Новая эпоха (СИ)

Соланис шёл неторопливо и не глядя по сторонам, словно кипевшая вокруг битва его не касалась. Вспыхивающие столпы пламени и блеск молний очерчивали строгое лицо, делая его черты более тонкими. За его спиной также медленно шли «Тёмные Голоса». Новусы, что он сумел убедить в правильности своих взглядов, бывшие ученики и Воксы этого храма, вновь вернулись сюда. Велир с радостью обнаружил, что знает практически их всех.
— Предатель! — прошипел Квинталь, сузив глаза. Метнувшийся в его сторону пробегавший мимо мутант тут же был обращён в пыль, едва приблизившись к нему. — Гнусная сволочь!
— Не раздражай меня своей татийской руганью, Квинт, — голос Дейриера звучал спокойно, хотя и с нотками гнева, — будь сдержанней и выслушай меня.
— Отчего ж не поговорить в самый разгар начала конца света, — согласился Велир, приветливо помахав рукой кому-то из толпы в чёрных туниках. Белые лица «Тёмных» выражали некоторое удивление, но даже они не могли сдержать радостных улыбок при виде бывшего старого наставника, — ну-с? О чём будем вести дискуссию?
— Я предлагаю вам присоединиться к Арии Хаоса, — Дейриер не стал заходить издалека, — хватит новусам Хора Ауколис скрываться за масками милосердия и терпения. Мы уже достаточно изучили принципы появления жизни и способы сами творить её. Теперь, даже ноосфера принадлежит нам! Так чего мы боимся? Наука дала нам возможность сотворить мир таким, каким мы захотим его видеть. Без гордыни, лжи, ненависти и страданий. Создадим мир-утопию, мир-сказку! С вами, вашими знаниями и силами, мы сделаем это гораздо быстрее!
— Богом себя возомнил? — белое лицо Квинталя стало ещё страшней, словно у призрака. — А сам всё ещё остался смертным. Сколько тебе осталось, Дейри? Полсотни? Или меньше?
Зелёные глаза Соланиса сверкнули, но он промолчал, вежливо слушая ответ старого друга.
— Ты прав, мы сильны. Хор Разума Ауколис был сильнее, чем любое государство на Аревире. Но ты прекрасно знаешь, почему мы не захватывали власть над людьми. Человечество должно само прийти к пониманию гармонии, и неважно, сколько времени на это уйдёт. Мы терпеливо взращивали в них ростки нового мышления, осознания своего места в том мире, который им пришлось бы строить.
— Ты долго утешал себя и своих учеников этими иллюзиями, — Дейриер изящно сделал жест рукой, — но ты так и не смог посмотреть правде в глаза — большинство людей недалеко ушли от своих биологических предков даже спустя десятки тысячелетий. Завуалировав это сложными терминами, голограммами и роботами, они остались теми же примитивными аборигенами, что некогда висели на деревьях вниз хвостами. Что хуже всего, они, ради собственного комфорта и сытой жизни, убивают тех, кто отличается от них. Таких как мы. Разве ты забыл, с каким презрением они смотрели на нас, когда мы выходили в мир? Или ты забыл, во что они превратились в «Белом Покрове», когда получили возможность изменить тело? Оглянись! — он окинул взглядом поле боя. Новусы заняли глухую оборону у центральных ворот храма, постепенно уходя во внутрь. За Соланисов они не переживали — мало кто мог противостоять псионикам такой силы. — Это не воля Рерара исказила их тела. Она проявила их истинную сущность, извращённую, жалкую и гнилую. Они всегда были монстрами!
— Или же твои проделки, — Квинталь поморщился, — ты стыдишь меня за малодушие, но и сам не желаешь признаться в том, что делаешь это ради той же жажды власти и гордыни, которую желаешь истребить в человеке. Даже если ты победишь в этой схватке, любые твои творения будут подобны тебе, Дейриер.
— Не я буду править новым Аревиром, — покачал головой тот, — но мой лучший ученик, прошедший через все грехи, дважды умерший, дважды возродившийся и познавший истину. Рерар Хонти, человек, что смог создать новую жизнь, иную жизнь, себе подобную, создаст нам новый мир. Светлое будущее. Я лишь посредник, проводник, его учитель и верный помощник. И ты прав, моё время подходит к концу. Скоро, и моя душа станет частью восходящего рассвета нового мира.
