(не) Мой Боно (СИ)

— Все хорошо, мне правда нужно сгонять в одно место, — мужчина пытается меня ободряюще приобнять, но резко останавливается. Боится пересолить. Лишний раз он старается меня не трогать, потому что помнит, как первое время я билась в истерике после того случая на промзоне. Мне еще долго казалось, что все мужчины хотят меня изнасиловать или избить. Благодаря хорошему психотерапевту это недоразумение в моем поведении прошло, но Руслан всё равно иногда побаивается моей реакции, — прости, Ник. Я не хотел тебя обидеть. Просто я… — он оперся рукой на дверной косяк пытаясь подобрать слова, а потом махнул рукой, открывая входную дверь.
— Тебе не нужно больше приезжать. Я не хочу видеть, как ты страдаешь. Это всё пустое, найди себе нормальную девушку, — шепчу ему в спину, глотая слезы.
— Я буду приезжать, пока ты не скажешь что не хочешь меня видеть, — он присел передо мной на корточки и осторожно взял за руку, — и мне не нужна другая девушка. Мне нравишься ты и у меня есть запас сил чтобы ждать. Я до безумия хочу увидеть, как ты снова улыбаешься.
Здесь, в чужом городе, у меня никого не было кроме сына и Руслана. И памяти о Боно, который каждую ночь приходил ко мне с кровавой раной в груди и хрипел шепотом о том, что он вернул. Первое время я анализировала этот сон и пыталась найти ответы на большое количество вопросов. Некоторые до сих пор остались неразгаданными.
Боно был призрачной преградой, которая стояла между мной и Русланом. Моей фантомной болью, что не позволяла мне отпустить прошлое и попробовать стать счастливой. Всякий, раз, когда я делала шаг навстречу, в памяти всплывал мой Рома, которого я так и не смогла забыть. А надо.
— Возможно, когда-нибудь твое желание исполнится., — пытаюсь вытащить свою ладонь и он отпускает.
— Поехали на выходные за город? — мужчина не теряет надежды.
— За город? — удивляюсь. За эти месяцы я никуда не выезжала.
— Да. Сделаем шашлык, Игорь с Бэтменом погоняется. Свежий воздух, свобода. И ты расслабишься после работы.
— Мне нужно подумать, — говорю, чтобы он только скорее ушел.
— Хорошо, — принимает мой ответ, добавляя, — забыл сказать: тебе идет новая стрижка, — он не стал прощаться и быстро покинул квартиру, а я прислонилась к стене и осела на пол.
Как женщина, которая выходит из отношений и начинает со смены гардероба и прически, я также изменила свой облик. В шкафу не было ни одного откровенного наряда. Только строгие блузки и водолазки, не привлекающие внимания, никаких коротких юбок и откровенного декольте. Волосы я отрезала до асимметричного каре.
Боно бы сказал, что я стала монашкой…
Боно… Мой Рома, мое проклятье, которое я не могу удалить из памяти, в ней навечно остались его поцелуи, признания и ласки. Он всегда со мной. Мой ледяной дождь, ласкающий лицо, когда становится особенно грустно.
  
