Спасение (ЛП)

— Сигнализация, оповещающая о гибели владельцев, отключена или демонтирована, — в общем канале раздался голос женщины-эксперта. — Ни одна система дома не принимает полицейские коды.
— А портал? — спросил Понедельник. — Портал работает?
— Отключён, как и всё остальное, — ответила эксперт.
— Монострельщик съебался, — подвёл итог Саловиц.
— Увы, — подтвердил Алик, молча радуясь тому, что их инвалидной команде не придётся сражаться с опытным убийцей, вооружённым монострелом. — Нам осталось только установить, является ли монострельщик и викинг-берсеркер одним лицом или это два разных бандита. Ну и узнать, в конце концов, куда этот портал ведёт.
— Профили ДНК будут готовы в течение часа, — отозвалась эксперт.
— Вот и славненько, — подытожил Понедельник. — Возвращаемся в участок.
* * *
Дом №20 по Уэст-82-стрит располагался всего в паре минут ходьбы от нехорошей квартиры с окнами на Центральный парк. Даже сейчас, увязая и спотыкаясь в жидком снегу, превратившемся в слякоть, Алик и Саловиц добрались до него всего на минуту дольше и вошли в здание без нескольких секунд час ночи по Нью-Йоркскому времени.
Начальник участка, Бренди «Дьяконша» Дункан, находилась в своём кабинете на втором этаже. Она безукоризненно вежливо поприветствовала Понедельника, что было ясно — он был настолько желанным гостем, как стриптизёрша на похоронах. Инспектор Саловиц, бекая и мекая в попытках говорить культурно, изложил резюме по делу. В квартире разгром, найдено семь тел, местонахождение семьи Лоренцо неизвестно, на звонки они не отвечают и в сети не зарегистрированы.
— Почему бандиты атаковали именно Лоренцо? Он занимался противоправной деятельностью? У тебя есть информация об этом? — Комиссарша набросилась на Алика, едва Саловиц договорил.
Понедельник знал, что ей глубоко за пятьдесят и что к своей должности она поднялась с самых низов, приобретя, несмотря на низкое происхождение, достаточное влияние в мэрии. Достаточное для того, чтоб двадцать пять лет подряд выглядеть на двадцать пять. И это при её-то безумной работе — когда тебя поедом едят и сверху и снизу.
На самом деле Алик уважал «Дьяконшу» — как звали её полицейские — несмотря на должность, она была на редкость толковой полицейской.
— Я здесь только для того, чтоб избежать возможных проблем с юрисдикцией, — нейтрально ответил он.
— Пизди больше, — улыбаясь белоснежными зубками, проворковала комиссарша. — Ты тут из-за Анака, Девиал, Мортало и Лоренцо, верно?
— Могу лишь заметить, что у этих людей много контактов в высоких сферах.
— Хочешь сказать, что они вылизали множество высоких политических задниц, не так ли?
— Бренди, поверь мне — я не враг. Я здесь, чтобы помочь. Я могу открыть многие закрытые двери. Я уже отдал команду помочь вам найти общий язык с полицией Берлина и помогу ещё. В конце концов, семью Лоренцо пока не нашли, и случившееся вполне может быть попыткой похищения. Хочешь заниматься переговорами об освобождении заложников с висящими на хвосте репортёрами и мордашками похищенных детей, таращащихся на тебя с каждого экрана?
— То есть ты считаешь, что это похищение?
— На самом деле нет. Я этого не исключаю, но мне пока известно только про одного человека, выбравшегося из этой безумной бойни — убийцу с топором и пистолетом.
— Тогда где находится сейчас семейство Лоренцо?
— Над выяснением этого вопроса я как раз и работал, — развёл руками Алик.
— Я. Приму. Твою. Помощь, — сухо, разделяя слова паузами, отчеканила Бренди. — Но этим делом занимаюсь я и мои люди. Ты помогаешь. Не вмешиваешься и не диктуешь условия. И упаси боже, — она подошла к Алику вплотную, обдав его мускусом дорогих духов, — даже от мысли сообщить хоть что-нибудь своим дружкам из СМИ. Это будет последнее, что ты сделаешь на своей должности, Алик. У меня тоже есть связи.
— У меня нет друзей в СМИ, — как можно более дружелюбно ответил Понедельник. — И я официально ходатайствую о том, чтоб оказанное мной содействие не было упомянуто в официальных отчётах — если это не похищение, я бы не хотел, чтоб информация об участии Бюро болталась по вашим файлам.
 
