Моя капризная леди (СИ)
— Которое без дракончика? — уточнила я.
— Без, — вздохнули близняшки. — Старое довольно дорогое, тетка Юна запретила покупать, — добавила Эйла мрачно.
— А у меня с дракончиком, — похвасталась я и уточнила: — Там еще обложка из настоящей чешуи дракона. Правда, сама книга дома. В графстве.
Оказывается, заинтересовать детей проще простого. Стоило лишь намекнуть на объект их любопытства и поддразнить возможностью это получить. Потому пока девочки тяжело вздыхали, я быстро сориентировалась, мысленно скрещивая пальцы.
— Могу попросить отца прислать ее или сестру купить редкий экземпляр.
Не Далия, так Эрик достанет. Второй принц Данмара постоянно бродил по всяким блошиным лавкам и имел связи на черном рынке, где доставал редкие артефакты для своих экспериментов. Уж прикупить один экземпляр книги вполне способен. Тем более, если попросит моя кузина. Муж ей ни в чем не отказывал, даже соглашался терпеть меня в своем доме на постоянной основе. Прямо об этом не говорилось, но сестра часто намекала в своих письмах.
Другое дело, что навязываться мне совсем не хотелось.
— О, спасибо! — зажглись огоньки в глазах близняшек. Эйла отвернулась, сильно прикусывая губу. Видимо, где-то внутри нее сейчас шла борьба: уступить ненавистной данмарке или нет.
— Но при одном условии, — сразу же обозначила я границы.
— Так и знала, что обманет, — буркнула сестра Терлака.
— Вы расскажете, где достали яйцо, — повторила свой вопрос, игнорируя возмущения Эйлы, и уставилась в глаза близняшкам. На них надавить оказалось проще. Если я хотела найти путь в эту семью, стоило начать с младшего поколения.
В конце концов, не Юну же мне очаровывать. Старая грымза меня явно ненавидела и с удовольствием прокляла бы смертельным заклятием.
Джини и Маргарет переглянулись, затем повернули головы к Эйле и выжидающе уставились на нее. Видимо, все зависело от решения старшей из этой компании хулиганок. Она поначалу сопротивлялась, а после закатила глаза.
— Ладно, — буркнула сестра Терлака и поднялась, оттряхнув штаны от песка. Я дождалась, пока она подойдет ближе.
А Эйла протянула мне руку, выставив вперед мизинец с таким видом, будто делала одолжение.
— И что? — озадачилась я, наклоняя голову набок.
— Клятва, — фыркнула сестра Терлака независимо. — Обещай своими бренными костями, что никогда не раскроешь тайну о драконе. На мизинчиках.
Едва сдерживая смех, я согнула мизинец правой руки и сплела пальцы. Эйла кивнула близняшкам, чтобы Джини подошла. Маленькая ладошка легла поверх наших рук, после чего последовала пафосная речь:
— Великая клятва нерушима! Тот, кто предаст, будет жестоко наказан дрыгловыми фейри и унесен в страну вечных кошмаров.
Боги, такой ерундой нас нянечка в детстве пугала за вранье.
— Клянусь никогда не предавать тайну о драконе огласке, — сдержанно сказала я, дождавшись кивка главной зачинщицы преступления.
О том, как мне теперь донести все эти новости Терлаку, старалась просто не думать. Вдруг оно само разрешится.
— Итак? — нетерпеливо дошла до знакомого камня и уселась на него, поправив юбки. — Рассказывайте.
Троица переглянулась, устроились на траве, и слово вновь взяла Эйла:
— Мы стащили его у контрабандистов, когда гуляли по старым подвалам темницы замка. Дрыгловы шмыги, стоило все же позвать Терлака.
[1] Здесь идет отсылка к средневековой германской поэме «Песнь о Нибелунгах» написанной неизвестным автором в конце XII — начале XIII века. Принадлежит к числу наиболее известных эпических произведений человечества. В ней рассказывается о взаимоотношениях германских племён V века и о попытке германцев установить родственные связи с укрепившимися в то время в Восточной Европе и угрожавшими берегам Рейна гуннами. Сюжет поэмы основан на женитьбе
легендарного франкского героя-
«драконоборца» Зигфрида на бургундской принцессе Кримхильде, его смерти из-за конфликта Кримхильды с Брунгильдой — женой её брата Гунтера. Затем о мести Кримхильды при помощи правителя гуннов Этцеля своим соплеменникам бургундам за убийство своего любимого первого мужа Зигфрида. Катализатором всех событий является таинственная третья сила в лице вездесущего и всезнающего злодея Хагена.
