Паутина миров: Остров (8 книг) (СИ)

– Я чувствую, как стал слабее. – сказал не слишком довольно Гуань‑Юнь, вернувшийся к нам после молитвы. – Да и небо… опять будет жарить.
– Может и нет. Три ярчайших солнц, из девяти – солнца хаоса. – заметил я, глядя на первую – черную точку, поднимающуюся над горизонтом. – Три самых тусклых – забвения. У всего есть порядок, баланс, возможно он наступит и в нашем мире.
– Что теперь делать с едой? – спросил, хмурясь, один из заместителей генерала. – Солдаты не поймут, если мы будем выбрасывать такое количество припасов.
– Если вы будете молиться всей армией, по одному разу в день – критичных изменений можно избежать. – сказал я, понимая ситуацию владыки. – Но лучше не напирать на еду, выросшую на границе порядка. Иначе все превратятся в чудовищ, наподобие отступников Пинг. Даже у них есть шанс вернуться в обычную форму, но он крайне низок.
– Есть и молиться, что не пронесет? Или чтобы пронесло? – не весело усмехнулся Гуань‑Юнь. – Ты выручил меня в сложной ситуации, зятек. И ты, доченька. Без вашего предостережения нам некуда было бы возвращаться. Но теперь сражение с отступниками может оказаться куда сложнее, чем я рассчитывал.
– Помощь родителям – обязанность детей. – улыбнулась Юн, поклонившись приемному отцу. – Я никогда не смогла бы себе простить, случись с что‑то вами.
– Рано или поздно это все равно произойдет. – сказал генерал, погладив дочь по щеке ладонью. – Но это наша, родителей, обязанность защищать детей, а не наоборот. И потому я хочу, чтобы вы выполнили мою просьбу. Без разговоров, споров и сопротивления.
– Мы обещали, что исполним ее. – сказал я, выходя чуть перед супругой. – И сделаем это, если оно в наших силах.
– Чтож, я надеюсь в ваших. Больше того, я надеюсь, моя просьба придется вам по вкусу. – улыбнулся Гуань‑Юнь. – Пусть это прозвучит эгоистично, но я хочу внуков. Отправляйтесь обратно в свой город, и не участвуйте в сражениях, до тех пор, пока у вас не появится наследник. А после, так и быть, мы сразимся, и твоя рука не станет оправданием. Победитель же примет командование над обеими армиями и возглавит как Фенг так и Гуанг. По праву сильного.
  
Глава 10
 
– Отец, ты не думаешь, что это немного нечестно. – спросила Юн, стоило Гуань‑Юнь выставить свои условия. – Понимаю, что тебе хочется внуков, но только мне, как матери, определять, когда я готова завести ребенка.
– Я вас в этом смысле не тороплю. – широко улыбаясь сказал гигант в алом кимоно. – Даже если вы будете трудиться не покладая… ну вобщем не покладая, он затянется минимум на девять месяцев.
– Именно! И на все это время мы окажемся вне игры! Как ты себе это представляешь? Наши солдаты…
– Постой, доченька. Давайте обсудим этот вопрос не перед войском. – произнес генерал, показывая на свой штабной шатер. Стоило нам втроем зайти как по одному жесту главы клана Фенг все посторонние будто испарились, и мы остались наедине. Усевшись на свой походный трон, генерал вздохнул, прикрыв глаза рукой. – Ты меня разочаровываешь.
– Простите отец, но… – плечи Юн мгновенно поникли, но решимость не ушла из ее глаз. – У нас есть обязательства перед вами, но и перед нашими людьми тоже!
– Именно. Но вы совершенно о них не думаете. – строго сказал Гуань‑Юнь. – Ты просто не понимаешь, Валор. Сейчас такое время, когда ты не можешь позволить себе победить.
– Не могу… – я запнулся на полуслове. – В каком смысле?
– Всю свою жизнь ты занимался только тем, что стремился к победе, всеми доступными способами, и посмотри, куда тебя это привело? – сказал генерал.
– Простите, отец. Но я действительно не понимаю. Я стал самым молодым главой клана, за тысячелетие. Первым владыкой, признанным советом в моем возрасте. А кроме того – мой клан Гуанг, возможно впервые в истории стал старшим домом. Разве это плохо?
– Хм. Если мерить все таким лекалом – то нет. Однако я говорю о другом. Твой клан – в растерянности. Маленькая птичка напела мне что за два дня боев вы потеряли более полутора тысяч убитыми и ранеными. – строго произнес Гуань‑Юнь, ударяя ребром ладони по колену. – Это катастрофа! Ни разу за всю историю острова мы не теряли столько людей во время междоусобиц или войн кланов. Будто этого мало – ты разрушил свои отношения со всеми старшими домами кроме Фенг и Ксу!
 
