Фея Лени (СИ)
– Декан, что вы делаете?!! – воскликнул Титвин, вместе с Алкуром замерший в дверном проёме и с ужасом наблюдавший за тем, как их суровый преподаватель гоняется по комнате за полуголой девицей.
Кея проигнорировал его возглас и, трансформировав плеть в толстую серебряную цепь с петлёй на конце, ловко набросил её на шею блондинке и затянул. Девушка отчаянно захрипела и рухнула на колени, а её облик начал стремительно меняться: черты лица заострились; кожа потемнела, став почти коричневой; глаза, напротив, посветлели, из карих став практически жёлтыми; волосы осыпались, точно осенняя листва, а из макушки выросли два изящных рога, которым демоница – а это была именно она, – попыталась продырявить своего пленителя, за что получила лёгкий подзатыльник в комплекте с обездвиживающим заклинанием.
– Вы так и будете там стоять или всё-таки поможете мне? – мрачно спросил Кея, обращаясь к Титвину и Алкуру.
Алкур, встрепенувшись, поспешил к декану, и вместе они без труда спеленали цепями по рукам и ногам отчаянно сопротивляющуюся демоницу, легко сбросившую парализующее заклинание и так и норовившую цапнуть обидчиков острыми зубами или полоснуть когтями.
– Это что, суккуб? – ошеломлённо спросил Эрик, всё ещё в одних трусах сидящий на кровати.
– Она самая, – мрачно подтвердил Кея. – Скажи спасибо, что мы вовремя успели: полчаса в обществе этой очаровательной прелестницы, и от тебя остался бы лишь хладный труп, полностью лишённый что магии, что жизненных сил.
– Спасибо, декан, – судорожно сглотнув, покорно проговорил Эрик. – Но как она очутилась в моём сне?
– Как, как… каком кверху! – раздражённо бросил Кея, послав нерадивому студенту недовольный взгляд. – Я сколько раз говорил: перед сном нужно очищать сознание и обуздывать свои страсти. Или хотя бы использовать ловец духов, чтобы всякие паразиты не цеплялись. И уж точно не стоит шататься по всяким злачным местам в поисках развлечений, не умея толком защищаться и не имея при себе надёжных защитных артефактов!
Эрик смущённо потупил глаза.
– Простите, декан, – пробормотал он едва слышно.
– На кой бес мне твоё простите? – недовольно спросил Кея, однако злости в его голосе заметно поубавилось. А затем магистр и вовсе добавил примирительно: – Если не хочешь снова попасть в лапы подобной особы, – кивок в сторону связанной демоницы, – стоит разрешить свои амурные проблемы. Сккубы, как и инкубы, атакуют в первую очередь одиноких людей и тех, кто страдает от неразделенной любви.
Лицо Эрика приобрело кислое выражение.
– Если бы всё было так просто… – сокрушённо проговорил он.
– По своему опыту могу сказать: ничто так не красит мужчину, как храбрость и умение озвучивать свои чувства словами через рот, – заметил Кея вполне благодушно. – И прекрати шляться по борделям! Слава ловеласа вряд ли добавит тебе очков в глазах приличной дамы.
– Это не то, о чём вы подумали! – тут же возмутился Эрик. – Я там материал для курсовой по любовной магии собирал, а не развлекался!
– Вижу я, как вы материал собирали для курсовой, – укоризненно покачал головой Кея, возвращаясь к привычному стилю общения. – Так собирали, что притащили в академию опасного паразита, который вполне мог выкосить половину общежития, если бы его вовремя не поймали.
Эрику хватило совести покраснеть.
– Ладно, о вашей безалаберности и легкомысленном отношении к технике безопасности поговорим позже, – строго проговорил Кея, а затем подошёл к суккубу и, ухватив её за цепи на спине, легко поставил на ноги, словно девица и вовсе ничего не весила. – Эту красавицу я забираю с собой, так что можете спать спокойно. Доброй ночи, господин Жано.
– Доброй ночи, декан.
Волоча упирающую демоницу за собой едва ли не на буксире, магистр покинул спальню, предварительно вытолкав из неё Алкура с Титвином, после чего вежливо закрыл за собой дверь.
