Ты больше не уйдешь! (СИ)

Быстрые шлепки обрушились на мое мягкое место — и оно уже горело. Между ног неприлично сильно текла влага. Промежность набухла. Нетерпение выкручивало меня изнутри.
Он приподнял мои бедра, заставляя встать на колени, но грудью продолжать прижиматься к постели. Я выгнулась дугой. Колючий трепет кусал меня по всему телу.
К промежности прильнули губы. Так неожиданно! Так чувственно! Густая дрожь, будто вибрация, прокатывалась по спине, животу, бедрам. Ловкий язык слизывал мою влагу, и чудесные вспышки, одна ярче другой, взмывали внутри меня. Я громко стонала в подушку, сжимала ее пальцами, теряя рассудок от штормового прилива удовольствия.
Его губы, его язык там — это райская эйфория. И я чувствовала, как ему безумно нравится вылизывать меня, доводить до умопомешательства. Бедра уже подрагивали. Маска сползла с глаз, волосы спутались. Я блаженно прикрывала веки, улетая, кружась в звездном вихре.
Вместо языка вдруг оказались пальцы, которые сразу увлажнились в моей смазке. Они мягко вошли в мое лоно, слишком чувствительное от жажды внимания, готовое принять кое-что намного крупнее.
Я выгнулась сильнее, буквально насаживаясь на них. Адам довел меня до такого состояния, когда я уже едва сдерживаюсь от того, чтобы наброситься на него. Он это видел, был доволен. Смачно и резко припечатал ладонь к моей ягодице и перевернул меня на бок.
К спине прикоснулся жар. Рука просунулась мне под голову, и я тут же прихватила зубами кожу на его предплечье.
— Тише, тише, малышка…
Головка члена вдавилась в промежность, и лоно словно само слегка раскрылось, впуская его в себя. Адам зажал мне рот, его губы целовали плечо и шею, его пах плавно вжимался в мои ягодицы, каменная плоть погружалась в меня, наполняла до предела.
Он сам постанывал на низких вибрациях голоса. Его ладонь ловила мои стоны, переходящие в крики. Мощные бедра работали все быстрее, крепко вгоняли в меня член. Пламенные волны хлынули по моему телу. Полный экстаз. В его сильных руках, телом к телу, купаясь в его запахе, сгорая от его жара, растекаясь от его поцелуев на коже.
— Иди сюда… — Адам повернул мое лицо к себе и впился в мои губы. Его рука скользнула по моему животу в самый низ, к чувствительному набухшему бугорку. Но сразу к нему он не коснулся, дразнил ласковыми кругами возле него, пока член, не останавливаясь, двигался во мне.
Я накрыла его руку, чтобы подвинуть пальцы наконец туда, куда нужно, и почувствовала его улыбку в поцелуе. Он убрал мою руку на подушку и сам дал мне то, чего я так хотела.
Пальцы нежно терли клитор, я не в силах была сдержать лавину удовольствия, не в силах отвечать на поцелуй, только кричать. Адам другой рукой зажал мне рот и стал еще быстрее вбиваться в меня членом. Лавина росла, росла, пока в один момент внизу живота не взорвалась мощная пульсация.
Меня затрясло в райских, чудесных судорогах. Крепкие руки сильнее сжали меня. Адам ускорился и через несколько секунд разрядился следом за мной, простонав в мои волосы. По коже разбежались мурашки. Это было потрясающе… Так, что хотелось срочно еще.
Я повернула к нему лицо, погладила кончиками пальцев его щетину, встречаясь взглядом с черными глазами — слегка прикрытыми, подернутыми страстной поволокой.
Хотелось сказать кое-что приятное, ласковое. Потому что грудь распирало от нежности. И я обязательно скажу, когда точно приму решение, хочу ли быть с ним не только сегодня, но и всегда.
  
Глава 21
 
Ближе к вечеру мы наконец вспомнили про фрукты и ягоды и лакомились ими в постели, обмениваясь поцелуями. Я чувствовала себя счастливой. Давно так не было…
…с лета в Нидерландах. Тогда случались дни, когда я летала на крыльях счастья. Не будь мне с Адамом так хорошо, я бы не встречалась с ним, несмотря на все минусы.
В итоге они перевесили. Но то было тогда…
Сейчас я не только чувствовала себя счастливой — я чувствовала, что счастлив он. Его глаза светились, потому что я рядом. И от этого тепло в груди росло, распространялось по телу, окутывало нежными шелками сердце.
 