 
— Между прочим, в псионической конвергенции, или «восходящем рассвете», как ты пафосно называешь это явление, есть один ма-а-аленький изъян, — сказал доселе молчавший Велир, широко улыбнувшись, — оно опустошает планету. В том смысле, что весь биоматериал, из которого вы, видимо, планировали создавать эту вашу «новую жизнь», исчезнет, поглощённый смещением информационных полей. Иначе говоря, когда одна ноосфера заменит другую, произойдёт вспышка и бах! — он сделал жест руками, символизирующий взрыв. — Ничего не останется. Ни людей, ни животных, ни растений. Даже атмосфера исчезнет! Хотя… Ну… Да не, она-то наверное, не исчезнет, но ты всё равно проверь потом.
— А когда закончится цикл между ноосферой и её порождениями, то исчезнет и сам Рерар, — добавил Квинталь, кивком соглашаясь с другом, — потому ваша затея обречена на провал.
— И вы, друзья мои, забыли об одном, — Дейриер сделал шаг в сторону, показывая рукой куда-то позади себя. Новусы расступились, пропуская вперёд неуверенно идущую Арги, перепачканную грязью и уличной пылью, — исчезнут только те, кто принадлежит той ноосфере. Но анимагены, создания Эксплара, станут новыми повелителями Аревира и сохранят цикл. А если сохранится цикл, то и те души, которые сейчас отправляются в новорождённую ноосферу, вновь вернутся. Неужели, ты не заметил, Велир, как гармонируют меукон и бастум? Неужели ты и правда думал, что я не предусмотрел исчезновения биосферы? Ты меня оскорбил, старый друг.
— Что тут происходит? — лисица недоумевающе переводила взгляд то на Соланисов, то на «Тёмных Голосов». Воксы Ауколиса уже покинули внешнюю территорию храма и теперь сражались в его глубинах, на территории остались лишь мутанты, пожирающие немногочисленные белые тела. — Велир…
— А, моя дорогая Изобретательница! Мы скоро пойдём, — ласково кивнул тот, обрадовавшись её появлению, — что же касается твоего предложения, Дейри, то мы вынуждены отказаться, каким бы заманчивым оно ни было. Видишь ли, я, Квинталь и остальные уцелевшие Истоки считаем, что ты совершил чудовищное преступление против всего живого, наполнив наш мир мутантами и аномалиями. У нас даже сталкеры есть, но это уже, правда, из другой истории…
— Это вынужденная мера. Старое человечество должно сгинуть в пламени нового мира!
— Ай, брось! — отмахнулся тот, подозвав к себе Арги и взяв её за руку. — Существует множество других путей создания «нового мира», но ты выбрал самый жестокий и кровавый, а выбор твой основан лишь на специфике твоего характера. Любишь ты добиваться своего не считаясь с последствиями. Прощай, Дейриер. И не факт, что мы вновь увидимся, — они быстро направились к зданию храма через мост над разрушенной фотонной дорогой, — а, и, пожалуйста, когда будешь заниматься в нашей лаборатории, не забудь включить детекторы микроорганизмов. Мне кажется, тот новый вирус из айварских гробниц снова сбежал.
— Ты… — лицо Дейриера исказила гримаса злости, непонимания и удивления такой наглости. — Я предлагаю тебе творить будущее! Стать создателем новой жизни на планете! А ты поворачиваешься ко мне спиной и бормочешь какую-то ерунду?!
— Это важно! Ещё не факт, что смещение не убьёт вирусы, а этот, между прочим, поражает спинной мозг!
— Велир! — хаосит в бессилии сжал кулаки. — Ты всегда поддерживал меня! Ты должен понять…
— Это было до того момента, когда ты попытался меня убить, «старый друг», — не оборачиваясь покачал указательным пальцем тот, — мне стало несколько обидно за такое отношение после стольких лет дружбы. Извини, Дейри, но наши пути сегодня расходятся. Удачи в попытках построить своё «светлое будущее»!
Квинталь идущий за ними почувствовал спиной возрастающее напряжение. «Он не рассчитывал, что мы согласимся, но и не ожидал такого категоричного отказа, — понял он, обернувшись через плечо. Лицо Дейриера потемнело от ярости, а нос сморщился, лишая его лицо изящества, — похоже, пришло и моё время…» Ледяной ветер всколыхнул белые волосы. Мутанты, доселе сдерживаемые волей Дейриера и его Арии, начали медленно подступать к идущим новусам, боязливо скалясь и рыча.