Изгнанники. Дорога домой.

Выбравшись в сад, Кай совершенно не узнал его. Вместо цветов, клумб, пышных кустов и аллеек их встретила выжженная пустая земля. Неужели это осирийские колдуны так постарались? Но зачем?
— Это твари, — тихо сказал Нео, отвечая на невысказанный вопрос. — От их долгого нахождения в одном месте даже земля умирает, не то что цветы.
— Но как же Нисвет? — удивленно посмотрел на него Кай. — Там с природой всё было нормально.
— Нисвет эльфийский лес, он нейтрализовал силу воздействия тёмных, сокращая её до минимума. К тому же, в противовес тёмным там жили и светлые существа.
Рассматривать что осталось от красот вокруг дворца они не стали, Кай быстро провёл их отряд ко входу для прислуги. Оказавшись на огромной дворцовой кухне, Нео велел всем остановиться и прикрыл глаза, вслушиваясь в колебания силы.
— Они наверху, — негромко сказал он, — пять колдунов и три сильные твари. Они уже знают что мы внутри, так что нас ждут.
— Вот никакой внезапной атаки с этими тёмными, — выдохнул Тейтус. — Если бы не эльфы, мы были бы в этой войне как слепые котята. Дар конечно полезный – чувствовать силу, но как-то это… Вы умеете это с детства, принц Эрнеос?
— Да, — коротко кивнул юноша.
Отряд медленно и осторожно стал пробираться вперед, всё так же используя коридоры и проходы для прислуги, избегая парадных прямых путей. Да, Нео ощущал где находятся колдуны и нападения от них не боялись, но засаду могли устроить и люди, а их он не чувствовал.
Как Нео и сказал – пять колдунов ждали в бальном зале, выстроившись в полукруг на расстоянии пары метров друг от друга. А вот твари сидели в углах, не спеша высовываться. Все трое были одного вида – какие-то полуокаменелые здоровые собаки со страшными мордами. Их шерсть действительно казалась каменной, Каю даже стало любопытно прикоснуться к ней, чтобы проверить. Один из колдунов вышел вперёд: его внешний вид сразу не понравился парню. Встреть он его где-нибудь в таверне, решил бы, что это наёмник или пират, а никак не благородный осирийский колдун.
— Я полагаю к нам пожаловал принц, брат Эргонеса, — зло усмехнулся мужчина. — Красивый. Как сказал король: «Ты его сразу узнаешь». Даже смазливее большинства девок будешь. Я б тебя поимел.
— А ты у нас Терон – наёмный убийца, осужденный на казнь, но спасённый по прихоти моего брата. Созданный им колдун. От этого ты не перестал быть грубым, наглым, невежественным, жестоким мужланом. Какое расточительство сил. Так вот за кем теперь идут осирийские колдуны? — Последние слова были адресованы мужчинам, что окружали, их якобы главаря.
С каждым словом, что произносил Нео, колдун удивлялся всё больше, а потом и вовсе прошипел:
 — Откуда знаешь обо мне?
— Как?! Твой король разве не предупредил, когда отправлял тебя сюда? Я вижу куда больше чем обычные люди, и тебя видел.
От низкого голоса Нео, даже по коже Кая побежали трусливые мурашки. Юноша как-то напитал его силой и сделал весьма устрашающим, нечто подобное он уже проделывал, когда разнёс первый караван работорговцев. Возможно Нео что-то и видел об этом человеке в воспоминаниях Гнеса, но сейчас он явно преувеличивал свои способности, и это принесло свои плоды – колдун с опаской сделал пару шагов назад, и теперь смотрел на юношу не так вызывающе.
— Нам приказано взять тебя живым, — сказал Терон через минуту, снова возвращая на лицо мерзкую ухмылку, — если получиться, конечно. Но я, пожалуй, скажу королю, что живым взять не вышло.
— Болван, — Нео мило улыбнулся, — Эргонес послал тебя на смерть, ведь он знает, что такому как ты не выстоять против меня и пары минут.
