Новая эпоха (СИ)

Консилиум принял решение пока что не объявлять о возвращении Эксплара. Прошло не так много времени по аревирским меркам, чтобы анимагены смогли забыть прошлые злодеяния своего создателя. Был усилена и приведена в полную боеготовность когорта нумерусов, тайных агентов Шпиля. Любая, даже малейшая ошибка, один сектант, решивший перебежать за океан сейчас, могли стоить больших потерь в будущем, и Урси нехотя признал правоту Риабилла, выдвинувшего это предложение. Аллигави, довольно интересная нот с рыжими глазами, также поддержала его. Будучи Фециалом Консилиума, она контролировала информацию в «Огненном Свете», зорко следя, дабы праздные разговоры о Создателях Анима оставались на уровне слухов и легенд. К удивлению Урси, это же касалось и статей и репортажей об окончании войны. Альвен поступил мудро, объявив, что война всё ещё продолжается и расслабляться не стоит. Искусственно поддерживаемое напряжение хоть и вызывало недовольство, но и означало, что для вернувшихся домой легионеров не станет сюрпризом новая волна атак, тем более что прибывшие из Сольтена переселенцы рассказали о штурме крепости и новом виде анимагенов — гибридах. Неизвестно, сколько ещё таких как Химера и Лункс успели сделать Дейриер и его «Тёмные Голоса», однако очевидным оставалось одно — эти анимагены создавались для уничтожения псиоников.
В гостиной послышался звук открывающейся двери. Хара старалась ступать бесшумно, предполагая, что он спит, но Урси слышал отголоски её разума. Она, как и он, сейчас больше переживала за состояние Арги. Буквально вся её душа рвалась за океан, с боем или без, но вырвать лучшую подругу из лап опасности. Душа зайчихи трепетала, будто язык огня, хотя внешне она научилась контролировать свои эмоции.
— Полагаю, детей нам придётся оставить в Аполотоне? — тихо спросил Урси, приоткрыв глаза.
— Да, — скованно кивнула она, сжав кулаки, — твой пень драть… Эксплар… даже в голову не приходило, что он сможет вернуться! И Арги с ребятами как не вовремя попали в эту заварушку!
— Они справятся, — как можно более уверенно сказал бурый беот, — там Арги, там Лупо с «Сигмой», там Ани и отряд из лучших солдат под предводительством Камманда. Мы и так готовились к худшему, когда летели туда.
— Получается, Юмена умерла? — Хара облокотилась на перила ограды, повернув к нему голову. — Раз Ирша сказала, что видела Эксплара в её теле.
— Получается так, — Урси невольно вздохнул, дёрнув уголками губ. Юмена, своим энтузиазмом и идеей светлого будущего, сумела расположить к себе весь Консилиум и Совет Сольтена. Все верили в её успех, особенно после удачных переговоров с Опереттой. Эта Соланис стала связующим звеном между миром анимагенов и миром людей, и Урси искренне жалел, что больше не услышит её голос и не увидит милой доброжелательной улыбки и фиолетовых глаз.
Хара выругалась. Она мало знала эту новус, но ей достаточно было и того, что та смогла остановить штурм Кайлити и ту мясорубку, в которую чуть не попали её дети.
— Так какой план? — поинтересовалась она. — Прилетим и вломим ему как следует? На этот-то раз у него нет такого огромного тела.
— Думаю, что если он сумел победить Юмену и выкачать силы Ирши и Роривера, обычное оружие против него будет бессильно, — покачал головой медведь, — ноосенсы умеют блокировать энергию в физическом мире.
— А в тот раз-то сработало же!
— Полагаю, в тот раз все его силы забирало Ядро, — он задумался, — хотя в твоих словах есть правда. Если Прайм и Ассур смогут восстановить Ядро или его подобие, то оно наверняка снова сможет блокировать силы Эксплара, а может и Дейриера. Хм… нужно будет обсудить это с ними, пока мы не отбыли.
Синяя беот коротко покивала, и медленно подошла к нему, сев на колени. Беспокойство внутри нарастало, и только когда она почувствовала тепло родной души, оно стало отступать. Хара положила голову ему на плечо и прикрыла глаза.
— Ладно, — уверенно произнесла она, — не кисни, прорвёмся! В конце концов, мы из металла и огня, мы анимагены! И теперь ещё и Лункс снова с нами!