— Договорились, — кивнула Бренди. — Но если это не похищение, то что?
— Кража со взломом. Была предпринята попытка похитить информацию из защищённой внутренней сети компаний Лоренцо, — ответил Алик.
— Кража удалась? — спросила комиссарша, переводя взгляд с инспектора на фэбээровца и обратно. — Вы уже установили, что они собирались похитить?
— Кто знает, — пожал плечами Саловиц, — эти, эксперты, копаются ещё. Хрен от них чего определённого добьёшься, пока не закончат.
— Если я правильно поняла ваши слова, происшествие развивалось по следующей схеме: одна шайка бандитов врывается в портальный особняк, чтобы совершить кражу, затем врывается следующая команда и расправляется с бандитами. А вам не приходило в голову, что вторая команда была антитеррористическим подразделением одной из военизированных структур, заключившей контракт с Анакой, Девиалом, Мортало и Лоренцо на их вооружённую защиту?
— Так там вояки, шеф, — протянул Саловиц, — та бойня не в их стиле.
Алик многозначительно кивнул — у него сложилось схожее впечатление.
— Но это возможно, — подвела итог комиссарша. — Не так ли, агент Понедельник?
— На данном этапе Бюро ничего не исключает, — ответил Алик фразой, надоевшей ему до оскомины. — Мы узнаем больше, когда распутаем цепочку до конца, арестовав сбежавшего убийцу.
— Осуществимый план, — сказала комиссарша таким тоном, что было очевидно — план вовсе не кажется ей осуществимым.
— Если первая банда была профессиональной командой по цифровому взлому, то вторая подоспела слишком быстро, застав первую врасплох. Такое возможно, хотя подобная скорость настораживает. И я согласен с выводом детектива Саловица: это не какая-нибудь охранная фирма — бойцы не носили фирменную одежду, и только два ствола из всей коллекции были одинаковыми.
— Тогда какая у тебя версия?
— Об отсутствии, по неизвестной нам причине, Лоренцо узнают две независимые банды высокого полёта — из тех, кто специализируется на кражах из дорогих особняков. И решают обнести дом, пока хозяина нету дома — там есть чем поживиться. Естественно, одна команда захватила с собой взломщика — данные так же ценны, как ювелирные изделия, а продать их проще.
— По-твоему, весь этот кровавый цирк — результат неудачного стечения обстоятельств? Серьёзно?
— Не думаю, что одна из команд прибыла в особняк, чтоб защищать Лоренцо. К тому же, если за его семьёй велась слежка, — а он не так часто покидает дом — то, что во время его отсутствия в особняк явились сразу две команды — скорее закономерность, чем случайность.
По поджатым губам комиссарши было видно, что она не согласна ни с одним его словом и собирается разнести их в пух и прах. Но вместо этого она сказала:
— Согласна. Наш главный приоритет на данный момент — найти и обезопасить семью Лоренцо. Обзвоните его коллег и её друзей. Кто-то должен знать, куда они собираются.
— Да, шеф,— произнёс Саловиц. — Можно приступать?
— Поторопись, — отмахнулась Бренди. — И не стесняйся сообщать мне, если кто-то, — она презрительно окинула взглядом Алика, — будет ставить тебе палки в колёса.
— Гляжу, ты прям так глянулся Дьяконше, — усмехнулся Саловиц, когда они спустились вниз на второй этаж. — Я думал, она тебя с потрохами сожрёт, а она так… помусолила и отпустила.
— А ты как думал? Я неотразимо мужественный агент ФБР — гроза женских сердец, — отмахнулся Алик.
 
— Ты всерьёз думаешь, что бойня — это потому что случайно так совпало?
— Это рабочая теория, инспектор. Пока она всё неплохо объясняет, так что я буду придерживаться её. Но что на самом деле там случилось, мы узнаем, когда найдём Лоренцо. Только так.
— Эт верно, — вздохнул Саловиц, открывая дверь.