Проклятый маг

— Я хочу увидеть твой дом, можно? — выдохнул юноша через пару минут, разрывая поцелуй.
— Конечно.
— Завтра!
— Эм… Ну ладно. Надо будет нанять повозку.
— Можно попросить старшего конюха, он выделит слугу и карету. И я хочу остаться там на ночь. Мне безумно надоела моя комната.
— Никакого секса.
Ники смешно надулся, а потом проворчал:
— Да, да, пока не поправлюсь… но целоваться-то можно?
— Можно, и не только, — Эри усмехнулся, прижимаясь лбом к вспотевшему виску. — Надо будет по пути заехать на рынок, в доме полгода никого не было, и максимум, что там осталось, какая-нибудь крупа и соленья.
— Я съем всё, что ты мне приготовишь, — Ники обвил его шею и теперь сам потянулся за поцелуем.
Глава 24. Мой котёнок
Пока Эри ходил на рынок, Ники остался ждать в карете. Ему было тяжело, каждый шаг давался с трудом, он будто заново учился ходить, и рынок точно не подходил для этих целей. Во-первых, Эри пришлось бы постоянно его придерживать, и поход растянулся бы надолго, а во-вторых, любой случайный прохожий мог ненароком задеть его, и Ники не удержался бы на ногах. Когда заклинатель вернулся со свёртками продуктов, карета тронулась дальше.
Ещё минут через пятнадцать они остановились перед небольшим двухэтажным домиком, от которого до городской стены было рукой подать: и правда, на самой окраине. В большинстве городов на таких вот окраинах жили самые бедные, и подобные кварталы были не в чести. Вот только Ларвия отличалась от любого другого города мира, здесь не было ни неблагополучных районов, ни нищих, ни грязных улиц, ни ветхих домов и даже преступности. Это город магов — собственная крошечная страна, и они поддерживали здесь идеальный порядок.
Вот и домик Эри, несмотря на то что маленький, и жил заклинатель тут не часто, выглядел ухоженным. Деревянный, сложенный из струганных брёвен, со светло-зелёной крышей и небольшой уютной верандой — очень симпатичное место. Сада здесь, конечно, не имелось, но кто-то заботливо высадил перед домом низенькие кусты, которые летом наверняка украшали это место, а сейчас блестели голыми, мокрыми ветками.
Эри открыл дверь кареты, вышел сам, а потом подхватил на руки Ники и занёс на веранду. Посадив юношу на широкую скамью, он достал из внутреннего кармана  затейливый ключ, воткнул его в замочную скважину и попытался повернуть, но замок не поддался.
— Заело или ключ не тот? — меланхолично поинтересовался Ники, вытягивая ноги. Ехать обратно в замок совсем не хотелось. Можно, конечно, и сломать…
— Тот, вот только дверь закрыта изнутри, — Эри убрал ключ и громко постучал.
К удивлению Ники, через несколько минут открыла им Диа. Эри не говорил, что некромантка живёт здесь, он вообще не говорил, что они настолько хорошо знакомы. И зачем бы ей жить здесь, когда она потомственный маг, и особняк её семьи находится в центре города, неподалёку от академии?
— Привет, — поздоровался Эри с девушкой. — Я не знал, что Кат в городе.
— Похоже, он тоже понятия не имеет, что ты в Ларвии, — Диа перевела взгляд на Ники, нахмурилась, а потом отстранила заклинателя с прохода и вышла на веранду. — Ники, что с тобой? Ты ужасно исхудал и такой бледный…
— Это из-за моего проклятья, но мне уже лучше, — ответил юноша.
Диа с сомнением бросила взгляд на Эри, явно не решаясь говорить при нём.
— О, я уже знаю, кто он, — проворчал заклинатель, приблизился и снова взял Ники на руки, чтобы занести в дом. — Но ты, Диа, могла бы и сказать, мы ведь с тобой столько лет знакомы.
— Это я просил её не рассказывать, — виновато сказал Ники, прижимаясь щекой к его груди.
— Да не важно, это уже в прошлом, — Эри усадил юношу на диванчик в маленькой гостиной. — Пойду, поболтаю с Катом, он ведь наверху?
Диа кивнула и устроилась рядом с Ники, а заклинатель скрылся на лестнице.
— Вы с Катом друзья? — неуверенно спросил юноша.
Диа явно чувствовала себя здесь как дома и провела не пару минут: не по погоде лёгкое платье, мягкие домашние тапочки и влажные растрёпанные волосы.
