Моя капризная леди (СИ)
— Теперь понимаю, почему у вас в семье никто не умеет себя вести согласно правилам этикета, — процедила сквозь зубы, открыв сумку, дабы достать все необходимое. — Кстати, твои навыки соблазнителя по-прежнему далеки от совершенства. Почитай романы, глядишь, научишься дамам угождать.
При упоминании любовной литературы МакГиннес сморщил нос и скривился.
— Боги, я еще не сошел с ума, чтобы читать дамские фантазии в бумаге. Они абсолютно далеки от реальности. Там мужчины похожи на безмозглых дамочек с мечом и в штанах.
Мне стало чуточку обидно за любимые рассказы о бравых пиратах и могущественных рыцарях. Я слишком сильно дернула повязку, из-за чего Терлак негромко зашипел от боли. Правда, мой взгляд все равно возвращался к груди, покрытой многочисленными шрамами, и игре мышц в неярком свете магических ламп. Руки слегка задрожали, пришлось несколько раз призвать себя к спокойствию.
— Вот и неправда. Просто многие джентльмены разучились благородству, — пафосно заявила я, внимательно осматривая рану.
Выглядела та хорошо. Пахучая мазь Зидана почти впиталась, благодаря чему кровь остановилась и осталась только запекшаяся корочка. Мысленно сделала пометку выведать рецепт, радуясь, что некромант отдал немного перед отъездом. Я проверила швы, но они не вызвали сомнений в профессионализме и лекарских способностях того, кто их накладывал.
Оставалось промыть рану еще раз, аккуратно наложить слой мази, после чего перебинтовать заново. Чем я и занялась. Чистым куском льна смыла кровь, затем достала тяжелую баночку из темного стекла и вынула пробку. Аромат морошки и каких-то трав ударил в нос, а пальцы погрузились в густую жижу, чтобы следом растереть ту вокруг аккуратных швов. Пока проводила процедуру, невольно скользнула взглядом туда, где находился укус. Однако ничего, кроме небольшой красной точки, видно не было.
Может, обойдется?
— Вы, женщины, сами не знаете, чего хотите, — вздохнул МакГиннес. Мои глаза метнули в него парочку молний.
— Ложь, — цыкнула я, убирая мазь и разматывая ткань. — Мы реально смотрим на такие вещи, как брак. Только это не мешает нам мечтать о принцах.
— И даже сейчас? — вдруг спросил он.
Я удивленно застыла, успев наложить два слоя повязки. Наши взгляды встретились, и язык прилип к небу из-за сухости.
— Что именно? — хрипло выдавила, поспешно закончив начатое дело.
— Ты по-прежнему мечтаешь о принце?
Вопрос повис в воздухе, и я открыла рот для ответа, но в последний момент остановилась. Никак не получалось сформулировать предложение. Слова просто разбегались в голове, ведь в подсознании глупая Мали еще вспоминала пронзительный взгляд совсем другого мужчины. Не того, кто напряженно ждал ответа.
Боги, существовала ли в мире хоть одна женщина, способная противостоять обаянию короля Данмара?
Я ощутила привычную горечь. Ответ на столь бессмысленный вопрос был известен каждому, кто хоть раз замечал, куда смотрит Абель Трастамара. Кого ищет в толпе многочисленных придворных и почему так отчаянно пытается установить хрупкий мир между тремя странами — вместо того, чтобы просто подавить регулярные восстания силой. Женщина, к ногам которой его величество готов положить корону и страну, никогда не ответит взаимностью. Он это знал. Потому-то сердце короля никого не могло полюбить в ответ, ибо не принадлежало даже своему хозяину. Вот почему я сбежала и оставила позади прошлое.
Но впереди терпеливо ждало будущее. У него серые глаза, а в них — теплая улыбка. Она обещала куда больше, чем я могла получить, оставаясь в королевском дворце Ландора. Здесь, среди высоких холмов, глубоких озер и туманных долин, у меня наконец-то появился шанс стать счастливой.
— Разве принцем не может быть тот, кто находится рядом? — хрипло ответила я. Ресницы Терлака дрогнули, отбрасывая тени и скрывая собой промелькнувшие эмоции в глазах.
Кто из нас первым поддался вперед, я уже не помнила. В тот момент, когда требовательные губы встретились с моими, из головы вообще вылетели все посторонние мысли. Ладони скользнули по плечам на шею, а пальцы МакГиннеса сжали талию, притягивая меня ближе к горячей груди.
