Всеблагое электричество

— Я не понимаю вас, Бастиан! — кинулась на мою защиту Софи. — Вы говорите загадками! Прошу, выражайтесь яснее!
— О, госпожа Робер, скоро вы сама все поймете.
Инспектор выдвинул из-за стола чистый стул, уселся на него и вальяжно заложил ногу за ногу.
Витавший в комнате запах усилился, стал неприятным. Софи закрыла нос надушенным платочком, а я без спроса распахнул выходящее во внутренний двор окно. В глаза бросились слегка подпаленные обои на стене, словно рядом пронесли факел.
Я отвернулся от окна и спросил:
— Зачем здесь моя кузина? Она не знала вашего безвременно усопшего коллегу.
— Безвременно? — фыркнул Бастиан Моран. — Слово-то какое… — Он покачал головой и указал в угол комнаты. — Если не заметили, здесь сожгли двух человек.
— Кто второй? — быстро спросила Софи.
— Анри Фальер. Уж его-то вы знали, госпожа Робер, ведь так?
Софи судорожно сглотнула и подтвердила:
— Знала.
— А о его знакомстве с инспектором Остриджем?
— Нет.
Бастиан Моран заломил бровь, но вслух выражать сомнений в искренности собеседницы не стал.
— Они учились вместе, — сообщил он нам. — Не знали?
— Мы были не настолько близки! — отрезала Софи. — С Фальером-старшим я общалась много, но не с его сыном.
Инспектор кивнул, принимая это пояснение.
— Все прочили Остриджу большое будущее, — сказал он как-то не слишком добро, — но после самоубийства Стефана его карьера… не задалась. Застрял в криминальной полиции. Для кого-то это уже немало, но только не для такого выскочки. Это его подчиненные вломились в «Сирену» на прошлой неделе. Такое вот совпадение.
Тон, которым это было произнесено, не оставлял никаких сомнений в том, что в подобные совпадения Бастиан Моран нисколько не верит.
— А на днях еще одного подчиненного Остриджа застрелили вблизи вашего клуба при чрезвычайно подозрительных обстоятельствах. Но вам ведь об этом ничего не известно?
— Ровным счетом ничего, — подтвердил я, чувствуя, как идет кругом голова.
Фальер и Остридж! Остридж и Фальер!
Анри Фальер так жаждал заполучить бумаги Дизеля, что натравил на нас знакомых полицейских. Неудача вынудила его предложить сто тысяч отступных, и все бы ничего, но сделка сорвалась. Тогда последовало новое нападение, а не вышло похитить Софи — подставили меня. Арестанты бесправны, даже самый дорогой адвокат не сможет находиться рядом со своим клиентом круглые сутки напролет, оберегая от побоев. Остридж вполне резонно рассчитывал выбить из меня нужную информацию. Но план отправился псу под хвост…
Бастиан Моран следил за мной с плохо скрываемым интересом.
— О чем задумались, Жан-Пьер? — спросил он, перехватил мой встречный взгляд.
— О совпадениях в основном.
— Ох уж эти мне совпадения! — покачал головой инспектор. — От них столько бед…
Софи немедленно потребовала объяснений:
— Зачем мы здесь? Зачем вы нам все это рассказываете?
— Пусть вас не вводят в заблуждение кучки праха, — будто не услышал ее Бастиан Моран. — Смерть этих господ не была ни быстрой, ни легкой. Вы оба знаете, за чем они охотились. А теперь вам также известно, что они в своих устремлениях были отнюдь не одиноки. Хотите разделить их судьбу? Времени на принятие правильного решения остается совсем немного. Охота уже началась, и вы рискуете стать следующими жертвами.
Даже если инспектор и в самом деле хотел помочь, нам в любом случае было нечего предложить ему. Анри Фальер жаждал заполучить не компромат на высокопоставленных придворных, а всего лишь бумаги инженера Дизеля. Он нашел на них покупателя и получил аванс, но не сумел закрыть сделку и поплатился за это.
Я мог бы рассказать все Морану, но был уверен, что ни к чему хорошему подобная откровенность не приведет. Инспектор нам просто не поверит. Его интересуют лишь валики фонографа, и ничего, кроме них.
— Бастиан, мы ничем не можем вам помочь, — мягко и вместе с тем решительно заявила Софи. — Огромная благодарность за вашу заботу. Теперь мы можем покинуть это место?
