Паутина миров: Остров (8 книг) (СИ)

– Вот только все в органическом теле зависит от мозга, – наставительно сказала Джи, вновь усевшись у меня на плече. – Гормоны, команды нервам. Возможно, дело именно в этом? В таком случае остановить сердце – отдать мозгу сигнал на перезапуск организма?
Представшее зрелище оказалось не слишком приятным. Аи сумела сотворить настоящее чудо, и до сих пор все раненые не только оставались живы, но и начали потихоньку приходить в себя. Даже Куват и Ичиро, пострадавшие от отравления больше остальных, выглядели вполне приемлемо и уже начали приобретать здоровый цвет лица.
– Спасибо за щедрость, – поморщившись, ответил я. Плащ‑палатка тут же была натянута как гамак, и уже через минуту я отключился, даже не успев активировать восстановительную медитацию. Из‑за стонов раненных сон оказался беспокойным и прерывистым, и все же я умудрился если не полностью восстановить силы, то, по крайней мере, отдохнуть. Когда Аи не слишком вежливо растолкала меня, я, качаясь, поднялся и еще несколько минут не мог прийти в себя.
Многим и такой роскоши не досталось. И Аи, и Юн с телохранительницами выглядели – краше в гроб кладут. Врач вытолкала меня из гамака и тут же отключилась. И мне едва удалось расслышать ее фразу: «Пост сдан». Ответить я, естественно, не успел, да и смысла особого не было – она уже спала. Так что, сделав большой глоток из фляги и сунув в рот смесь из сушеного мяса, орехов и меда, я отправился осматривать лагерь.
– А ведь ты права. Только не по отношению к Джи, – чуть воодушевленно сказал я. – Травница могла просто элементарно не понимать работу такого органа, как мозг. Мы, конечно, тоже знаем немного, но все наши техники работают на взаимозаменяемости сигналов. Мы не можем их восстановить или скопировать старые, потому что понятия не имеем, что там было. А вот погасить их все одновременно, а затем запустить вполне в наших силах.
– О, тут ты прав. Даже среди эльфов не осталось никого, кто дожил бы до наших дней с разделения. Все же это случилось десять тысяч лет назад. Но все же найти живых свидетелей можно. Например, наш ректор. Или госпожа Кингжао. Да и Шунюан должен быть в курсе. Ведь тифлинги не просто долго живут, они бессмертны.
– Можешь отдыхать спокойно, – с насмешкой сказала Аи, протянув бутылку с зельем восстановления. – Три часа сна я тебе гарантирую.
– И когда ты успел стать специалистом? – усмехнувшись, спросил я и сел рядом с ним на камень.
– О, ну если так рассуждать, то да. Мы, конечно, хорошие, – усмехнулся товарищ. – Вот только этим все, естественно, не ограничивается. Некоторые говорят, что мы народ внутри народа. Корень великого древа. Соль земли. Вот только одними и теми же вещами можно как спасти, так и убить. Твоя ручная демонесса назвалась Силерантильской. Это очень древнее имя, которое произносят лишь в детских сказках да преданиях. Правда, куда чаще их называют просто – Проклятые Короли. Не за хорошие поступки, естественно.
– Даже если бы я поняла это раньше – использовать бы не смогла, – улыбнулась орчиха. – Я никогда не применяла столь сложных иллюзорных техник подавления и активации. Наверное, пора пробовать, ведь как поддержки меня может в любой момент стать мало.
– Это не болезнь, – решительно сказала Аи, когда самая острая стадия оказалась позади. – Это яд, отрава, вырабатываемая в мозгу и передаваемая от одного зараженного к другому. Именно поэтому она так быстро действует. Там, где болезни требуется несколько недель или, по крайней мере, дней, яды могут среагировать мгновенно. Но так как он не отравляет кровь – и очищать ее бесполезно. Не знаю, как оно действует до конца, но твоя фея высказала верную мысль.
– У тебя какое‑то слишком упрощенное понимание устройства человеческого тела, – недовольно отмахнулась Аи. – Пусть он и обновляет кровь каждые семьдесят два часа, это не повод рассчитывать, что после остановки сердца все произойдет само собой. Его, вообще‑то, еще заново запустить придется, а это уже серьезная проблема сама по себе.
– Очень надеюсь, что нет. Иначе эта ситуация будет крайне тяжелой. Но, как бы то ни было, пока вы все отдыхали и сидели на одном месте, я сражался, бегал и по полной использовал даже неприкосновенный запас Ци. Мне пора спать.
 