В этот раз поцелуй по ощущениям показался мне другим. Немного болезненным, чуточку жестоким и невероятно сладким. Словно тягучая карамель разлилась на языке. Я ерошила золотисто-рыжие волосы на затылке. Такие мягкие в сравнении со всеми остальными частями тела МакГиннеса. Он начал подниматься и непроизвольно потянулась за ним, не желая разрывать нашу связь. Прижалась еще теснее, позволила жадным рукам бесстыдно скользнуть по спине, расправиться с ремнями на куртке и ни разу не вспомнила о приличиях.
Да к дрыгловым соплежукам светские манеры. Общество давным-давно перестало считать меня леди. Даффи прав, никому в замке не было дела до моих умений держать вилку и красиво разговаривать.
Свет в лампах дрогнул от осторожного шороха теплого ветерка, совсем неожиданного для такой прохладной ночи. Куртка упала с шелестом на пол, а под тканью рубашки от прикосновений жестких пальцы пробежали мурашки. Внезапно я ощутила, как под моими ладонями ожила чужая магия. Она серебристым вьюнком обвила запястья, проникая в вены. Из-за этого показалось, будто воздух в комнате стал плотным, почти осязаемым.
Ветер. Он действительно принадлежал мне. Всегда был моим. С момента, как наши взгляды впервые пересеклись на крыльце.
Нет, это — пока не любовь. Но нечто такое, что нельзя проигнорировать, отбросить в сторону и забыть.
Терлаку понадобилась вся сила воли, чтобы разомкнуть наши губы у кровати. И то несколько раз провел ими от кончика носа до рта, вновь возвращаясь за коротким поцелуем. Сильная хватка сжала затылок, предварительно распустив тугую косу, позволяя волосам свободно рассыпаться по плечам.
— Давай не будем ждать месяц, — выдохнул он.
— Платье же, гости, — промурлыкала я и вжала ногти в гладкую кожу. — Итак, все наперекосяк из-за чьей-то гордости.
— Я могу прямо сейчас потащить тебя в храм, — пригрозил Терлак. — Закину на плечо и спрашивать не буду. Разрешение-то есть.
— Варвар, — притворно возмутилась в ответ, ударяя кулачком. Однако в душе не особо воспротивилась подобному исходу. — Но все-таки хочется видеть на свадьбе хотя бы отца. Или сестру с племянником.
— И даже Эрика? — весело поддел меня МакГиннес, и я застонала, пряча лицо в ладонях.
— Ни за что! Потом его дурацких шуток не избежать.
Терлак потер подбородок и отступил, поднимая с пола брошенную рубашку, дабы натянуть осторожно. Затем схватил свою куртку и сделал еще два шага назад.
— Мне надо уйти, иначе я просто отсюда не выйду, — пробормотал он, но без особой уверенности. — Завтра тяжелый день, — повторил в очередной раз.
— Убирайтесь, лэрд, или буду кричать, — я отняла руки от лица и прислонилась к столбику кровати. — На нас смотрит ваша мама.
Я указала на портрет леди Розалинды, и МакГиннес хмыкнул.
— Вот уж кто точно осуждать не стал бы, — промурлыкал он, отступив спиной к двери, нащупывая ручку, которая поддалась с щелчком. — Помните, леди, вы всегда можете попросить меня вновь снять рубашку.
— Кыш отсюда! — рыкнула я, схватив с кровати декоративную подушку, замахнувшись для броска под хохот лэрда.
— Утром поговорим! — крикнул МакГиннес напоследок, исчезая во мраке коридора. Негромко закрылась дверь, и я осталась одна в спальне.
Прикусив припухшую губу, упала на шёлковое покрывало и провела по нему ладонями. Гладкость ткани вызвала не меньший восторг, чем прикосновение к телу Терлака. Я непроизвольно отдалась приятным воспоминаниям. Лишь когда липкая прохлада скользнула вдоль щеки, пришлось вернуться из страны грез. На ночь стоило закрыть ставни. Без МакГиннеса с его теплым ветерком в комнате постепенно снизилась температура, хотя камин исправно согревал помещение.
Стоило открыть глаза, все тело охватил ледяной ужас. Меня пригвоздило к месту, когда я встретилась с безжизненным взглядом банши. Она нависла прямо надо мной, пока ветер трепал ее белые волосы вместе с полупрозрачной тканью длинного одеяния. В возникшей тишине комнаты чужой голос прошептал: