Месть по наследству (СИ)

Дар вспомнил всё, что рассказывал отец и помрачнел. Выдержать столько, сбежать, а потом окрепнуть, стать настоящим воином, и вернуть своё. Ему стало обидно, что его не было рядом с отцом, когда тот сражался за их родовой замок.
Дар уехал в столицу на службу молодому императору, добывать себе имя и земли. И добыл ведь. Но последнее событие, в котором и вины-то его не было, разом уничтожило результаты всех многолетних трудов, и лишило его возможности показать отцу, что не зря он отправился в дальние земли.
И тем более никто не мог предсказать, что в приютившем их графстве Горис произойдут такие перемены. Сначала умер брат деда, Диниш, принявший своего племянника из замка Шагрен, и вырастивший вместе со своими сыновьями, а после погиб дядя Агвид.
Для отца стало невозможным оставаться приживалой у родни. И, если бы не бунт гарнизона преданного Агвиду, то и идти ему было бы некуда.
– Идемте, ваше сиятельство, – ворвался в его мысли голос Шерга, – оставьте лошадей, о них позаботятся. Рамир, ты с нами?
Рам промычал в ответ нечто нечленораздельное. Дар понял:
– Алиас, пусть его проводят туда, где мы будем жить. Я его за ужином семье представлю, если они его не помнят, конечно.
Шерг неожиданно расхохотался. А Рам буркнул:
– Я буду только рад, если меня забыли.
Глава 8. Ворожея Марга
Лес требует тишины и внимательности.
Немного придя в себя, Яра придержала Лею и поехала спокойнее.
Казалось бы, чего ей опасаться, рядом чуткий Арго. Лесные разбойники – это благоговеющие перед низвергнутой графиней её собственные подданные.
Но так уж она привыкла жить в первые годы, после того как покинула замок. И позже свои привычки менять не стала. Помнила поговорку, что осторожному Асида помогает. Не любит богиня излишней лихости.
Не раз острый слух Яры помогал ей избегать нежелательных встреч с местным населением.
А тем более её не должны были видеть в компании Арго. Об огромном черном чудовище рассказывали страшные истории, и никто не связывал их с хрупкой дочерью лесной ворожеи.
Люди боятся неизвестного, но страх должен быть в меру. Вокруг деревни пусть ходят, а в самую глубину леса, где стоит хижина Марги и Яры без необходимости не стоит соваться.
Ещё ни с кем ничего плохого не случалось, но упорные слухи, что ворожея помогает только тем, у кого беда не надуманная, ходили.
И о том, что может рассердиться, если придет к ней бездельник с чепухой какой-нибудь, тоже говорили. А в этом случае может и в зверя обратить.
Был давний сказ о пьющем крестьянине из дальнего села, что заблудился он в лесу после сильных возлияний и пришел на поляну ворожеи. Что там случилось, толком не знали, но крестьянин исчез. Кто-то говорил, что она его в пень обратила, другие, что чудище чёрное именно тогда появилось, а третьи, что приткнулся он к одному из караванов и ушёл в северные земли. Никто ничего не знал доподлинно.
Это и была необходимая мера страха. Сильно напуганные люди нередко собираются толпой и идут громить то, что их пугает. А опасающиеся неизвестно чего, тихо шепчутся по углам, сказки рассказывают, да лишний раз под ногами не путаются.
Издалека донесся знакомый звук – кололи дрова. Наверное, кто-то из крестьян, пришедших за лекарством. Марга брала деньги с тех, кто мог заплатить. А беднота часто с удовольствием расплачивалась со знахаркой своим трудом, либо принося ей что-нибудь из полезного в хозяйстве имущества.
Удивляло только то, что день близился к концу. Успеет ли человек вернуться в свое селение до полной темноты. Простые люди боятся леса, даже егеря, особенно с тех пор, как в нем поселилось чудовище. Яра оглянулась, пёс трусил чуть позади.
– Арго, схрон, – на всякий случай скомандовала Яра.
Пёс издал недовольное ворчание.
– Не переживай, малыш, я только проверю, кто там. Если чужие, принесу тебе поесть.
Она всегда разговаривала с Арго как с человеком, не сомневаясь, что он понимает не только команды, но и абсолютно всю человеческую речь. Наверное, так оно и было. Потому что после этих слов Арго безропотно скрылся в зарослях. А Яра уже не таясь поехала к дому.
