Ленивая ведьма (ЛП)

— Раньше мне никто не верил.
Он потёр подбородок.
— Думаю, что, может, и верили, — наконец сказал он. — Но фамилия Тарквина — Вильнёв, и его отец вносит в Орден щедрые пожертвования. Его прадед был Ипсиссимусом. Их магия сильна, — он искоса посмотрел на меня. — Я не заблуждаюсь по поводу недостатков Ордена, Иви, — мягко сказал он. — Никто, ни человек, ни организация, не совершенны.
Я хмыкнула. Что-то тёплое разливалось во мне. Я прислонилась к Винтеру, наслаждаясь его успокаивающей твёрдостью. Он был хорошим парнем. Очень хорошим парнем.
  
Глава 12
 
Когда мы подъехали к моему дому, было всё ещё светло. Приятное разнообразие. Я не сразу отстегнула ремень безопасности и чувствовала растущее любопытство Винтера.
— Всё в порядке? — спросил он. — Тебе стоит войти внутрь и снять все эти мокрые вещи.
— Да, — согласилась я. — Стоит, — по приборной панели пронеслась тень, и я взглянула вверх, насчитав семь сорок, пролетавших над нами к небольшой рощице на другой стороне жилого комплекса [10]. Что ж, выбора нет. Я глубоко вздохнула. — Сначала ты должен кое-что увидеть.
— Я уже видел достаточно, спасибо мокрой пижаме, — невозмутимо сообщил Винтер.
Я выдавила слабую улыбку. Когда я тотчас же не вставила сочную ремарку, взгляд его стал серьёзнее.
— Что такое, Иви?
— Будет проще, если я покажу тебе.
Мы направились внутрь. Тот факт, что Винтер никак не отреагировал, когда я свернула к лифтам, показывал, насколько виноватым он себя чувствует за случившееся под библиотекой. Вместо этого он просто ждал, пока не приехал лифт. У меня возникло ощущение, что его неожиданно любезный настрой вот-вот резко изменится.
Когда я повела его к квартире Евы, а не к своей, Винтер бросил на меня удивлённый взгляд, но ничего не сказал. Я достала ключи и вставила их в замочную скважину. Прежде чем их повернуть, я посмотрела ему в лицо.
— Это случилось после первого дня, — сообщила я. — Может, мне стоило рассказать тебе раньше, но они из Ордена, и я не была уверена, что могу тебе доверять. У одной из них была та же комбинация трав, которую ты использовал в библиотеке, чтобы вызвать прошлое.
На его лице не дрогнул ни один мускул.
— Иви, — голос его звучал напряжённо, — ты кого-то убила?
— Всё не настолько плохо, — ответила я с нервным смешком, затем открыла дверь и пропустила его вперёд.
Гарольд, по всей видимости, удивлённый появлением в его доме ещё одного незнакомого незваного посетителя, издал тихое рычание и метнулся под диван. Винтер не обратил на кота внимания; он был сосредоточен на Мудаке и Фэйрклоф. Судя по царившему вокруг беспорядку, они, вероятно, старались освободиться и немного переместились в попытке разорвать оковы. Но так или иначе, они по-прежнему оставались связанными.
— Младший Адептус Фэйрклоф, — сказал Винтер и посмотрел на меня. — Вот почему ты спрашивала, знаю ли я её.
Я кивнула. Она же, в свою очередь, наклонила голову, словно завеса волос могла её спрятать. Мудак выбрал другой способ. Он яростно сражался со своими путами, и глаза его настойчиво пылали. Я подошла к нему и вынула кляп.
— Помогите нам! — взорвался Мудак, взывая к Винтеру. — Эта сумасшедшая напала на нас и держит в заложниках!
Винтер сделал круг, встал рядом со мной и уставился на него сверху вниз.
— Мэттью Бэллхем.
Мудак яростно закивал:
— Да, да! Это я. Меня объявили пропавшим? Нас удерживали здесь против воли несколько дней, — он вытянул вперёд связанные запястья. — Развяжите меня!
— Вы Практикус, — пробормотал Винтер. — Хотя висите на волоске после нескольких поданных на вас жалоб. Было заявлено, что вы несёте ответственность за нападение на нескольких неофитов в прошлом году.
Я посмотрела на Винтера:
— Я думала, ты не знаешь его.
Он пожал плечом:
— После твоих расспросов я поискал информацию о нём.
Впечатляет. Должно быть, есть свои преимущества в том, чтобы быть трудоголиком, подмечающим каждую, даже самую маленькую деталь.
 
