Антология советского детектива-46. Компиляция. Книги 1-14 (СИ)

— Можно видеть Бориса Борисовича?
— Минутку. Сейчас вызову.
При этих словах Игорь невольно с облегчением вздохнул. Итак, Журавский не обманул: закройщик Борис Борисович в самом деле существовал. Это уже вселяло некоторую надежду.
Приемщица между тем выбрала одну из нескольких укрепленных на стене кнопок и нажала ее три раза. Однако на ее вызов никто не появился. Она сделала недовольную гримасу и снова трижды, уже настойчивей, нажала на кнопку. Ожидание продолжалось. Наконец приемщица, видно, потеряв терпение, досадливо поднялась из-за стола, и в тот же миг дверь возле нее, ведущая во внутренние помещения ателье со строгой, но вежливой табличкой «Посторонних просим не заходить», стремительно распахнулась и появился запыхавшийся краснолицый шарообразный человек с седым всклокоченным венчиком волос вокруг розовой блестящей лысины и сползающими на кончик носа очками. На нем был синий сатиновый с короткими рукавами халат, с трудом на одну пуговицу стянутый на огромном животе, под расстегнутым воротом рубашки съехал набок красивый полосатый галстук, широкие брюки складками лежали на стоптанных ботинках. Человек был весь какой-то задерганный и вместе с тем, видимо, добродушный.
— Бегу, бегу! — воскликнул толстяк и тут же близоруко огляделся.
Приемщица, сделав Игорю приглашающий жест, сухо сказала, еще не остыв:
— Вас спрашивают, Борис Борисович. Тот живо обернулся к Откаленко.
— Слушаю вас, молодой человек. Внимательнейшим образом слушаю.
— Хотелось бы обсудить с вами вопрос о пошивке костюма, — церемонно и довольно нудно объявил Игорь.
— То есть желаете пошить, я так понимаю? — уточнил с легкой улыбкой Борис Борисович. — Или что?
— Нет, сначала именно обсудить, — неуступчиво возразил Игорь. — Я вас не знаю, вы меня не знаете. А дело серьезное.
Сидевшая на диване девушка отложила журналы и с любопытством следила за их разговором. Игорь с неудовольствием покосился на нее и сказал:
— Хотелось бы поговорить тет-а-тет.
Борис Борисович, перехватив его взгляд, согласно закивал головой.
— Понимаю, понимаю. Прошу вас, будьте любезны.
Он увлек Игоря за собой к дальней примерочной кабине, по пути захватил со стола один из журналов мод. Плотно задернув за собой занавеску, он указал Игорю на стул и с облегчением сел сам, расставив толстые ноги.
— Слушаю вас внимательнейшим образом, — с готовностью произнес он, поправив съехавшие очки.
— Мне, Борис Борисович, не хотелось там говорить, — доверительно понизив голос, сказал Игорь, — я рассчитываю на особое отношение к моему заказу, как к коллеге, так сказать. На основе взаимности.
— Безусловно, безусловно! — воскликнул Борис Борисович и живо поинтересовался: — Чем изволите заниматься? Тоже в нашей системе, выходит, трудитесь?
— Именно. Кожгалантерея. Ремонт. Так что пути наши могут легко пересечься, — скупо улыбнулся Игорь.
— Вполне, вполне, — с энтузиазмом воскликнул Борис Борисович, прихлопнув толстыми ладонями по коленям. — Мир тесен, что там говорить. Или я не понимаю…
— Кроме того, я к вам пришел по рекомендации одного знакомого, — добавил Игорь. — Он только у вас и шьет.
— Да, да, да! — с новым воодушевлением подхватил Борис Борисович. — Клиентов, слава богу, хватает. Народный артист есть, даже два, — он небрежно махнул пухлой рукой. — Потом, заместитель министра, не буду называть фамилии, он член ЦК. Еще дипломат, сейчас уже во Франции, в моем костюме, конечно. Словом, клиентов выше головы. И все довольны, представляете? Все! Буквально! Потому что высший класс! Я вам скажу между нами, лучше переплатить, но получить вещь. М-а! — Он приложил пальцы к губам и как бы послал воздушный поцелуй. — Я полагаю, вы должны быть со мной согласны. Это же логично или нет?
Борис Борисович многозначительно поднял палец. При этом он сдвинул на потный лоб очки и его круглая, багровая физиономия на миг потеряла добродушную чудаковатость. Он потер нажатую очками переносицу и с нескрываемым любопытством спросил:
— А вас кто ко мне направил, интересно все-таки знать?
 
