Паутина миров: Остров (8 книг) (СИ)

– Давай, иди сюда, тварь! – крикнул я, заставляя самого себя забыть о происходящем вокруг безумии. И погрузил руку в кровь твари. Кожу мгновенно разъело, интерфейс заверещал об опасности, но за секунду до того, как тварь обрушилась на меня, прошла синхронизация. Шестилап попытался увернуться от вырастающего ему навстречу кола, но всем весом насадил себя на толстую пятиметровую кристаллическую пику. Удачно зашедшую в одну из предыдущих ран.
Дрейк захрипел, забил по кристаллу лапами, и кровь поддалась чудовищному давлению, разбившись на осколки. Монстр вновь залил поляну кровью, но мне до нее было не достать. Когтистые лапы твари мельтешили в воздухе, заставляя меня отступать. Вот только плеваться так здорово он уже не мог. Порванный гребень не доводил молнию до глотки, силы покинули монстра, а через пробитый кристаллом живот вытекала кислота.
И все равно, даже изрешеченный, раненый, с оторванной конечностью – он держался. Я смотрел на это чудовище и понимал – он как я. Он сражается до последнего, не сдается, даже погибая и осознавая это. Даже сейчас, находясь на пороге гибели, он пытается убить своего обидчика, верно определив виновника всего произошедшего – меня.
Страха не было. Дрейк рвался ко мне, чтобы прикончить, я стоял безоружный, но не боялся. Боли не было. Долг и ярость схватки вытеснили ее на периферию сознания. О, она придет, она будет куражиться долгими вечерами, выкручивая пальцы на несуществующей руке. Но не сегодня. Сейчас были только я, мой противник и Свет.
Я не использовал этот дар во время схватки с Гуй Шеном. Не использовал против демонического льва и множества других тварей. И не потому, что не хотел. Я не был готов. Морально и физически.
Моя воля. Мой разум. Мой гнев. Мой внутренний ангел. Крупица бога.
ВОПЛОЩЕНИЕ!
Дрейк начал резко тормозить, поднимая пасть и бороздя лапами сухую землю, на его окровавленной морде отразилось оранжевое свечение моих волос. Я чувствовал эту пробудившуюся силу, чувствовал поднимающегося надо мной воина, расправляющего плечи. Он – лишь отражение моего внутреннего духа, веры, воплощенное в искаженных энергиях Хаоса. Но стоило мне поднять руку…
Гигантский огненный клинок опустился, разрубая шестилапа, и голова дрейка упала к моим ногам, заливая поляну кровью. Свет несколько раз мигнул, отражаясь в образовавшихся лужах, но вскоре исчез без следа. Я чувствовал себя совершенно опустошенным, выжатым до последней капли. Упал, теряя сознание, но сразу несколько рук подхватили меня – до того, как я коснулся земли, и, погружаясь во тьму, я видел лица друзей.
– Где я?
Вокруг темнота и тишина. Нет ни верха, ни низа. Даже привычной пульсации крови. И все же я есть. Мне не тепло и не холодно. Никак.
Я попытался ощупать себя, но нечем. Но что‑то заставляло чувствовать – я жив. А раз так… мне уже давно не нужно простое зрение, чтобы видеть. Мои вторые глаза – глаза Души. Стоит их раскрыть…
– Ты потратил слишком много. – Гигантское солнце, сплетенное из тысяч голосов, молитв, просьб и желаний, нависало надо мной, занимало все пространство от горизонта до горизонта. Солнце, у которого было имя. Янус. – Мы дали тебе самое грозное оружие нашего мира, а ты его истратил, защищая горстку людей.
– Во имя великой цели. Я объединю всех. Они видели воина, они видели Свет.
– Видели. Поэтому ты все еще здесь, а не в Забвении. Мы дадим тебе еще один шанс. Больше никаких подарков, никаких поблажек. Собирай силу сам. Просыпайся!
Боль. Нет. БОЛЬ! Охватывала все мое тело. Боль вгрызалась в мозг. Дробила кости. Пожирала изнутри многократно порванные мышцы. Огнем сжигала легкие и давила на глаза. С кашлем я втянул в себя ночной прохладный воздух.
– Господин! – Аи, сидевшая рядом, вскочила, стоило мне прийти в себя. – Лежите, вам нельзя подниматься!
– Ск… сколько? – Выдавливая каждый звук, спросил я, боясь посмотреть на интерфейс и обнаружить, что вновь заснул на полгода.
– Три дня, господин, – успокаивая, произнесла девушка, помогая мне сесть на подушках, не тревожа спящих по обеим сторонам золотистых львят. Мы находились в аккуратно обставленной комнате, по размерам соответствующей скорее спальне главы клана, а не палате больного. Но отстроить такие хоромы за три дня было нереально, а на стенах я видел свой клановый символ – пустое солнце.
 
