Однажды во Франции (ЛП)

— Только не говори мне, что ты смотрела документальный фильм о круизных судах.
Брайони кивнула.
— Ты угадал. За эти знания я опять-таки должна сказать спасибо своему отцу.
— Для нас это проще простого. Надеюсь, что все остальные подсказки такие же легкие. Теперь нам нужно выяснить, где он был построен. Передай мне карту. Он должен быть где-то на побережье.
Почти соприкасаясь головами, они вместе изучали карту. Она чувствовала тепло, исходящее от его тела. От него пахло лавандой и дубовым мхом — пьянящий древесный и травянистый аромат, напоминавший о саде ее родителей и мимолетном воспоминании о том, как девочка, свернувшись калачиком на пледе возле ухоженных клумб, читала «Алису в стране чудес». Воспоминание исчезло, когда Льюис ткнул пальцем в карту, заставляя ее шелестеть и складываться под давлением.
— Сен-Назер! — торжествующе воскликнул он. — Это большой французский порт. Бьюсь об заклад, нам нужно именно туда. Проверь записи.
Брайони открыла нужную страницу и бегло просмотрела заметки.
— Шантье де Л'Атлантик Ярд, Сен-Назер, — продекламировала она. — Расположен в устье Луары и является одной из крупнейших верфей в мире. Легендарная «Куин Мэри II» была спущена на воду в две тысячи третьем году. Кроме того, там есть огромная подводная лодка, действующая во время холодной войны, которая открыта для посещений туристами, и музей, построенный как лайнер. Мы с этим разобрались. Мы — команда «А»! — крикнула она. Ее победа была недолгой, когда она заметила подъехавший желто-черный «Ситроен».
— Быстрее. Нам пора. Оскар и Джим сели нам на хвост. Мы же не хотим потерять лидерство. Дави на газ. Не прячь двух лошадок.
— Слушаюсь, мадам! — крикнул в ответ Льюис, заводя машину и сливаясь с потоком автомобилей.
  
ГЛАВА 25
 
Вторник, 25 июля — утро
Пушистый «Ситроен» въехал на большую стоянку у старой базы подводных лодок в Сен-Назере и остановился перед лайнером «Эскаль Атлантик», где собралась небольшая группа людей. Роксана махнула рукой в сторону их машины и продолжила разговор с рядом стоящими мужчинами. На каждом из них был берет и футболка в красно-бело-синие полоски с надписью «Однажды во… Франции». Две камеры повернулись в сторону «Ситроена».
Брайони в очередной раз дала верный ответ на загадку и объявила, что актер Жак Тати отдыхал в Сен-Назере в своем знаменитом фильме «Каникулы Мсье Юло», который был снят на пляже неподалеку. Взамен они получили открытку с подсказкой к сокровищу, которое им предстояло отыскать. Брайони зачитала: «В какой из двадцати трех книг герой Тинтин вместе со своим закадычным другом капитаном Хэддоком и собакой Снежинкой приезжает в Сен-Назер? Это ваше второе сокровище. Вы должны найти копию книги и отвести ее в третье место».
— Надо разыскать книжный магазин и побыстрее. Все они закрываются на обед ровно в двенадцать часов. Нам придется торчать здесь до трех, если мы не найдем его сейчас.
Брайони посмотрела на часы. Было половина двенадцатого.
— У нас достаточно времени. Поехали.
Они поспешили к машине и вскрыли конверт.
«Передайте соль и отправляйтесь к главным воротам столицы Морбиана».
— Геранд, — сказал Льюис еще до того, как Брайони потянулась за папкой. — Он славится своими солончаками, торфяниками и морской солью, известной как Флер-де-сель-де-Геранд. Ее можно использовать в качестве соли для ванн, а также в кулинарии. Ее также можно найти в масле. Максвелл обычно покупала такое масло в магазине деликатесов. Я не знаю, почему она не могла купить обычное масло, — прокомментировал он, на мгновение мысленно вернувшись в свой пентхаус в Кэмдене. Он стряхнул с себя оковы воспоминаний.
— Ты сможешь разобраться с остальными уликами, пока мы будем ехать в направлении Геранда. Где-то здесь должен быть книжный магазин или газетный киоск. Если Тинтин так знаменит в этом городе, наверняка найдется место, где продают книги. Я буду ехать неспеша. Не обращая внимания на тех, кто будет нам сигналить. Просто помашу им рукой с растерянным видом.
 