В дверь постучали. Черт. Этот стук я не спутаю ни с чьим другим. Адам махнул рукой, но я приподнялась.
— Пришел мой брат, — сказала я и поджала губы. Где моя одежда?
Сбоку послышался раздраженный вздох.
— Не вставай, я сама выйду, узнаю, что ему нужно и вернусь.
— Лежи ты. Мне быстрее одеваться.
Адам вскочил с постели и вышел из комнаты, сверкая крепким круглым задом. Конечно, надел шорты — и уже одет. Но я на всякий случай быстро натянула футболку и джинсы.
Вот что ему понадобилось, а? Что такое неотложное?
Я вышла в гостиную как раз тогда, когда Адам уже открыл дверь и разговаривал с Ростиком, оставшимся за порогом.
— Как там Юна? В порядке?
— Все нормально.
В разговор я решила пока не вмешиваться и стояла там, где меня не видно.
— У меня просьба. Сможешь это ей передать и сказать ей, что я ее люблю?
Ростик положил в руку Адама бархатную коробочку. Тот сразу ее открыл, мельком осмотрел и закрыл.
— Хорошо, без проблем.
— Спасибо! А как и что с ней будет?
— Пока неизвестно. Я тебе скажу, когда решится что-то конкретное.
— Ладно… На ужине будешь?
— Не факт. Возможно, как раз буду ее допрашивать.
— Ага… Ну пока тогда…
Адам захлопнул дверь, и я тут же подлетела к нему.
— Что он принес?
— Кольцо.
— Дай посмотреть.
Я открыла коробочку и с бархатной подушечки сверкнуло золотое кольцо с камнем. У меня глаза чуть не выкатились из орбит. Где он взял на него деньги?! Это явно не дешевка, не бижутерия. Настоящее золото, и камень не похож на обычное стеклышко.
Во что мой брат опять вляпался? Деньги у кого-то украл? У меня засосало под ложечкой. Снова придется вытаскивать его из какой-то передряги?
Тем временем Адам взял свой мобильный, и его брови нахмурились.
— Слушай, малышка, я не хочу тебя отпускать, но…
Я понимала, что у хозяина лайнера, по совместительству контрабандиста и еще кого-то, есть дела. Например, допросить наконец Юну, которая сидит взаперти.
А мне срочно позарез нужно устроить допрос с пристрастием брату!
Адам привлек меня к себе и подарил сладкий, пьянящий поцелуй.
— Придешь завтра? — заглянул он мне в глаза.
— Конечно. Сходим куда-то? — улыбнулась я, поглаживая его плечи.
— Да! С удовольствием…
Полчаса мы не могли друг от друга оторваться. И я в конце концов предложила, чтобы он провел меня до моей каюты. Я мучилась от страха столкнуться с Назаром. Да, рано или поздно он ко мне подойдет. Нет смысла прятаться от неизбежного.
Но, может, не сегодня? Мне хотелось, чтобы ничего не испортило наш день, проведенный вместе.
В каюте брат лежал лицом к стене. В темноте. Светился только экран смартфона, в котором он что-то бесцельно листал. Горечь подкатила к горлу. Бедняга… Мне до боли его жаль.
Он не поднял голову, когда я вошла и включила свет.
— Ростик?
— Что? — буркнул он. Я присела возле него на кровати. Что сказать, чтобы облегчить его страдания? Я могла предположить, что сказала бы подруге. Но Ростик — молодой мужчина. Ему, наверно, нужно говорить что-то другое…
— У Адама нет цели посадить Юну за решетку или тому подобное… Он будет пытаться договориться.
В ответ тишина. Брат продолжал водить пальцем по экрану, листая ленту в соцсети, не останавливаясь ни на чем. Просто убивал время.
— Ростик… Поговори со мной. Тебе станет легче.
— Та что тут говорить?! — огрызнулся он, но заблокировал мобильник и стрельнул в меня сердитым, печальным взглядом. Так... как бы аккуратно подойти к теме о кольце?
— Насколько все у вас серьезно было?
Брат принял сидячее положение, сцепил пальцы в замок и опустил глаза.
— Я предлагал ей переехать в Россию и жить вместе. Она согласилась.
— Она лгала…
— Она, наверно, подумала, что я трепло. Но я настроен серьезно. Ты же видела кольцо.