– Где мы? – спросил я, потихоньку приходя в себя. Бой с дрейком. Воплощение духа. Потеря руки. Черт. Я откинул правой ладонью одеяло и посмотрел на перевязанную культю. Вот только она чуть длиннее, чем должна быть. Сантиметра на три. И очень чешется.
Не слушая возражений Аи, я размотал повязку и увидел полностью затянувшуюся рану. Под тонкой кожицей виднелись отростки костей. – Ты… Ты смогла магией вырастить мне руку? Это же потрясающе!
– Простите, господин. Но это не я, – погрустнев, призналась Аи. – Приходила девушка, пожелавшая остаться неизвестной. Не знаю, как я вообще ее пустила, но в тот момент я потеряла надежду. Все мы. Вы были очень плохи. Простите. Она сказала, что сроднит вас с поверженным чудовищем, дав его силы.
– Кто это был? Приметы, внешний вид?
– Эльфийка со странным ожерельем на груди. В его центре висела деревянная фигурка.
  
Глава 22
 
– Что мы здесь делаем? – повторил я вопрос. – Место мне знакомо, это покои Кингжао. Вот только символика наша, а такого быть не должно. Мы пообещали, что не будем жить в городе.
– Общим заседанием Малого Совета, большинством голосов, было принято решение о передаче храма Послушания и нескольких смежных построек в собственность клана Гуанг, – ответила Аи, чуть нахмурившись. – Я пыталась отказаться от слишком щедрого подарка, но мне прямо указали, что я не вправе принимать никаких решений за главу клана. К тому же почему не согласиться? Ведь они сами решили, что мы можем остаться…
– Верно. ОНИ решили. Не мы. Я своего решения не менял, – подчеркнул я то, что и так должно было быть ясно. – Совет жаждет, чтобы мы успокоились, прекратили мутить воду.
– Но разве это так уж плохо? Спокойная мирная жизнь в уважаемом клане. У нас почти треть земель всего острова, по их размеру за стенами мы сравнялись с Хэй. Полно людей и ресурсов.
– Они хотят, чтобы мы остановились, – спокойно, словно малому ребенку, растолковывал я азы Аи. – Чтобы они могли остаться на своих местах. Но свет, который останавливается…
– Умирает, – закончила за меня девиз клана Аи. – Я поняла.
– Хорошо. Отказаться от здания значит оскорбить верховную жрицу. Делать это мы, естественно, не будем. Но и оставаться здесь будут только отдыхающие, раненые и выполняющие свои обязанности в городе. Передай мой приказ всем. Что с кланом? Сколько погибло, сколько присоединилось, что мы имеем в результате?
– Я… не знаю всего, – растерялась девушка. – Могу позвать…
– Не надо, сам сделаю, – небрежно бросил я, активируя связь с подчиненными.
«Кто в городе и резиденции, на совещание. Остальным отписаться и подготовиться к медитации. Жду через пять минут».
Точки уведомлений одна за другой меняли цвет – прочитано. И вскоре появились три ответа.
«За городом, час добираться, готов к медитации», – Ичиро.
«Переплавляю остатки стреляла, готов к связи», – Бом.
«На задании. Не могу говорить», – Хироши.
Что ж, шпион уже работает. Надеюсь, теперь он окончательно уяснил, с кем на самом деле стоит иметь дело.
Юн зашла сразу, я даже не успел дочитать сообщения. Вид у нее был усталый, потрепанный, но довольный. Девушка села у моих ног, даже не стараясь встать вровень, и Аи взяла с нее пример. Куват запоздал, войдя в последний момент. Я кивнул, приветствуя и прерывая его поклон, и создал три иллюзии сидящих в медитации помощников.
 
– Что произошло за то время, пока я спал? Коротко, – приказал я, донося задачу с помощью интерфейса до отсутствующих. – Ичиро, ты первый.