить.
— Я, конечно, и вида не подал, но в мыслях просто завопил от восторга! Вот, думаю, если тут материк близко, надо бежать! Выберусь в суматохе с корабля, отыщу на острове хотя бы бревно, а может и лодку, и поплыву! Хоть и на бревне!
— Так у нас тут нет никакого материка рядом! — не выдержал и сказал Агей.
Коляныч только усмехнулся и продолжил рассказывать:
— Покормил я тех уродов на баке, и иду по палубе обратно. Снова мимо этих двух. И опять слышу, что Сидак говорит капитану, дескать, всех пленников будем забирать и даже постов не оставим? Капитан кивает и отвечает в том духе, что да, дескать, не будем искушать парней.
— И тут до меня дошло, — с усмешкой рассказывал бывший раб. — Дошло, что Рамос собирается в скором времени сниматься с якоря. У него ведь сходка в Перголо! Пропустить ее никак нельзя, даже для него подобное чревато. Если он не придет, то против него там могут сговориться остальные пауки. А тут вон какую махину захватили, тут не один месяц все разбирать, да учитывать. Поэтому я сразу смекнул, что капитал решил быстро метнуться в Перголо, уладить дела, а оттуда сразу назад, осматривать добычу.
 
— Ну, я конечно, виду не подал, а как оказался на кухне, то сразу решил — пора! Послушал, что наши там говорят, и узнал: что команда трюм расчищает, дабы было место, куда народ с острова грузить. У нас и так груза мало и места завались, но у вас тоже тут народу порядочно. Вот несколькими лодками и возили на берег груз, а оттуда народишко ваш.