Пока он говорил, Брайони заметила, как ликующий Оскар вприпрыжку возвращается к своей машине с голубым конвертом в руке.
— Едем, едем, едем! — вскрикнула она, и пушистый «Ситроен» с ревом выехал со стоянки, оставив позади ошеломленного оператора.
Брайони прикусила нижнюю губу, поворачивая голову налево и направо в поисках книжного магазина. Машина медленно двигалась вниз по дороге, собирая за собой пробку из машин. Раздраженный водитель «Рено» просигналил, когда они сравнялись. Льюис, ничуть не смутившись, весело помахал в ответ. Вскоре машину обогнал еще один разъяренный водитель. Этот крикнул что-то неразборчивое из своего окна. Льюис послал ему воздушный поцелуй.
— Это гораздо более напряженно, чем я ожидала, — проворчала Брайони. — У меня уже мозг закипает.
— Если хочешь, можешь сесть за руль, — предложил Льюис, когда их на полной скорости обогнал фургон и посигналил им.
— Если ты не возражаешь, я предпочту остаться в этой своей растерянности. Ты гораздо лучше водишь машину, чем я. Ты спокойнее меня. К этому времени я уже превратилась бы в бормочущую развалину. — Она выглянула в окно, осматриваясь по сторонам. — Я не вижу ни газетного киоска, ни… Ого! Остановись. Там есть медиатека. Это мультимедийная библиотека. Припаркуй машину, а я пойду посмотрю, нет ли у них книг про Тинтина.
Льюис съехал на обочину, пропуская вперед благодарных автомобилистов. Брайони выбралась из машины и, увернувшись от встречного потока машин, бросилась через дорогу к большому зданию. Прошло десять минут, прежде чем Брайони появилась снова. В руках она держала коричневый сверток. Она подбежала к Льюису, торжествующе размахивая руками, запрыгнула в машину, обняла его и поцеловала в щеку.
— У меня здесь последний экземпляр «Семи хрустальных шаров». Если бы ты так терпеливо не разъезжал по городу, мы бы не нашли медиатеку. Ты — туз в нашей команде.
Брайони наклонилась вперед и снова просмотрела записи, выбирая маршрут для следующего пункта назначения.
— Столица Морбиана — Ван. Он находится примерно в восьмидесяти километрах отсюда. Я почитаю об этом городе. Ты пока можешь полюбоваться пейзажем.
— Или, может быть, ты хочешь, чтобы я спел тебе французскую песню для поднятия настроения?
— А какие французские песни ты вообще знаешь?
— Как насчет «Fade to Grey» от Ultravox? В этом есть какая-то французская романтика. И, конечно же, я знаю песню Сержа Гейнсбурга — та самая, в которой он так тяжело дышит. Я не знаю слов, но могу повторить такое же дыхание для тебя.
— Камера, Льюис. Тебя снимают на камеру. Ты не можешь так делать на этом шоу. Им придется это вырезать.
— Не могу вспомнить других песен. А ты что-нибудь знаешь?
— Обещаешь не хихикать? Мне очень нравится музыка Жака Бреля. Ne Me Quittes Pas — одна из моих любимых песен. Это очень трогательно. Это значит «Не оставляй меня».
— Не оставляй меня, — повторил Льюис и бросил быстрый взгляд в ее сторону. Она опустила голову и продолжила изучение папки. Он вцепился в руль, бормоча:
— Впечатлен. Действительно впечатлен.
Час спустя они уже почти добрались до окруженного стеной города Ван. Брайони заерзала. Ее бедро болело как сумасшедшее.
— Мы можем остановиться до того, как доберемся до города? — спросила она. — Мне нужно размяться и пройтись.
— Конечно. Мне бы тоже не помешало выбраться. Я начинаю чувствовать, что меня сводит судорога до самых кончиков пальцев.
Они остановились на стоянке и вышли из машины, вдыхая аромат луговых цветов. Каждый из них снял свой микрофон, прикрепленный к поясу, и оставил его на сиденьях автомобиля. Льюис поднял руки и потянулся, наслаждаясь солнечным теплом, после чего повел плечами, чтобы ослабить напряжение, накопившееся в мышцах. Тем временем Брайони села на траву, выпрямила спину и свела колени вместе, крепко сжав их руками. Она сделала глубокий вдох, а затем, снова выдохнув, прижала бедра и колени к земле. Несколько секунд она сидела с закрытыми глазами, потом ритмично и медленно взмахнула ногами, как крыльями только что вылупившейся бабочки. Через некоторое время она выпрямила ноги. Льюис наблюдал за ней.