 
— Ну-у-у… Скорее любовники. Встречаемся три-четыре раза в год на пару недель. — Диа внимательно его осмотрела, а потом взяла в руки ладонь и озабоченно спросила: — Как ты? Ты стал таким тонким и хрупким. Что делает это ваше семейное проклятье?
— Мне правда уже намного лучше, ещё неделю назад я не мог подняться с постели.
— Насколько лучше? Ты не умрёшь? Я знала твоего брата Ливета, но понятия не имею, как он умер.
— А ведь точно, вы с ним примерно одного возраста, и должны были учиться в академии в одно время.
— Я на два года младше.
— Какой он был? Я старался не спрашивать отца, ему больно вспоминать о погибших сыновьях.
— Какой? — Диа задумчиво повернула голову, и на её лице промелькнула тень печали. — Весёлый, жизнерадостный, вокруг него вечно вертелась куча друзей и девчонок. Он весьма хорошо владел магией, но лучше всего зачарованным мечом. Высокий, сильный, на тренировках он будто танцевал с ним, а не махал впустую, как большинство учеников.
Диа говорила что-то ещё, но Ники уже не слушал, он смотрел на лицо девушки — то ли мечтательное, то ли восторженное. Догадка сама пришла в голову, и он, не задумываясь, спросил:
— Вы встречались?
— Ну, знаешь, мне было шестнадцать, это сложно назвать «встречались». Он нравился мне, и, кажется, я ему тоже. Сначала ходили вместе, держась за ручки, потом целовались по углам, как и все подростки, а потом он закончил академию и уехал практиковаться с наставником, а через полгода я узнала, что он умер от проклятья. Оказывается, он был так близко, в замке, со своими родителями, а я понятия не имела. Училась и дурачилась с подружками и приятелями, пока он умирал. Если бы знала, могла бы хоть навещать.
Девушка замолчала, откинулась на спинку дивана и задумалась о чём-то своём. Ники тоже думал. Думал о том, что никогда не скажет правду ни ей, ни отцу. Не скажет, что это она активировала проклятье Ливета, что будь они вместе, его брат наверняка сейчас был бы жив, и Ники знал бы его не только по рассказам других людей. Если бы в то время Сонен и Марн могли знать об этом…
Отец говорил, что Ливет умирал долго, протянув почти пять месяцев, в то время как Гвей угас за два, и теперь Ники, кажется, понял причину. После того как парень уехал с наставником, начал слабеть, а потом был вынужден вернуться в Ларвию, Диа и Ливет находились в одном городе: девушка в академии, молодой человек в замке. Так близко, что их разделяло расстояние в каких-то полчаса ходьбы, но они ни разу не увиделись, и проклятье медленно убивало Ливета, день за днём.
Ники вздрогнул и посмотрел на лестницу, ведущую наверх, куда ушёл Эри. Он знал, что заклинатель не оставит его, что ему такая смерть больше не грозит, но в сердце всё ещё так часто закрадывалось сомнение. Вдруг Эри с ним не по любви? Что если он решил остаться только из-за проклятья? Каждый раз, когда Эри обнимал его или целовал, Ники льнул, но внутри что-то сжималось от страха, что это не настоящее, больше не настоящее…
***
Сонен вошёл в большой тренировочный зал, и его взгляд тут же отыскал Ники, который расположился в углу и отрабатывал удары со своими стихийными кинжалами на деревянных манекенах. Эри сидел неподалёку, закопавшись в каких-то клочках бумаги.  С тех пор как заклинатель приехал в замок, прошло больше трёх недель, и за это время Ники почти восстановился, хотя он всё ещё оставался излишне худоват и временами быстро уставал, особенно после физических нагрузок. Но его сын всегда был упрям, вот и сейчас он отозвал магические кинжалы и пустился в бег, разрабатывая ноги.
Юноша пробежал мимо Сонена и с улыбкой помахал ему рукой. Верховный тоже улыбнулся, а потом быстро, чтобы не мешаться, прошмыгнул туда, где сидел Эри.
— Что делаешь? — спросил он, подсаживаясь рядом.
— А, Сонен, я вас не заметил, — заклинатель оторвался от своего занятия, и рассеянно посмотрел на него. — Я тут немного экспериментирую. Решил попробовать зачаровать и вплести в бумагу магию огня. Таскать с собой по дорогам маленькие листочки куда легче, чем камешки и стекляшки.