— И что? — крикнул Мудак. — Это были сфабрикованные обвинения, — он вскинул подбородок в мою сторону. — Она похитила меня.
Винтер плавно опустился на корточки, и мне стало любопытно, освободит ли он его. Вместо этого он вернул кляп на его законное место.
— Он ужасно раздражает, — пробормотал Винтер.
Я могла только согласиться. Винтер выпрямился.
— Так вот, — сказала я, — они вломились в квартиру. Я наткнулась на них и, — пожала я плечами, — вот результат.
Он кивнул, словно я сообщила ему, что на улице дождь. Я с облегчением вздохнула. До этого момента я не понимала, насколько для меня важно, чтобы Винтер поверил в мою версию развития событий.
— Умно, что ты не стала вызывать полицию. Мы должны сохранить всё в пределах Ордена, — он осмотрелся по сторонам. — Где травы, которые они принесли?
Я указала на край стола. Он поочерёдно брал каждый пакетик и внимательно его осматривал. На его щеке пульсировала жилка. Я надеялась, что злился он не на меня. Вернув травы на место, он направился к Элис. Она так и не поднимала голову. Винтер осторожно вытащил её кляп и заставил её повернуть к нему голову.
— Вы пришли сюда, чтобы наложить заклинание на Еву Харрингтон, — это был не вопрос. — Скажи мне, зачем.
Элис старательно отводила взгляд; она по-настоящему его боялась. Я взглянула на Винтера с возросшим интересом. Очевидно, что он заработал репутацию не просто усердно работающего талантливого следователя.
— Ну давай же, Элис, — уговаривал он.
Казалось, что с ним она будет молчать так же упорно, как и со мной, но вот её подбородок задрожал, а плечи опустились. И из неё полилось.
— Это Дайал, — сказала она, имея в виду куратора Евы. — Он сказал нам прийти сюда и разбросать достаточно трав, чтобы они прицепились к Еве, и её можно было отследить. Мы знали, что для этого у нас есть лишь небольшое временное окно, — она стрельнула глазами в мою сторону. — Мы знали, что она в отъезде по работе. Мы не собирались никому навредить.
Мне было сложно в это поверить, принимая во внимание то, какой отпор они мне дали, когда я с ними столкнулась.
— Чем Дайал это объяснил? — спросил Винтер. В голосе его зазвучали опасные нотки, и я сделала шаг назад. Неудивительно, что он был искусным следователем: всё, что ему было нужно — это задать вопрос, и его грозный вид тут же способствовал немедленному и полному раскрытию информации. Ловкий трюк.
— Он хотел знать, что вы делаете, — призналась она. — Отслеживая Еву, он мог следить за вами. Он узнал о связующем заклинании, которое на вас собирались наложить, и знал его условия. Не было ни единого шанса, что вы будете работать по отдельности, — она вздохнула. — Я не знаю, где Ева Харрингтон. Если вы беспокоитесь за неё, то вероятно, вам стоит спросить у этой, — очевидно, что она имела в виду меня. Я хмыкнула. Не я была здесь плохой ведьмой.
— Почему, Элис? — докапывался Винтер. — Почему он хотел знать, чем я занимаюсь?
Она посмотрела в сторону.
— Дайал сказал, что вы стали слишком много на себя брать. Что вы положили глаз на работу Ипсиссимуса, и что за вами нужно приглядывать. Он думал, что вы можете передавать военным секреты Ордена, и что вы замышляете свержение Ордена.
На этот раз я хмыкнула гораздо громче. После пары минут, проведённых с Винтером, становилось ясно, что это примерно так же вероятно, как снеговик, наслаждающийся сауной. Неохотный тон, которым Элис Фэйрклоф это произнесла, говорил о том, что она тоже считает всё это чушью собачьей.
Винтер опустился на пятки и потёр лоб. Вероятно, он, как и я, чертовски устал. Мы оба всего пару часов назад побывали в аду, вернулись обратно, и вот я подкинула ему заговорщиков и похищение. Да уж. Он определённо сожалел о том дне, когда встретил меня — а это произошло всего лишь в четверг.
— Когда возвращается мисс Харрингтон? — спросил он меня.