— Олег. То есть Олег Дмитриевич Журавский, помните такого?
— Честно говоря, не припомню. Но не в том суть, я вам скажу, не в том! — бодро ответил Борис Борисович, хлопнув себя снова по толстым коленкам, и неожиданно спросил: — Так вы, может быть, и в нашем товариществе состоите?
— Каком товариществе? — удивился Откаленко.
— В садовом, конечно! Каком же еще?
«Снова это товарищество», — мелькнуло в голове у Откаленко, он помнил, что у Лосева об этом почему-то спрашивал и мнимый Журавский. И Игорь охотно, даже обрадованно ответил:
— Понимаете, и Олег тоже приглашал. Конечно, хотелось бы. Но ведь дороговато выходит, что ни говори, — счел, однако, нужным добавить он. — Как вы полагаете?
— Вот именно и безусловно, это уже я вам говорю, — Борис Борисович энергично проткнул пальцем воздух перед собой. — Умереть можно! Но, с другой стороны, самому строить немыслимое дело. Здоровье! Его положишь, потом не поднимешь. А тут уже налаженные связи, что вам еще сказать?
Н- о от кого все зависит в этом товариществе? — поинтересовался Игорь.
Он, естественно, ничего еще не мог понять в неожиданно возникшей ситуации и сейчас как бы шарил в темноте, стремясь нащупать хоть какие-то ориентиры, чтобы двигаться дальше. Откаленко понимал, что сейчас пока что главной задачей является сбор информации о мнимом Журавском и его делах, любой информации, даже самой, казалось бы, далекой, а уж дальнейший анализ покажет, нужна она или нет. Вот всплыло неожиданно это товарищество, им надо тоже поинтересоваться, вдруг этот тип играет там какую-то роль. Ведь не случайно задал он Лосеву тот странный вопрос.
— От кого все зависит? — насмешливо переспросил Борис Борисович. — Ха! Слушайте меня. Вам будут говорить, например, что от Гены. Хохма! — он пренебрежительно махнул рукой. — Это всего лишь комендант, ясно вам? Но… — Борис Борисович понизил голос и оглянулся почему-то на занавеску. — Не хочу сказать, что жулик, однако ловкий человек Делает бизнес на наших денежках, это я вам говорю. А что делать? Где взять кирпич, где взять брус, доски, шифер, цемент, паклю, я знаю, что еще? И этих архаровцев, которые будут строить и обирать вас как липку? А так, представьте себе, на болоте каким-то чудом растет храм, на который вы молитесь и работаете в поте лица и каждую копейку жертвуете на него.
— Но при чем здесь болото? — очень удивился Игорь.
— А вы думаете, нам отвели парк, да? Вы наивный человек! Нам отвели болото, и мы его еще осушали. Так вот. Вы спрашиваете, кто главный. Главный, конечно, не Гена, это так, мелочь. Главный — это, допустим сказать, наш Николай Александрович. О! Это, я вам доложу, фигура!
— Кто же он такой? — поинтересовался Откаленко, не скрывая и даже подчеркивая свое любопытство.
— А я вам скажу, — важно объявил Борис Борисович, делая широкий, приглашающий жест рукой. — Пожалуйста. Это не секрет. Во-первых, он наш директор здесь. И всегда у нас Красное знамя и, конечно, премии. Затем он же, товарищ Коровин, заместитель председателя нашего товарищества. Вот так, и не меньше. Он главный кровопивец и благодетель.
— Но почему?
— А! Станьте членом нашего товарищества, сами узнаете.
— Ну и где же оно находится, это ваше болото, далеко? — скептчески осведомился Откаленко, давая понять, что не очень-то склонен принять такое приглашение. — Представляю, куда вас загнали.
— Бывшее болото, — многозначительно поднял палец Борис Борисовч. — А загнал… Кого-нибудь, может быть, и загоняют. Даже наверное. Но не товарища Коровина, чтоб вы знали. Вы слышали про такую станцию — Лупановка?
 
— Лупановка? — сразу насторожился Игорь. — Слышал, конечно.
— Так вот, от нее полчаса на автобусе. Деревня Вальково. А там полкилометра — и наше болото.
— Бывшее, — улыбнулся Игорь.
— Да-да, конечно. О! Чего это нам стоило, вы бы только знали. Ну и до сих пор все говорим: «поехали на болото», «был на болоте» и все такое. Так вот, осушил его и дорогу построил он, Генка. За наши денежки, конечно, живые денежки. И сколько там к кому прилипло лишнего, никто не считал.