Ленивое мужество (СИ)
— Всё! — внезапно развернувшаяся в пируэте Кокоро профессионально упала мне в объятия, заглядывая в лицо сверху вниз, — Пойдем домой! Я тебе такое покажу!
— Сначала покушать! Не забыла?! — нашелся я, показывая указательным пальцем направление. Видя, как на лице могучей исекайной ведьмы вместе с обломанным желанием проступает столь знакомое выражение саратовского мата, я обещающе добавил, — Я тебе сам тоже кое-что показать смогу! Тебе понравится, точно тебе говорю!
Женщины падки на обещания. А еще любят кормить мужчин, ну, если это настоящие женщины. Бабушки в этом плане вообще бесценны, а даже как-то пару раз в молодости большую халтуру на несколько дней затягивал, так как кормили просто убойно и дико вкусно. Но совесть имел, скидки делал всегда существенные. А почему? Да потому что по-настоящему может накормить лишь бабушка — досыта, смачно, по-домашнему. С остальных то что взять, кроме денег?
Сели мы с Кокоро прямо возле котла, за небольшой столик. Пока я симулировал аппетит, верховная вовсю угощалась красным вином, густым и темным.
— Может, супу? — прочавкал я, эдак намекающе кивая на котёл.
— Не-нельзя, — с сожалением оглядела котёл Кокоро, — Тебе — совсем нельзя. А мне — пока нельзя. Там его еще… ик! …много. Остыть должен. М-магия… Мы кушаем на праздник тарелку горячего и… ик!… молодеем на пол… года. А потом холодный… ик! …кушаем. В фляжечках носим. Еще месяц… или два. Да, два!
Вот оно как. Я совершенно другим взглядом посмотрел на выпивающую ведьму, кокетливо стреляющую в меня глазками. Восемь месяцев в год супец у них откатывает? Это что, получается, если она выглядит на свои сочные 35, то на самом деле ей… в три раза больше!!?
Ох уж эта магия исекайская. Медведи с пистолетами, ведьмы омолаживаются супом, гоблины с нефритовыми жезлами. Вздохнув, я встал из-за стола, подходя к Ямиуме. Женщина пьяно и лучезарно улыбнулась, протягивая ко мне руки.
— Понеси меня!
Да со всем удовольствием!
Взяв её на руки, я нацепил на лицо глупую улыбку, а потом сделал вид, что оступился, для чего мне пришлось изобразить несколько неловких па из «Лебединого озера». Кокоро весело хихикнула, протягивая руки к моей шее, чтобы не упасть… но не успела. С коротким взвизгом ведьма взвилась в воздух на высоту около трех метров, заложила крутую дугу, а потом, под влиянием бессердечной гравитации, пошла вниз, с плеском обрушившись в Котёл. Послышались крики паники и захлебывающиеся звуки тонущей в жирной теплой массе женщины.
Извини, Кокоро, но там у тебя шансы выжить есть. А вот если бы я тебя небольно зарезал, шансов бы не было.
С этими благими мыслями я резво рванул с поляны, к стогу сена, из которого торчали ноги местной неудавшейся соблазнительницы и призывательницы. Как там её звали? Сулико? Сумико? А… неважно! Подбежав к стогу, я схватился за торчащие из него лодыжки, плавно вытягивая искомое наружу.
— Слушай, ты… уууууухх! — подавился я словами, разглядывая вытянутое. Благодаря (очень благодаря!) законам физики, роба девушки задралась по самое горло, демонстрируя тело во всей красе, за исключением интимного, прикрытого чем-то черным, очень тонким, очень ажурным, но как-то всё вот это вот сдерживающим.
В горле встал квадратный комок слюны, который никак не хотел проглатываться. Выдохнув, как после ста граммов без закуски, я зажмурился, начиная на ощупь натягивать девушку… то есть одежду назад на девушку. Та, слегка очнувшись, хихикала, частично сопротивляясь и хватая меня рукой за ухо. Да уж, никогда еще я не делал нечто столь противоестественное, но всё-таки победу одержал.
— Где тюрьма, Сулико? — затряс я откровенно пристающую ко мне девушку.
— Тюююрьмаааа? — та свела глаза в кучу, наморщив лоб.
Мне захотелось стукнуть себя по голове. Ну какая блин-блинский тюрьма в деревне, где посетителей раз-два и обчелся?!
— Саяку где держат??