Инспектор только развел руками.
— Ну разумеется! Разве я могу вас удержать? Идемте!
 
Мы вышли из дома, и отголоски лютого зноя раскаленной пустыни сразу ослабли, перестали опалять незримым огнем. Едва ли кто-то кроме меня ощущал нечто подобное, а вот я с нескрываемым облегчением глотнул уличный воздух, пусть не слишком свежий, зато не жегший легкие призрачным огнем. В голове кружилось какое-то воспоминание, но ухватить его никак не удавалось, и это просто сводило своей неправильностью с ума.
— Жан-Пьер, с вами все в порядке? — обратился ко мне Бастиан Моран.
Сорочка на спине промокла, а по щекам катились капли пота, но я заставил себя улыбнуться.
— Все хорошо, мсье. Просто зрелище не для слабонервных.
— О, уверен у вас с нервами полный порядок! — польстил мне инспектор и на миг придержал Софи. — Госпожа Робер, простая формальность…
Шофер, тот самый, что давал показания сыщику в штатском, взглянул на Софи как-то неуверенно и даже испуганно, а потом с облегчением вздохнул и замотал головой.
— Какого черта? — зло прошипел я.
Бастиан Моран лишь улыбнулся и протянул руку, помогая Софи забраться в салон экипажа. Та от его помощи отказываться не стала, уселась на сиденье и спросила:
— Не соизволите объяснить, к чему был этот фарс?
— О чем вы, госпожа Робер? — разыграл недоумение полицейский.
Меньше всего мне хотелось наседать на инспектора, но и промолчать было никак нельзя, поэтому я поддержал кузину.
— Это ведь было опознание, так?
Бастиан Моран улыбнулся.
— Неофициальное, — признал он и без того очевидную вещь.
— Зачем? — нервно и отрывисто спросила Софи.
Инспектор ненадолго задумался, затем пожал плечами.
— Шофер господина Фальера сообщил, что в дом инспектора Остриджа постучалась молодая черноволосая женщина, очень красивая. Ее впустили, и почти сразу послышались крики. Вокруг вас, госпожа Робер, в последнее время творилось столько всего необъяснимого, что с моей стороны было бы в высшей степени непрофессионально не проверить эту версию.
— Что за вздор?! — не выдержал я. — Там явно поработала какая-то инфернальная тварь!
— Вы специалист по инфернальным тварям, Жан-Пьер? — спросил Бастиан Моран, закуривая.
— Нет, но у меня есть глаза!
— Это мог быть также и малефик, не обязательно демон.
На это мне возразить было нечего, я переглянулся с Софи и отвернулся к окну. Инспектор тоже умолк. Все, что собирался, он уже сказал. Мяч был на нашей стороне.
Полицейский экипаж едва заметно подрагивал на неровной мостовой, броневик не отставал — время от времени я оборачивался и видел в заднем окошке свет его фар.
Когда мы остановились перед клубом, инспектор распахнул дверцы с нескрываемым сожалением.
— Поверьте, госпожа Робер, — проникновенно произнес он, помогая Софи выбраться на тротуар, — я испытываю к вам искреннюю симпатию. Мне будет крайне неприятно получить вызов по аналогичному поводу и в ваше заведение…
Софи отстраненно улыбнулась, отошла от экипажа и остановилась у крыльца в ожидании меня.
— Благодарю за увлекательную поездку, мсье, — не удержался я от усмешки, но шутка прозвучала на редкость жалко.
Бастиан Моран прищурился, словно мысленно взял меня на прицел, и тут в одном из окон клуба вдруг мигнул всполох белого света, столь яркого, что ослепил даже через занавески.
— Какого дьявола?! — ошарашенно тряхнул я головой.
Окно принадлежало рабочему кабинету Софи; неужели буфетчик сумел каким-то образом освободиться? Или кто-то заснял его, используя магниевую вспышку?
И тут же в здании загрохотали пистолетные выстрелы!
Раз-два-три!
Бастиан Моран отреагировал на случившееся даже раньше меня.
— Пожарную охрану сюда! — рявкнул он, в один миг взлетел по ступенькам крыльца и дернул на себя дверную ручку, но та не шелохнулась.
И вновь пальба!
Четыре-пять-шесть!