Миднайт Хилл

Папа все время говорил по телефону. Несмотря на отпуск, вопросов он решал столько, будто не уезжал из офиса. Мелисса успела привыкнуть к его голосу, журчащему из спальни каждый раз, когда она спускалась на первый этаж. Привыкла к рингтону на его телефоне. Но когда ее собственный телефон вдруг разразился бодрой мелодией, Мелисса испугалась и еще какое-то время смотрела на имя, изрезанное трещинами на экране.
– Привет.
– Привет! – голос Ламмерта звучал непривычно бодро для ее жизни. – Как ты? Вы еще не уехали?
– Нет, я заболела, поэтому мы остались еще на неделю.
– Как себя чувствуешь?
– Лучше. Только горло болит.
– А в остальном… как дела? – голос Ламмерта странно изменился.
– В остальном? – тревожно нахмурилась Мелисса. – Ничего такого.
Она закуталась в плед. Пауза затянулась.
– Ну и здорово, раз ты в порядке, – наконец нарушил тишину Ламмерт. – Может, будет возможность… пересечься, пока ты не уехала?
– Да, я бы хотела повидаться на прощанье.
– Круто! Может, тогда к нам?
Хьюго и Роланд, которые внимательно слушали разговор на громкой связи, воззрились на Ламмерта, но тот отвел глаза. Роланд потер переносицу и глубоко вздохнул.
– Да, отлично, посмотрю, как живут графы де Лордесы.
В трубке раздался мягкий девичий смех.
– Тогда забились, – ответил Ламмерт и выключил громкую связь. Он приложил телефон к уху и вышел из комнаты. Из коридора слышались обрывки разговора. Роланд сел на диван и закинул ногу на ногу.
– Как беззаботно она врет, – сказал он.
– Уж кто бы говорил, – хмыкнул Хьюго. – Главное, что она в порядке.
Глава 25 
Мелисса знала, что мама бы ее не отпустила, но у папы не было причин не отвезти дочь попрощаться с друзьями перед отъездом. Она распустила волосы, надела коричневые брюки из вельвета и даже погладила блузку с красным цветочным принтом и короткими рукавами, чтобы Марта не подумала, что она одевается как мальчишка. Однако тяжелым кожаным ботинкам не изменила.
Мелисса с папой выехали в полдень. По горам стелился туман, солнце пряталось за облаками. Мужчина включил музыку и покачивал головой в такт. Мелисса уткнулась щекой в стекло, возможно, последний раз рассматривая улицы Миднайт Хилла. Вот пекарня на перекрестке, старуха-владелица которой видела, как два оборотня убивают медведя. Мелисса помнила соль на окнах и пороге и запах сушеных трав. А вот между тесно прижатых домов из красного кирпича просторная парковка перед супермаркетом и скамейка у заправки, на которой Хьюго рекомендовал ей держаться от них подальше. Запах бензина протиснулся даже через закрытые окна. Чуть дальше Мелисса различила бар в конце улицы с неоновыми вывесками. Она была не уверена, что там работал Ламмерт, но воображение рисовало именно такую одноэтажную кирпичную постройку. Наконец, дома сменились лесом. Дорога напоминала путь до их дома: низкие сухие сосны и заросли осоки обступали вьющуюся одинокую дорогу. Чем дольше они ехали, тем гуще становился лес и толще становились стволы. На отдаленной горе впереди даже виднелась белая верхушка. Было светло, но в глубине леса между стволами уже скапливалась тьма. Вскоре деревья отступили от дороги, уступив место домам. Мелисса заметила их издали и внимательно всмотрелась вперед. Стоило подъехать ближе, как стало ясно – нет никаких домов, только полуразрушенные деревянные избушки, заброшенные не первое десятилетие. Тут же стоял ржавый указатель «Туманная долина».
– Мы точно туда едем? – уточнил папа, сделав музыку потише и сбавив скорость.
– Судя по картам – да.
– А что за Туманная долина? Жуткое местечко.
– Это… название района. Улицы.
Они рассматривали руины деревни, и становилось не по себе. Была ли это магия названия или простое совпадение, но туман сгущался даже между построек.
– Какое-то кладбище из домов, – заметил папа.
Мелисса вжалась в кресло. Кажется, раньше она недооценивала слова братьев о том, что они бедно живут. Грудь слегка сжалась. Была ли она готова увидеть их дом?