— А я тебе скажу… — захихикала пьяненькая секс-граната, пытаясь задрать себе мантию назад под шею, — Но потоооом! Сначала…
Прекрасно поняв, что «сначала», я воровато огляделся по сторонам, сходя с ума от адреналина и похоти. Долгие обжималки с фигуристой Кокоро бесследно пройти не могли, авансами меня уже напичкали по самые ноздри, так пуркуа бы не па?
Вновь мурашки стройными рядами замаршировали от шеи до задницы.
— Ничего не будет, — очень хриплым тоном обратился я к молоденькой колдунье, — Нам нельзя. Тут дети.
— Зови сюда! — с барским размашистым жестом велела мне Сулико или Сумико, хотя, наверное, полное Шлюхико, если уж положа руку на сердце (на сердце, я сказал! На своё!)
Еще одна женщина брошена. Разумеется назад, в сено. Нет уж, до подобного я не опущусь!
Допрос парочки держащихся друг за друга пьяненьких девчонок все быстро поставил на свои места. Утешив их зарождающуюся тревогу словами, что взрослые просто переели супу, я добился сведений о том, где держат мою цель. Их слегка интересовало, кто я такой и почему кидаю местных жительниц в сено, но как порядочные застенчивые и пьяные девочки они так долго формулировали свой вопрос, что забыли, о чем он был, вместо этого обнявшись и запев.
Ни тюрьмы, ни стражницкой, ни полиции у ведьм, естественно, не было. Зато у них был магазин-склад с большим подвалом, в котором хранилось всякое, в том числе и Саяка. Сам этот магазин на всю деревню был один-единственный, так что пройти мне нужно было всего метров двадцать. Оставив позади девчонок, что-то громко шепчущих друг другу на уши, я устремился к цели. Хм, мне показалось, или кто-то из них сказал «суп»?
Не мои проблемы.
Ворвавшись в темницу, где держали мою украденную возл… подопечную, я тут же… про неё забыл, даже не добравшись до подвала. Мой взгляд намертво приковали к себе витрины, полные самого разного барахла, на которое мне, в принципе, было плевать, если бы не волшебные смартфоны! Деревянные, костяные, каменные и даже стальные пластинки стояли в стеклянных витринах на специальных подставочках, снабженные специальными ценничками! Я чуть слезу не пустил от умиления, ожидая, пока откуда-нибудь не вылезет ведьма с вопросом, а не подсказать ли мне что-нибудь! Нет, за вопрос я бы её, конечно, убил, взяв грех на душу, но было бы к месту!
Пора оправдывать свое новое имя! А заодно и получить хоть какую-то компенсацию за все моральные травмы и унижения от этой деревни!
Вежливый стук рукоятью меча по стеклу показал, что витрины тут у них сильно зачарованные. Но зато на нехарактерные для помещения звуки из подсобки вылез пьяный и лысый мужик в затрапезном наряде. Он непонимающе на меня прищурился, шаря рукой в поисках опоры для неуверенно стоящего тела, так что пришлось поспешить ему на выручку. Утвердив мужика за плечо одной левой, я нанес ему три хука правой, два посильнее и один чуть помягче. Первые два сожрали все очки здоровья мужика, а последний его милосердно вырубил, заставив обмякнуть на месте.
Быстрый обыск показал, что связка ключей под прилавком — это заставило меня облегченно выдохнуть. Резать пьяного в надежде, что из него вывалится нужное, я бы не стал, но и уходить с пустыми руками, отягощенными лишь тощей тушкой моей ведьмы, не хотелось никак.
С витрин я забрал лишь смартфоны. Все остальное выглядело достаточно подозрительно, а местами даже гадко — трогать все эти сушеные чучела, странно поблескивающие камни и сотни бутылочек с неизвестным содержимым мне категорически не хотелось. Мало ли что тут продают? Да и мало ли как это все активируется? Лучше посмотрим, есть ли тут касса… Ага, есть, правда вместо кассового аппарата была толстенная книга, исчирканная записями и маленький сейф, но и это меня устроило целиком и полностью. Из сейфа я добыл около полутора миллионов канис, что пролилось патокой на мою истерзанную нервами и похотью душу, а книгу… просто спёр. Из вредности.
А вот подвал меня удивил. Большой и просторный, он оказался совершенно пустым, за исключением сложенных в одном углу мешков с чем-то сыпучим. Из-за трех глухих дверей ничего саякоподобного не доносилось, поэтому пришлось открывать их по очереди. За первой меня ждала дивная коллекция швабр, ведер и сельскохозяйственных инструментов, а вот за второй…