 
Рысь сейчас находился в местной лаборатории под присмотром Ординара Вентора, специально прибывшего из «Орхидеи» дабы провести исследования. Для научного сообщества анимагенов, Лункс сейчас являлся ценным артефактом — первый из гибридов, которого удалось взять живым. Впервые у них появилась возможность воочию наблюдать, как меукон вступает в симбиоз с бастумом, и, наконец, открыть загадку, почему же этот агрессивный материал так хорошо гармонирует с телами анимагенов.
— Надеюсь, они не распилят его на части, — усмехнулась Хара. Лункс, перед тем, как его увезли в лаборатории, невероятно гордился тем, что находится в центре внимания, ещё не подозревая, что его ждёт в дальнейшем.
— Не думаю, — Урси фыркнул, — новость о его возвращении сильно воодушевила народ. Ещё бы — герой Войны Возрождения вернулся из мёртвых! Полагаю, даже Альвен сейчас завидует его славе.
На самом деле, его начинало беспокоить состояние Прокуратора. Прайм, когда узнал об Экспларе, так ни с кем больше и не заговорил, заперся у себя в комнате и велел никого не пускать. Урси чувствовал, что он растерян и напуган. Сладкие годы правления, осенённые ореолом победителя, кончились, и он, как и все, столкнулся с жестокой реальностью. Более того, хитросплетения и интриги, возвысившие его и Технократию, оказались бесполезны — Эксплар нашёл способ перехитрить его, переиграть на собственном поле и воспользоваться слабостью Альвена, усыпив бдительность. «Твой брат хочет завладеть тем, что ему не по силам, — вспомнил Урси слова Дарр’Кью-эса. Раньше, он думал, что Архимаг говорит про Наследие, но только сейчас он понял, что тот имел в виду совершенно другое, — не сможет Альвен удержать мир от войны. Он просчитался и только сейчас это осознал, когда стало слишком поздно. Он и я… мы могли уничтожить Наследие! Пока оно находилось у нас, мы могли покончить с ним! Если бы помогли Лунксу и Ассуру… он же ноосенс, он мог почувствовать его файлар внутри! Теперь-то что думать… Монстр уже выпущен на свободу».
— Гул пламени вдали нарастает,
Ветер прибрежный дышит огнём,
И тёмная ночь с каждым мигом светает
Звёздами душ, невидимых днём.
— Хара не поднимала головы, чуть крепче сжав шерсть на груди Урси, —
Падший безумец по земле вновь ступает,
И дыханье его в мир Хаос несёт,
Но стражи Порядка в битву вступают,
Час смерти, час славы с прибоем грядёт!
Пылает душа в закалённом металле,
И голос срывается рыком огня,
Мы погибали, но вновь воскресали,
Легионом бессмертным жизни храня!
И пусть небеса разверзнутся громом,
И молнии гнева ночь растворят,
Мы бьёмся за мир, что стал нашим домом,
И звёзды души наш путь озарят!
Зайчиха тяжело задышала. Всякий раз, когда она сочиняла песню, внутри неё словно разгорался огонь. Импульс энергии, подпитывающий её творческий ум, требовал разрядки. Хотелось немедленно сесть и начать складывать песню в более динамичную форму, а после приступить к написанию к ней музыки. Карьера рок-певицы пошла под откос, когда началась Война Ненависти, но Хара не привыкла сдаваться без боя. «Мой голос услышат миллионы, — она закрыла глаза, уткнувшись Урси в плечо, — я разожгу огонь в их душах, так, чтобы даже звёзды услышали его гул!»
— Планируешь вернуться в Сольтен после всего? — поинтересовался Урси, положив ей руку на талию и покрепче прижав к себе. Пылкая натура супруги прогоняла усталость, насыщая его энергией.
— Если только с новым альбомом, — ухмыльнулась та, — но это будет нескоро. У меня барабанщика убили при штурме Менетака, да и от остальных я давно не слышала вестей. Скорее всего, придётся заново собирать группу.
— Твоя «Воля Огня» ещё удивит этот мир, я уверен, — он ласково рассмеялся, — тем более что ты обещала взять в неё Хиру. Интересно, кем?
— Он тяготеет к гитаре, но мы ещё посмотрим, — зайчиха невольно улыбнулась, вспомнив восторженное лицо старшего сына, когда он впервые взял в руки инструмент, — Урси… мы должны сделать всё возможное, чтобы дать им жить, — неожиданно серьёзно сказала она, — даже если мы оба погибнем, они должны выжить, понимаешь?