"Фантастика 2023-121". Компиляция. Книги 1-25 (СИ)

– Вау! – восхищенно воскликнула Герда. Действительно, взмахи были практически неразличимы взглядом.
Миша обхватил голову связанными руками и обреченно завыл.
– На обмен… на обмен… на Милаева хотели поменяа-а-ать…
– Милаев? – недоуменно переспросил прапорщик. – Ничего не понимаю. Какой Милаев?
– Милаев из Москвы? Мент бывший? – вдруг заговорил Игорь. Он сидел, обессиленно привалившись к камню. Ноги у него почти до костей были стерты на лодыжках. Судя по всему, кандалами.
– Да-а-а… – с готовностью зачастил Михаил. – Его ваши повязали. А мы хотели обменять. Но на Диких островах русских в плену мастевых не было… вы же спецура-а-а, офицеры, вот братва и решила поменяться…
– Теперь немного понятно… – удовлетворенно сказал прапорщик и обессиленно сел на песок. – Перевяжи его, пожалуйста, Волоха, ему еще говорить и говорить.
– Без вопросов, Степаныч… – я содрал упаковку с пакета и кинул его Герде. – Кстати, поздравляю с офицерским званием. Кто ты теперь?
– Майор я, а Игорь подполковник… – нехотя сообщил Белотятько. – Давай за это позже поговорим, прежде надо с Мишаней пообщаться. Ты где сейчас?
– В Петерсберге живу. Ресторан у нас с женой.
– А остальные девочки?
– Вторая тоже жена… моя. А третья – наша подруга. На охоту мы сюда приехали.
– Хорошо живешь… – Андрей внимательно посмотрел на Герду. Мне даже показалось, что он не поверил. – Ладно, что дальше делать собираешься?
– Вызову патруль местный, задокументируем все, отгоним катер в Петерсберг, а вас ко мне домой или в госпиталь, это уже как доктор скажет. Хороший доктор, русский, почти русский, в общем, советский.
– Ладно… – согласно кивнул Андрей. – Давай сделаем так. Запомни четко и ясно: ты нас не знаешь. – Белотятько говорил очень серьезно. – Я по званию прапорщик, Игорек – капитан, мы оба из обычного автобата. Мишаня к местным, особенно к англичанам, попасть не должен. Его надо здесь кончать, но только после того, как мы с ним поговорим. Теперь дальше. Нас везли с Диких островов, в подарок туземному царьку, как довесок за черных рабов. Все остальное пускай будет как есть. Что да как, я тебе потом объясню. И ты мне объяснишь, что ты тут делаешь в обществе девушек, явно прошедших спецподготовку. Это возможно?
– Без вопросов. Дома поговорим без проблем. Дорогая, ты слышала?
– Конечно, и всё поняла. Только скажи мне, дорогой, это и есть твой знаменитый прапор, о котором ты мне все уши прожужжал?
– Да, дорогая.
– Очень приятно, господин майор. Я теперь вижу, что мой муж мне не врал. Вы редкий мастер. Муж вам скажет, что я знаю, о чем говорю, – Герда церемонно поклонилась Андрею.
– Я против нее вообще не боец. Она твоего уровня, Степаныч, – не преминул я похвастаться. Ну в самом же деле, не у каждого жена мастер ножевого боя. Есть чем гордиться.
– Тебе, охламон, всегда везло. Вот и с женой… – прапорщик усмехнулся и в ответ поклонился Герде. – Очень приятно, госпожа Волошина. Разрешите маленький вопрос?
– Конечно.
– Он не врет? Одна из тех девушек тоже его жена?
– Не врет. Та, что чуть повыше, его младшая жена. Я старшая. На эту неделю. А на следующую неделю Инга будет старшей, – Герда, увидев застывших в изумлении мужчин, засмеялась и добавила: – Это чистая правда. Мы его любим, а он нас. Но давайте быстрее допрашивайте и потом убивайте этого урода, а то придется здесь ночевать. Осталось всего четыре часа светового дня. А я полезу в катер, осмотрюсь там.