 
Но она ошиблась, ожидая увидеть на поляне машущего топором мужика.
Спиной к ней стояла Марга. В своей привычной светло-зеленой тунике с широким коричневым поясом. Светлые волосы по-девичьи заплетены в толстую косу. Если бы не серебро седых прядей, саму Маргу со спины можно было принять за юную девушку, так плавно и споро она двигалась.
На поясе ножны, в данный момент пустые. Кинжал Марга держала в руке. Коснется слегка острием очередного полешка, и оно раскалывается с громким звуком, как будто под ударом топора.
Яра спешилась, забросила повод на шею лошади и подошла к ворожее. Марга не поворачиваясь сказала:
– Долго же тебя не было.
– Прости, я… – Яра смутилась, не зная, что сказать.
Марга уже повернулась, и Яра сразу же поняла, что она ни капельки не сердится. Морщинки разбежались вокруг улыбающихся глаз. Яра подошла и обняла Маргу. Ворожея была на голову ее ниже. Шесть лет назад, когда судьба свела их, всё было наоборот, Марга смотрела на Яру сверху вниз. А теперь девушка в приливе нежности могла поцеловать свою лесную маму в макушку.
– Всего три дня. Тебе было очень тяжело?
– Да нет, я просто соскучилась. Привыкла к тебе. Я последние двести лет одна прожила, никто не нужен был рядом. А теперь не представляю, как дальше одной.
У Яры даже сердце защемило от этого признания. Никогда еще Марга не говорила о будущем в печальном тоне.
– Почему одной? Я ведь с тобой и никуда не собираюсь.
– Эх, девочка моя, – Марга втянула носом воздух, – Думаешь, я не чувствую, как ты изменилась за этивсеготри дня.
– Ты о чем?
Но Марга просто тихо засмеялась.
– Ты выросла. Пришло твоё время.
Яра понимала и не хотела понимать, что имеет в виду ворожея. В груди её что-то сладко и томительно сжалось. Яра почувствовала, как кровь прилила к щекам, и прижалась лицом к пахнущим травами волосам Марги, чтобы скрыть это. Но вечно стоять в обнимку не будешь, и она, отпустив ворожею, перевела разговор на другое:
​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​– Меня всегда удивляло, зачем ты заставляешь крестьян колоть дрова, если для тебя это так просто.
Марга хмыкнула, давая понять, что видит ухищрение Яры, но ответила серьёзно.
– Ну не так и просто, немного магии расходуется. Но главное, люди не ценят то, что им достается бесплатно. Они должны чем-нибудь платить, иначе самое хорошее лекарство не поможет.
Марга подошла к лошади, ласково потрепала ее по холке. Хлопнула маленькой ладошкой по небольшому арчемаку.
– Что-то вкусненькое?
– Была у Альвара. Он очень хороший человек, – споткнулась. – Большой кусок сала к покупкам добавил, как ты любишь.
Марга внимательно посмотрела ей в лицо.
– Сало, говоришь. А ну-ка пошли в дом, расскажешь, что случилось.
– Сейчас, только Лею распрягу, – снова смутилась Яра и позвала громко: – Арго!
Из зарослей почти сразу же высунулась чёрная лохматая морда. Пёс подбежал к ворожее, получил свою порцию ласки, и они скрылись в доме.
Яра осталась, чтобы позаботиться о лошади. Распрягла Лею и отвела за дом, где на лужайке с высокой сочной травой уже паслась вороная кобылка ворожеи Эрла. Яра делала всё не спеша, оттягивая момент разговора. Но сколько ни думала, что говорить Марге, а о чём лучше промолчать, так ничего и не придумала. И прихватив несколько полешек, Яра пошла в дом.
Внутри было прохладно, и не потому, что солнце перестало палить.
Дом был не совсем обычным. Выросшие из земли плоские каменные плиты образовывали правильный пятиугольник. В одной из стен арка дверного проема.
Кто мог вырезать в твердом камне это отверстие, даже хозяйка не знала. Ее мать, бабушка и многочисленные пра-прабабки жили здесь из века в век. И из века в век стоял дом. Перекрытие над пятиугольником тоже было каменное.