Обозленный этими словами мужчина, выставил руку вперед, намереваясь атаковать. Его соратники сделали тоже самое, вот только никто из них не успел – отлетели к стене от лёгкого, почти не заметного движения кисти Нео. Каспий снял странный, маленький, струнный инструмент, который всегда носил на поясе и заиграл резкую мелодию. Кай хотел было возмутиться – нашёл время для песен, но неожиданно понял, что не может пошевелиться. Он глянул на вражеских колдунов, похоже их постигла та же участь. А Нео быстро переместился вперед, атакуя, и двое осирийцев упали замертво с разорванными глотками. Существа кинулись на юношу, видимо на них странная музыка не действовала, как и на эльфа. Нео даже не пришлось защищаться, он просто со злостью посмотрел на тварей своим магическим взглядом и те в ужасе попятились, а потом и вовсе попытались удрать через двери, ведущие на балкон. Одному это удалось, но двое других были схвачены невидимой нитью, и, пытаясь дотянуться лапами до своих шей, стали задыхаться, пока не застыли неподвижно на полу. Нео повернулся к Каспию и чуть кивнул, музыка тут же смолкла, а колдун качнулся в сторону, с видимым усилием удерживая себя на ногах,— похоже эта магия отнимала у него много сил. Кай, как и остальные, вновь мог двигаться. Тейтус и Даир долго не раздумывая атаковали двух оставшихся осирийцев, и, практически без сопротивления, скрутили их. Нео же не торопясь направился к Терону, который уже не пытался нападать, с ужасом глядя на юношу.
 
— Что же ты не язвишь и не хамишь больше? — спросил Нео.
— Ты… ты такой же дьявол, как и твой брат, — прошептал мужчина и опустился на колени. — Бей, я не стану молить о прощении.
 — Я не собираюсь тебя убивать, — Нео подошел вплотную, пошевелил пальцами и на запястьях Терона появились магические кандалы. — Тебя казнят на городской площади, как и должны были сделать более полугода назад. В наказание за смерти всех, кого ты убил.
Кай прошёл к балкону и выглянул на улицу. На площади перед дворцом уже собирались люди и эльфы. Его взгляд встретился с глазами Наира, тот слегка кивнул и улыбнулся.
— Вот и всё, — прошептал Кай, а потом обернулся к остальным и произнес громче, — Мы взяли Лейрию!
 Глава 13 Ловушка. 
Нео медленно шёл по заснеженной улице Лейрии, глядя на серые мрачные дома. Даже спустя две недели, прошедшие после захвата города, тёмная энергия всё ещё прочно окутывала землю и постройки, несмотря на то, что эльфы уже несколько раз занимались их очищением. Эльфы — само воплощение светлой магии… Они потеряли уже восьмерых в битве за Лейрию. Конечно, каждый из них знал на что идёт, но как сложно осознать, что эти могущественные, практически бессмертные существа, тоже гибли. Так легко. Нео родился и жил среди людей, ни себя, ни мать никогда к эльфам не причислял, и даже сейчас испытывал восхищение и трепет, глядя на этих чистых создания.
Больше всех их гибель переживал Арнайн. После битвы он несколько дней ходил потерянный и печальный, и даже присутствие Вечрея мало помогало. Осознание уязвимости эльфов и хрупкости жизни напугало его. Возможно ещё и ранение любимого подкосило Арна, теперь они ни на секунду не отходили друг от друга. Нео понимал его как никто: сам едва не потеряв Кая однажды, он старался быть неподалеку, а в бою и вовсе боялся выпустить из поля зрения. В относительно безопасной обстановке эта необходимость не ощущалась так остро. Как сегодня: Кай отправился с Реном и Дионом в склеп навестить могилы своих родных. И звал с собой Нео, но юноша подумал, что молитвы и слёзы не для чужих глаз, правильнее оставить его с семьёй один на один. Рен с Дионом заявили, что тоже его семья, и увязались следом за Каем. Нео надеялся, что если понадобиться, ребята тактично уйдут, но сам не смог бы, увидев боль и тоску в глазах любимого. И пообещал пойти с Каем в следующий раз, когда схлынет первая волна боли. Он хотел бы поклониться могилам родителей Кая и поклясться им, что всегда будет любить и беречь их сына.
В Лейрии они решили остаться до весны: сложившаяся обстановка не располагала к пешим походам по заснеженным дорогам и заброшенным поселениям. Гнес засел с колдунами и тёмными в Варнии, и уходить оттуда никуда не собирался. Судя по тому, что докладывал Рок, брат усердно готовит город к осаде. В Перии обстановка тоже поменялась. Каждые несколько дней Наир связывался с Аметисой. Эльфийка рассказывала об успехах, достигнутых при поддержке короля Тосрена – войска, оставленные Гнесом в Перии, отчаянно проигрывали и отступали, возвращая всё большую территорию перийцам. Эргонес совершил ошибку, ожидая Нео и армию эльфов в Варнии, — он терял захваченные земли.