Допрашивали Мишаню офицеры, я только сидел рядом и иногда задавал наводящие вопросы. Речь в основном шла о Диких островах, которые, как я уже знал, не поделили американцы и Русская армия. Говорили еще и о некоем Милаеве, бандитском авторитете и одновременно полковнике полиции, поставке им на острова оружия и о других подобных делах. Оказывается, этого полковника захватила Русская армия, а без него многие прибыльные дела пошли наперекосяк. Вот братва из Новой Одессы и придумала идиотский план выменять его на русских офицеров, для чего выделила делегатов, которые подняли все связи, перешерстили Дикие острова, даже искали пленников поценнее в Имамате. Ничего подходящего не нашли, но случайно узнали про двух офицеров, которых чеченцы для вящего унижения продали в Дагомею, в рабство полудикому царьку, регулярно поставлявшему тем живой товар. Делегаты совершили беспрецедентный переход, нашли пленников и выкупили за бешеные деньги. Здесь остановились в старом укрытии контрабандистов, переждать световой день. Дальше собирались везти их через Дикие острова в Новую Одессу. Выглядело это, конечно, по-идиотски, но усилия, предпринятые Мишаней и его сотоварищами, впечатляли. Изначально бандюков было больше, но двое в процессе поисков сгинули. Воистину, чего не сделаешь ради друга? Хотя на самом деле дружба была тут ни при чем, на Милаева были завязаны крупные криминальные схемы, с которых эта бригада бандюков кормилась, его арест практически подорвал все их дела и оставил с пустыми карманами.
 
Мне из всего этого оказалось полезным только связь береговой охраны Халифатов с контрабандистами, в остальном я элементарно не владел обстановкой, и многие откровения Мишани стали для меня просто ошеломляющими. И еще я понял, что оба русских офицера занимали немалые посты в Русской армии и, скорее всего, были связаны со специальными операциями.
– Ну все, хватит, наверное. Эх, если бы этого Мишаню к нам доставить… Мы полгода отсутствовали, текущую ситуацию не знаем, да жаль, нельзя, – сказал мне Степаныч после того, как легонько ткнул бандита ножом в шейную артерию. – Всё, что он тут напел, касается дел на русских территориях, и англичанам, тем более особенно Капитулу, их знать совсем не нужно.
– Без вопросов, Степаныч. Давай вы здесь приляжете и понемножечку будете бульончик похлебывать, а я пока дам команду вызывать патрули и наведу здесь шмон. Просто лежите и отдыхайте, дома у меня поговорим. Врачей вам я прямо туда и выпишу, – я видел, что офицеры были совершенно измождены.
Мне очень хотелось поговорить, вспомнить прошлое, обсудить настоящее, я, наконец, нашел возможность оказаться полезным нашей армии, но состояние бывших пленников совсем не располагало к долгим разговорам.
– Да, вот еще… – продолжил я. – Давайте бахнем по полтинничку за встречу и освобождение, а потом отдыхайте. Для вас все плохое закончилось.
Мы выпили, я отдал команду вызывать патруль и сосредоточился на захваченном имуществе.
Катер идеально подходил для контрабандных операций. Длиной в пятнадцать метров, шириной примерно в четыре и с невысокой рубкой, почти на всю длину корпуса. На нем стоял мощный двигатель, причем, как я понял, с системой глушения выхлопа. Мог перевозиться по земле на откидываемых с бортов колесах. На носу лебедка, с помощью которой катер можно было зацепить за дерево на берегу и быстро вытащить на сушу, рядом с ней самодельный разборный станок для мощного крупнокалиберного КПВ [112] калибром 14,5 мм. Сам пулемет тоже нашелся в трюме. На корме катера стоял второй станок, уже для ПКМ, но тоже оригинальной конструкции. Также имелась небольшая жилая каюта, из которой, собственно, и осуществлялось управление судном, и довольно вместительный грузовой трюм. Рубка управления была оснащена мощной радиостанцией и компактным радаром.
Хотя катер был вполне самопальной конструкции, но в его основе все-таки стояло небольшое судно староземельного изготовления, в нынешнем своем состоянии совершенно неопознаваемое. И я уже придумал, для чего его использую. При курортном комплексе планировали организовать несколько клубов для – досуга, и эта посудина как раз идеально подходила для морских прогулок и рыбной ловли.
На самом судне, кроме надувной лодки «Зодиак», с мотором «Ямаха», КПВ и ПКМ с боеприпасами к ним, нашлись отправляющаяся прямым ходом в мою коллекцию раритетная винтовка «Ли-Энфильд» N4 Мк 1, с приделанным к ней родным оптическим прицелом, тоже очень древним, целый ящик чехословацких гранат URG-86, неизвестно как попавших в эти места, и РПГ-7В, с десятком осколочных гранат ОГ-7В и кумулятивных ПГ-7В. Ну и боеприпасов порядочно. Два цинка патронов 7,62×39 югославского производства и цинк патронов 40SW. Больше ничего ценного не обнаружилось, но катер сам по себе уже серьёзный трофей. Богатенькие попались африканцы, но скорее всего, они работали на какого-то местного царька, беззастенчиво продававшего своих подданных в рабство.