– Вот, господа студенты, вы и увидели наглядно, для чего над общежитиями был установлен защитный купол, – спокойно проговорил Кея, затаскивая свою буйную ношу в ближайшую комнату – тоже, к слову, являющуюся спальней, – и бесцеремонно бросая её на кровать, отчего суккуб негромко вскрикнула и разразилась нецензурной бранью. Кея наградил демоницу строгим взглядом и коротко бросил, добавив голосу мощи с помощью магии: – Молчать!
Суккуб скорчила недовольную мордашку и укоризненно ответила:
– Не обязательно обращаться со мной так грубо! Можно было и словами сказать, мол, дорогая, я тебя поймал, так что собирай манатки и проваливай на все четыре стороны.
Кея насмешливо фыркнул и обманчиво ласковым тоном спросил:
– Кто тебе сказал, дорогая, что я планирую тебя отпускать? Нет, уж, раз попалась, придётся потрудиться и принести пользу обществу.
Кея наградил суккуба скабрезной улыбкой, а затем вдруг резко стал серьёзным и строго проговорил:
– Ты отправишься к мастеру Тарию и передашь ему моё сообщение.
Глаза демоницы расширились от ужаса.
– Но ведь он – мастер ментальной магии! – возмущённо воскликнула она. – Он меня уничтожит, стоит мне только появиться в его сне!
– Вполне может быть, – равнодушно согласился Кея. – А здесь тебя уничтожу я. Так что выбор за тобой: сыграть роль почтальона и получить призрачный шанс уцелеть или пасть от моей руки.
Суккуб судорожно дёрнулась в путах и с мольбой уставилась на мужчину, однако ни единый мускул не дрогнул на его лице. Тогда она перевела взгляд на Алкура и Титвина и беззвучно прошептала: «Пожалуйста». Алкур лишь криво усмехнулся на столь топорную попытку манипулирования, а вот его сердобольный друг судорожно сглотнул и отвернулся, не желая дальше наблюдать происходящее.
– Так что ты решила? – строго спросил Кея, сильнее натягивая цепь, опутывающую тонную шею демоницы.
– Я согласна, – прохрипела суккуб, обречённо склонив перед магистром рогатую голову.
– Отлично.
Кея опустился перед ней на колени и, пробормотав заклинание, нарисовал пальцем на лбу демоницы символ клятвы: теперь та не сможет нарушить обещание, не рискуя при этом распрощаться с жизнью.
– Всё, проваливай.
Щелчком пальцев Кея развеял цепи, и суккуб тут же вскочила на ноги, показала мужчине какой-то замысловатый знак, сложенный из перекрещённых указательного и среднего пальцев обеих рук – очевидно, что-то крайне нецензурное на демоническом языке, – и просто растворилась в воздухе.
– И вы вот так просто её отпустили? – в голосе Алкура послышалось возмущение. – Она ведь может кого-то убить!
Кея посмотрел на юношу, как на полного идиота.
– Суккубы и инкубы питаются только сексуальной энергией, – вместо декана ответил Титвин. – И никогда не убивают своих жертв. Максимум, что ожидает их доноров – измождение и проблема с управлением магией.
Алкур нахмурился.
– Но вы ведь сказали Эрику…
– Всего лишь немного приукрасил истину, – усмехнувшись, объяснил Кея. – В воспитательных целях, так сказать. Кроме того, к третьему курсу он уже должен был точно знать, кто такие суккубы, как они себя ведут, чем питаются и как с ними бороться.
– Мастер Тарий правда может её убить? – с нотками тревоги спросил Титвин у декана. – Я читал, что суккубы – низшие демоны, более близкие по своей природе духам, поэтому их невозможно уничтожить, лишь на время развоплотить.
– Всё правильно, – кивнул Кея. – Суккубы и инкубы, в сущности, лишь сгустки энергии, принимающие определённую форму. Они не чувствуют боли, голода или холода, только бесконечную потребность становиться сильней путём поглощения сексуальной энергии. Так что визит к Тарию, даже при самых неблагоприятных обстоятельствах, нашей новой знакомой не повредит. Максимум, Тар её развоплотит и телепортирует как можно дальше от академии, и барышне придётся очень долго заново накапливать энергию, чтобы снова обрести физический облик.
– А не много ли «почтальонов» вы уже отправили к мастеру? – насмешливо спросил Алкур. – Какая она по счёту? Третья? Ну, если считать вместе с сообщением, оставленным на переговорном кристалле. К слову, почему тогда вы не отправляете к мастеру всех, в чьих снах мы побывали? Так будет ещё надёжней!