Глава 61
 
Если Руслану отказать я могу, то Игорю — нет. Сын упросил меня провести выходные на свежем воздухе, да и я сама не могла не согласиться. Это лучше, чем сидеть в городе.
Рано утром Руслан забрал нас и привез в Петровский посёлок, где у него была дача. Это за сто километров от города. Тут воздух поражает своей чистотой и свежестью, а сам участок находится среди хвойных деревьев, даря чувство близости с природой. Рядом располагаются и другие дома, где живут ценители свежего воздуха.
Как только мы вышли из авто, нас сразу встретил Бэтмен. Русский спаниель, которого сын обожает. Эти двое нашли общий язык и сразу бросились носиться по участку, деля резиновый мяч.
— Не беспокойся, дальше забора они не убегут, — видя, что я настороженно слежу за ребенком, успокоил меня мужчина.
— Я не оставлю его тут на улице одного, — отвечаю, наблюдая за тем, как Рус достает пакеты с продуктами из багажника.
— Мамаша, ты как наседка. Оставь парней подурачиться. Бэтмен любого сожрет если Игорю будет угрожать опасность. Плюс мы будем на кухне и из окна виден весь двор.
— Даже я с твоим Бэтменом справлюсь, — не оценила я юмор и подняла с земли мяч, бросая его собаке, — тут лес кругом. Мало ли что.
— Прекрати, Ник, — терпеливо повторил Рус, — пойдем в дом. Ты сейчас сама во всем убедишься, — ему всё-таки удалось уговорить меня пройти внутрь.
Закончив приготовления в доме, мы вышли на улицу. Я снова бросила мяч Бэтмену, скромно улыбнувшись соседке, которая вышла во двор. Некоторые семьи тут жили круглый год: свежий воздух, отсутствие суеты и до города можно добраться чуть больше чем за час в случае необходимости. Пожилая женщина махнула рукой Руслану, который возился с мангалом и зашла в дом.
Со стороны мы были похожи на семейную пару. Муж, жена, ребенок, пес. Приехали на выходные чтобы отдохнуть и полакомиться шашлыком. Но это только со стороны. В реальности же между нами ледяная стена, по одну сторону которой я с сыном, а по другую — Руслан, тщетно пытающийся растопить лед чтобы быть рядом.
С ним надежно и спокойно, он терпелив и внешне не вызывает во мне отвращения. Мне даже не к чему придраться, но есть одно но — я его не люблю. Хотя, что скрывать, я боюсь мужчин, их внимания и любви. Всякий раз переступаю через себя, пытаюсь заставить открыться, а потом рыдаю в подушку после очередного провала.
Зачем я приехала? Чтобы снова дать ему надежду и отвергнуть? Ах, да… Ради Игоря. Не ври себе, Ника. Ты приехала чтобы дать еще один шанс себе. Чтобы вырваться из замкнутого круга страхов и комплексов и вкусить жизнь, которой жила раньше.
— Ник, поможешь мне? — Руслан вырвал меня из размышлений, подзывая к себе.
Покорно подхожу, на автомате раскладывая мясо на решетке и ставлю на мангал. Руслан бы и сам справился, просто хотел привлечь мое внимание или чтобы я не уходила в себя.
— Ты не замерзла? — снова обращается ко мне.
— Нет, сегодня тепло. А тебе не холодно? — киваю на футболку, которая видна из-под расстегнутой куртки. Здесь было намного холоднее, чем в городе. Зная об этом, специально нацепила джинсы и теплую кофту.
— У костра жарковато, — улыбается, — ты можешь зайти в дом, я послежу за мясом и Игорьком.
Соглашаюсь с ним и возвращаюсь в дом. На кухне принимаюсь за нарезку салата, режу по диагонали хлеб, красиво выкладывая на тарелку. Кажется, я становлюсь перфекционистом. Совсем как Боно. Заметила за собой такой грешок — выставлять всё по линейке, чтобы было ровно. Говорят, это признаки психоза.
Закончив на кухне, решаюсь пройти глубже в дом, гуляя по комнатам. Помещения просторные, с минимумом мебели. Будь я ребенком, поиграла в эхо. Стены забавно откликаются на звуки.
Мое внимание привлек телевизор с DVD в зале. На автомате подошла, чтобы изучить полку с дисками и замерла напротив коробки с музыкальными клипами. Я не танцевала с того дня. Как отрезало. Год не делилась чувствами сквозь танец, хоть и работаю в танцевальной школе. Директор предлагала мне взять девчачью группу, но я отказалась, считая, что не справлюсь. А сейчас руки сами вставили диск в плеер и на экране выбрали танцевальный трэк. В списке была песня I See Red — Everybody Loves An Outlaw. Та самая, под которую я танцевала последний приват Роме.
Тело само отозвалось на музыку, погружая внутрь своих эмоций. Я помню, как танцевала в тот день: девочка-пожар в красном белье, желающая соблазнить своего мужчину. И мне это удалось. Боно сам как пожар, вспыхивает неожиданно и быстро, а потом его сложно потушить…
И сейчас мои движения демонстрировали пожар. Но не с целью соблазнить, а для того чтобы выплеснуть накопленные эмоции с болью, освободиться от груза. Я помню, как его руки скользили по моему телу, а глаза поедали каждый сантиметр, после чего губы жадно целовали чувствительную кожу. Больше в моей жизни такого не будет.
— Ты красиво двигаешься. Несмотря на отсутствие практики, ты великолепна, — я вздрогнула и быстро выключила музыку. Обернулась, и увидела наблюдающего за мной Руслана. Как давно он здесь?