 
После резкого поворота Мелисса узнала остановку школьного автобуса. Дорога стала шире, даже солнце выступило из-за облаков. Дома тоже преобразились: начали встречаться двухэтажные и длинные, а главное – на улицах появились люди. Хоть каждый третий участок все еще был нежилым, лай собак и людской говор слегка расслабили Мелиссу и папу. Все люди сопровождали чистенький седан внимательным взглядом. Кто-то вешал белье на веревки во дворе, кто-то копался в клумбах, кто-то ремонтировал крышу крыльца. За машиной бежали и лаяли собаки. Мелиссе встречались только пожилые люди. Складывалось впечатление, что в тех домах, что еще не заброшены, доживают век старики, и что с их уходом в небытие уйдет и Туманная долина. Несмотря на явную бедность и обветшалость домов, было видно, как хозяева стараются украшать и улучшать свой быт. Почти на каждом участке росли плодовые деревья, цветы, по заборам вились дикий виноград и глицинии. Потом заброшенных домов снова стало больше, а карты все вели машину вперед. Наконец среди пустых участков и частично обвалившихся зданий появился двухэтажный дом, на который указывал навигатор. Машина остановилась на дороге, Мелисса смотрела в окно.
Участок вокруг дома был широким и облагороженным и, судя по отступившим соснам, продолжался в сторону леса. Клумбы, деревья, ползущая по низкому забору малина – казалось, только мощеные тропинки были свободны от растений. Сам выложенный камнем дом выглядел небольшим и старым, со стороны было заметно, как он слегка косится на бок. По стенам ползли побеги винограда. Вдруг коричневая дверь открылась, из нее показалась рыжая макушка. Мелисса улыбнулась и вышла из машины, прихватив с собой с заднего сиденья коробочку с папиным пирогом.
– Звони, если что. Заберу тебя вечером.
– Пап, комендантский час.
– Да-да, помню.
Машина за спиной Мелиссы стала разворачиваться. На лицах встречающих Ламмерта и Хьюго сияли улыбки. Они выглядели тепло и уютно, под стать своему одинокому дому. Хьюго собрал волосы в хвостик, свободная футболка и спортивные штаны походили на домашние вещи. Ламмерт же был в объемной клетчатой рубашке, похожей на те, что так любила носить Мелисса. Она поспешила братьям навстречу.
– Я как будто не видела вас сто лет! – вместо приветствий воскликнула Мелисса.
– Да уж точно! Мы вообще-то волновались! – Ламмерт подталкивал ее ладонью в спину по направлению к дому.
Мелисса аккуратно вышагивала по узкой тропинке, оглядываясь на пышные цветочные клумбы. Журчание голоса Ламмерта будто делало все прежним. Адекватным и привычным. Никаких убийств и чудовищ, только его неугомонная веселая болтовня. Из открытой двери сочился терпкий аромат выпечки. Под напором Ламмерта Мелисса взобралась на крыльцо под треугольной крышей и проскользнула в небольшую прихожую. На веревках висели пряности, которые он задевал своей светлой макушкой.
– Так вкусно пахнет!
– Марта готовит тебе сюрприз, – сказал Хьюго.
Щеки Мелиссы порозовели от жара с кухни и волнения, когда она услышала мягкий сиплый голос за дверью. На выпускном их знакомство прошло странно и скомканно, поэтому сейчас Мелисса рассчитывала не упасть в грязь лицом, хотя, скорее всего, и видела Марту в последний раз. От этой мысли она сдавила ленточку от коробки с пирогом и уставилась на братьев, чьи спины уже протиснулись в двери. Захотелось запомнить все в деталях. Запахи розмарина и петрушки, потертый дощатый пол, россыпь цветов за узким окном и теплый смех на кухне. Мелисса выпрямила спину и убрала волосы за уши, прежде чем откликнуться на голос Хьюго и зайти в комнату.
– А вот и Мелисса пришла! – тепло воскликнула женщина.
Марта стояла в фартуке, густые седые волосы были собраны в пучок. Совсем низкая, в очках, она дружелюбно улыбалась Мелиссе, жестами приглашая войти.
На кухне было тесно: из мебели здесь помещались только столешница, плита и деревянный стол на четверых. Каждая частичка пространства была чем-то занята: настенные часы, полки, банки и пузырьки, холщовые мешки. Ламмерт тут казался настоящим великаном.