– Разве этого мало? Три дома на моей стороне…
– И три против! – возразил Гуань‑Юнь. – Это уже не конфликт, не междоусобица – это гражданская война, в которую ты вовлекаешь весь остров. Представь, что произойдет, если я позволю себе выступить на твоей стороне? Это расколет Чщаси пополам. Все старые связи окажутся разорваны. Семьи начнут воевать друг с другом и вскоре это может превратиться в кровавую бойню, после которой Тайный дворец не восстановится уже никогда. Ты на такое согласен?
– Я. Нет, я не к этому стремлюсь. Наоборот, я хочу объединить все семьи, навсегда закончив мелкие распри перед лицом большей угрозы.
– В таком случае ты выбрал ошибочную тактику. – чуть успокаиваясь произнес гигант в красном. – Мне казалось, что ты уже перерос детские амбиции, но похоже придется преподать тебе жизненно важный урок. Запомни – никто, никогда, не будет доволен, если ты будешь насильно причинять добро и наносить справедливость. Любовь без взаимного согласия называется изнасилованием.
– И что вы предлагаете? Отступиться? Бросить остров на произвол судьбы, дожидаясь пока демонические твари придут и захватят его, сожрав мирных жителей?
– Ни в коем случае. Но сейчас твои враги не демоны, и даже не отступники – это глава Джен, матриарх Пинг и молодой Хэй. Если ты выступишь против них – они единым фронтом сотрут с лица земли клан Гуанг. А я… прости, но я не смогу вмешаться. – покачал головой Гуань‑Юнь. – Ты останешься в одиночестве.
– Я понимаю, у вас есть обязательства как у главы клана и рода.
– И как у нового защитника острова и главнокомандующего. Как приемный отец Юн я убью любого, кто покусится на ее свободу или жизнь, но как Защитник Чщаси, я не имею права вмешиваться в этот конфликт. Я говорю это с тяжелым сердцем, пойми меня верно, но сейчас ты и в самом деле не можешь победить. Цена такой победы окажется слишком высока. И единственное что тебе остается – не проиграть.
– Предлагаете мне запереться в Доме света и сидеть там безвылазно, пока сами сражаетесь с отступниками и заканчиваете освобождение острова? – спросил я, сжимая одной рукой культю другой.
– Ну, это не единственный вариант, но да. Лучше я пока ничего не могу придумать. Кроме того – тебе пора познакомится с более мягкой дипломатией. Сегодня ты доказал что Янус нас слышит, а значит мнение богов впервые стало действительно важным. Так почему бы тебе не остановится на этом?
– Быть не главнокомандующим, а пророком? – кисло усмехнулся я, прикрыв глаза. – Значит вот кто должен был возглавить остров.
– О чем ты? – нахмурился Гуань‑Юнь.
– Вы слишком заигрались в политику, забыв о своем долге силы. – вздохнул я, покачав головой. – Приняли правила, навязанные Гуй Шен, и решили не вмешиваться во внутреннюю политику острова. Пара нечаянных убийств, небольшой переворот в Хэй, отступники – это все игра старших семей. Но что она принесла острову кроме хаоса? Кто готов взять на себя ответственность?
– Тот, кто переживет большую игру. – усмехнулся Гуань‑Юнь. – Кому как не моей красавице дочке знать это, верно, Юн?
– Юн? – переспросил я, когда девушка смущенно отвернулась. – О чем он говорит? В чем дело?
 
– Когда ты пропал… считался погибшим, я вынуждена была искать себе достойную пару. – нехотя ответила супруга. – Наследница старшего клана просто не может себе позволить выйти замуж за кого‑то ниже ее, так что мне пришлось несколько форсировать события.
– Погоди, хочешь сказать, что недавний переворот в Хэй – полностью твой сценарий?
– Не совсем, но… да. – поморщилась Юн. – Если бы я все еще оставалась свободной, то отец поддержал притязания Акио на престол, и в результате мы имели довольно слабохарактерного супруга, которым я смогла бы управлять, подчинив Хэй клану Фенг, а потом и вовсе объединив их.