Сосредоточив свои ментальные силы, я обхватил голову воина  с двух сторон и активировал новую технику. Полное, глобальное подавление, нечто, творившее ничто. Я чувствовал, как на задворках моего «Я» скребется черная тень, почувствовавшая родственное действие. Первый враг тоже хотел упокаивать, творить ничто. Однако я не собирался творить его вечно. Несколько бесконечно долгих секунд – и все, даже хаотичные сигналы в мозге замерли. Сердце и легкие остановились. Нервные импульсы остановились. Он был полностью, безусловно и безоговорочно, мертв. И после этого я активировал мощную вспышку, захватившую все тело.
– Не спится? – спросил я у помощницы Юн, сидящей на крыше небольшого домика.
Но полчаса мы ждать не стали. Пока я обрабатывал второго, Аи проговорила с первым исцеленным и полностью подтвердила теорию – так можно исцелиться. Хотя риск погибнуть в процессе до последнего меня останавливал. Однако уже через пятнадцать минут все наши воины , использующие Сюэ‑ци, пришли в норму.
– Да, с сердцем это было бы менее жутко, – признала Аи. – Но так шансов выжить гораздо больше. Пока смотрим на результаты, вот этому срочно требуется подобная операция. Куват еще полчаса должен продержаться, у него крепкая Чжен‑ци. Ичиро тоже выдержит. А вот остальным ждать результата уже нельзя.
– О, в отличие от общения с императорскими особами, этому меня учили с детства, – чуть повеселев, ответил Хироши, но, несмотря на притворную маску, я успел заметить в его глазах не только грусть, но и озлобленность. – Думаю, про отряды корня внутри клана Джен ты уже в курсе?
– Что ты задумал? – с опаской спросила Аи, когда я сел возле одного из воинов Пинга.
– В этом я даже не сомневаюсь. В императоры вообще хорошие люди редко попадают. А учитывая, что их империя давно канула в глубину веков – можно с уверенностью сказать, что и с управлением у них было не все в порядке. Так или иначе, это было очень давно. Не проверить.
– Рад, что мы это выяснили. Жаль, что только сейчас, – совершенно выдохшись, сказал я.
– Мха‑а‑а, – резко вздохнул воин. Закашлялся. Повернулся на бок. И посмотрел на меня совершенно осмысленными и не жаждущими крови глазами.
В остальном же все оставалось крайне печально. Укрепления почти никакие, припасы скудные, да еще и дозорных осталось три человека, включая меня. Будь мы на стене, за такие условия развертывания отряда меня легко лишили бы права командования. Хотя сравнивать расположение здесь, в глубоком вражеском тылу, и жизнь на стене глупо. С другой стороны, и правила придумали совсем не идиоты. По крайней мере треть отряда должна находиться в дозоре. В противном случае напавший посреди ночи враг может вырезать всех во сне.
– В самых общих чертах, – пожав плечами, ответил я. – Они выращивают по десять урожаев в год на голых камнях и обеспечивают едой город в самые тяжелые и неурожайные годы.
– Доброе утро. Или вечер, – в задумчивости проговорил эльф. – Черт его разберет в этой постоянной полутьме. Тут даже цикличности сна у растений нет, они в вечно полуобморочном состоянии. Как в таком режиме выживает природа, непонятно.
– Простите, господин, я нахожусь в созерцательной медитации и не хотела бы отвлекаться на разговоры, – попросила девушка. Уважая ее способность и упорство, я решил оставить лучницу в покое. И направился к последнему бодрствующему бойцу – Хироши.
 
– Прозвучит крайне цинично, но собираюсь проверить на наименее ценных членах экипажа, – усмехнувшись, сказал я. – Если у меня не выйдет – они все равно все умрут. А вот если получится, что ж… – Я пытался пошутить, но настроение это не слишком улучшило. У меня должно получиться, ведь я это уже делал тысячу раз. Не творить что‑то из ничего, а создать иллюзию отсутствия, абсолютную тьму, загасив сигналы. Иллюзию иллюзии.