Герой поэмы, Зигфрид, убил страшного дракона Фафнира и выкупался в его крови, отчего кожа его стала неуязвима, как рог.
Глава 22
Терлак МакГиннес
Я устало разглядывал прогнившее деревянное перекрытие крыши жилого донжона. В местах, где протекала кровля, нашлись повреждения черепичных плиток. Сквозь дыры виднелось хмурое небо над Аркантом, а несколько птиц свили гнезда прямо на брусьях вдоль всей стропильной системы. Из-за этого каменный пол чердачного помещения покрывал помет, перья и слой грязи, которая хлюпала под ногами после очередного дождя.
Отлично. Замок выдержал войны, смену владельцев, взрыв в тысяча шестьсот двенадцатом году при осаде карлистов — приверженцев свергнутого короля Карла Второго в результате революции [1]. Однако не сумел выстоять перед безжалостностью стихий и человеческой глупостью.
Разглядывая куски черепицы на полу, я тяжело вздохнул и мысленно проклял еще раз бестолковых братьев, вздумавших играть с магией на территории замка.
Малолетние остроголовые шмыги.
— Ну-у, все не так плохо, — с умным видом заявил Вестон, стоя подле меня. Для наглядности он беззаботно пнул какой-то мусор и улыбнулся.
— Серьезно? — я наклонил голову набок и показал на самую крупную дыру в крыше. — Это, по-твоему, «не все так плохо»? У нас в замке водопад образуется при каждом ливне, а ты считаешь подобное ерундой!
Брат пожал плечами, затем фыркнул и одернул камзол.
— Нанять хозяйственника. В чем проблема?
— В магах, — процедил я, обходя помещение по периметру. — Стоимость работы будет такой, что мы не только Гранту не выплатим кредит. Еще придется со всем фамильным добром расстаться. Да и найди еще хорошего специалиста, чтобы окончательно все не разрушил.
Мне хотелось взвыть от ужаса и паники. Пересчитывая вчера доходы и расходы, мысленно прыгнул на спину дракона, взял Амалию и улетел обратно в Данмар. Служить в королевской армии, жить у отца своей невесты — да что угодно!
Последний урожай хлопка принес нам достаточный доход для закупки зерна в Эдборге, но не сумел покрыть издержки после эпидемии лихорадки. По словам Пола, три главные деревни пострадали сильнее всего: кто-то не смог пережить голод, другие умерли от болезни. Почти вдвое сократилось количество потенциальной рабочей силы. Лишь небольшое поселение гномов в холмах, благодаря своей изолированности, сумело продержаться эти три года почти без последствий.
Молодые мужчины уезжали в Эдборг за лучшей жизнью, поля зарастали — их просто некому стало возделывать. Два маленьких села опустели, небольшой город Градар — вымер. Распоясалась нечисть, волшебные народцы начали занимать освободившиеся территории.
Попробуй теперь выгони хитроумных лесных троллей. У них же принцип: не используется, значит, мое.
К тому же чилли-ду [2] разбушевались совершенно. Многочисленные жалобы от жителей близлежащих деревень и арендаторов лежали огромной стопкой на столе в кабинете. Охотники уходили на добычу пропитания теперь целыми группами, и дай боги, чтобы вернулась хотя бы половина.
— Буачайлей завелись еще, — пробормотал я, вспоминая маленьких зеленых человечков в поле. — Боги, откуда у нас столько нелюдей?
— Расширение городов гонит их в более труднодоступные места. Они же не хотят жить с людьми, — пожал плечами Вестон. — Слушай, может половину скота продать? Наши волосатые коровы самые лучшие в округе, немного накрутим процент и все.
— Угу, а кормить людей зимой чем? — мрачно изрек я, отметая еще один вариант.
Нет, такое решение тоже рассматривалось нами с Полом. Но выгода не стоила выеденного яйца, а козы и овцы с коровами приносили мясо, молоко, шерсть. С курами дела обстояли хуже — птичья чумка выкосила большую часть наших пернатых. Да и не только у нас. По всей Шангрии взлетели цены на цыплят, яйца и мясо этой птицы.