Темное сердце (ЛП)

— Я даже близко не подойду к тому месту, — она вцепилась в подлокотник кресла. — Ни для кого, и ни из-за кого.
Там с ней случилось что-то ужасное. Темнота была в комнате, плыла в воздухе.
— Хорошо, — согласился Доммиэль. — Но ты могла бы показать нам на карте.
Она покачала головой, ее серебристые волосы рассыпались на плечах.
— Это не имеет значения. Владек создал иллюзию вокруг ее логова. Его подопечные закованы в железо. И она вложила в его заклинание свои собственные заклинания крови. Единственное, что ты сделаешь, подобравшись поближе, — это поднимешь тревогу, чтобы ее люди схватили тебя. Они окружают все святилище Владека по периметру на сотню миль.
Я внезапно встала и подошла к огню, скрестив руки на груди.
— Но должен же быть какой-то способ. Мы не можем просто оставить его там. Если эта ведьма так ужасна, как ты намекаешь, то я еще более серьезно настроена вытащить Уриэля оттуда как можно скорее.
Я стиснула зубы, ругая себя за то, что думала только о себе в этом спасении. Я всегда хотела спасти Уриэля от того ада, в который он попал, но когда Обезьяна поймал меня в той битве в Лондоне вместе с Ксандером, это стало первостепенным и неотложным. Страх, который эта ведьма Лизабет внушила Наде, сказал мне, что Уриэль определенно в серьезной опасности.
— Эта ведьма убьет его? — тихо спросила я.
Надя тяжело моргнула и медленно покачала головой.
— Нет. Она обожает свои игрушки. А Уриэль — ее самое ценное украшение на данный момент. Или, по крайней мере, был, когда я сбежала.
— Когда ты сбежала? — спросил Доммиэль грубым и мрачным голосом.
Она положила свои кукольные руки на колени.
— Я сбежала три недели назад. — Она плотно подоткнула юбку под согнутые колени. — Аксель помог мне сбежать. Среди прочих. — Она уставилась на Доммиэля. — Так что, если он послал тебя, я сделаю все, что в моих силах, чтобы помочь.
— Как ты можешь это сделать, если не хочешь отвести нас туда и говоришь, что мы не можем попасть внутрь, не подняв тревогу?
Она посмотрела между нами, внимательно изучая меня от кончиков крыльев до кинжалов в ножнах.
— Может быть, есть способ получше. Способ, который поможет тебе войти и выйти из ее замка с Уриэлем в целости и сохранности. Но это азартная игра.
Доммиэль фыркнул.
— Вся моя жизнь — азартная игра. Расскажи нам.
Надя кивнула.
— В Москве есть логово демонов под названием «Один Шанс».
— Один шанс? — Доммиэль усмехнулся. — Один шанс на что?
Надя продолжала:
— Это одно из многих притонов, которыми управляют лучшие люди Владека. И этим, в частности, управляет мой друг, верховный демон по имени Скаал.
— Ты его знаешь? — спросила я Доммиэля.
Он покачал головой.
— Я могла бы устроить тебя в «Один Шанс», чтобы ты приняла участие в их главном аттракционе. Бойцовские ямы. Что особенно удачно в этой конкретной яме, так это то, что она предназначена только для величайших воинов. И победители представляются наложнице номер один Владека для ее личного развлечения.
— Лизабет, — прошептала я.
Надя улыбнулась, но в ее улыбке было больше злобы, чем доброжелательности.
— Лизабет, — повторила она. — Которая любит натравливать великих воинов на своих собственных адских псов.
— Итак, — Доммиэль тяжело выдохнул. — Я должен буду победить лучшего воина в боевой яме «Один Шанс», а затем, если мне повезет, меня доставят к Лизабет, и мне придется победить ее зверей, чтобы получить благо, которым в нашем случае будет освобождение Уриэля. Звучит достаточно просто.
— Нет, — Надя покачала головой. — Ты не будешь сражаться, — ее взгляд метнулся ко мне. — Она будет.
Глава 17
Доммиэль
— Нет! — демоническое рычание вырвалось из моей груди, яростный удар хлыста в тихой комнате.
Надя говорила спокойно.
— Ямы в «Один Шанс» предназначены только для женщин-бойцов.
— Тогда отведи нас в другую, — потребовал я, чувствуя, как пламя лижет внутри и вокруг моего сердца при мысли об Ане в одной из этих гребаных бойцовских ям. Я их видел. Я видел, как проигравших терзали на мелкие кусочки и сжигали для кровожадной толпы. Я видел, как победители ковыляли, изувеченные.
 
Ведьма покачала головой.
— У меня есть только один контакт, которому я могу доверять. И он управляет ямой «Один Шанс». Я даже не уверена, что он сможет вывести нас на арену, но он наша единственная возможность.
— Тогда свяжись с ним и договорись об этом, — сказала Аня, подходя ближе, свет от огня обрамлял края ее крыльев.
Я представил, как лезвие пронзает кость, разрывает ее и проливает ее драгоценную кровь. Я представил, как ее красивое лицо режут до неузнаваемости. Я представил, как впадаю в темное отчаяние при виде ее тела, охваченного пламенем.
— Нет, — проскрежетала я во второй раз.
Потрясенный взгляд Ани повернулся ко мне.
— Что значит «нет»?
— Я имею в виду именно то, что сказал. Ты не будешь сражаться в яме демонов.
Ее руки уперлись в бедра.
— Что? Ты думаешь, я не справлюсь сама?
— Это не имеет к делу никакого отношения.
Она закатила глаза — да, закатила свои гребаные, великолепные глаза на меня — затем снова повернулась к Наде.
— Устрой это. Я буду драться.
Вскочив с дивана, потому что я не мог контролировать пламя, обжигающее мои внутренности, я схватил ее за руку.
— Я сказал «нет», Аня, — проскрежетал я тихо и угрожающе. Я знал, что веду себя как властный придурок, но мне было наплевать. — Этого не произойдет.
— А я сказала, да. — Она совершенно не боялась моей злости. — Я была одним из элитных воинов Максимуса. Я сражалась и убила трех драконов в ночь Кровавой Луны. Одна с небольшой помощью. Доверься мне. У меня это хорошо получается, Доммиэль. Особенно в единоборстве, — она вздохнула и пробормотала, — и когда у меня нет ошейника и цепи на шее, мешающих мне.
— Не имеет значения, что ты говоришь. Женевьева и ее команда наняли меня, чтобы я был главным в этом деле. И я говорю тебе, что этого не произойдет.
Она рассмеялась.
— Тебя наняли не для этого. — Она попыталась высвободить руку, но я не мог ее отпустить. — Я сделаю это, и это окончательно.
Я перевел взгляд на ведьму, чей хрустальный взгляд изучал наш жаркий разговор в постоянном молчании.
— Подумай о другом способе.
— Ты слышал, как она сказала, что другого выхода нет, — вмешалась Аня, толкая меня в плечо, а затем удерживая руку там, чтобы привлечь мое внимание. — Итак, я собираюсь сражаться в яме «Один Шанс».
— Нет, это не так.
— Почему, черт возьми, нет?
Ее обычно спокойная внешность дрожала от гнева, доводя мою собственную до бешеных высот.
— Потому что я, черт возьми, умру, если мне придется стоять там и смотреть, как тебе причиняют боль!
Мои рычащие слова замерли, когда обе женщины уставились на меня. В широко раскрытых глазах Ани было что-то похожее на шок, прежде чем перейти во что-то более мягкое. Сладкое. Потрескивание огня пронизывало тишину. Я отпустил Аню и, повернувшись к двери, выскочил наружу.
Сделав глубокий вдох холодного воздуха, благодаря за жжение, я вытащил сигарету и закурил быстрыми, резкими движениями.
Я взглянул на тонкие облака, на серп луны, насмешливо ухмыляющийся сверху.
— Черт, — пробормотал я, глубоко затягиваясь, пока мои легкие не загорелись. Приятно.
Голоса Ани и Нади были приглушены стеной, но мой обостренный слух уловил их разговор, спокойный обмен неразборчивым бормотанием. Я прислонился спиной к дереву, пытаясь приглушить постоянный огонь, мерцающий в моей груди.
Я был так зол. В ярости. В гневе. Сам на себя.
Что со мной случилось? Когда я успел так вляпаться? И почему она?
Прошло, должно быть, минут двадцать, пока я мучился в своем жалком состоянии, прежде чем дверь со щелчком открылась. Первой вышла Надя в белом плаще с поднятым капюшоном. Она оглянулась на Аню, выходящую за ней, прежде чем исчезнуть в лесу.