Темное сердце (ЛП)

Я проглотила звук удовольствия, когда его пальцы коснулись моей ключицы.
— Очень важно, чтобы ты оставалась здесь спокойной, — он говорил тихо, и в теноре его голоса проскальзывала мрачная нота. — Не делай ничего, чтобы привлечь к себе внимание. Избегай зрительного контакта со всеми высшими демонами. Лучше всего притвориться, что тебе скучно.
Я никогда ничего не делала импульсивно и не позволяла эмоциям руководить мной, но мысль о том, что он знал, что меня проверят, заставляла меня нервничать.
— А если мне придется защищаться?
Его взгляд поднялся на меня.
— Я позабочусь об этом. Никто не тронет тебя, кроме меня. Я обещаю тебе это.
Он обернул конец цепи вокруг запястья и крепко сжал его. Вместо того чтобы вести меня, как своего раба, он шел рядом. Цепь была в какой-то степени демонстрацией собственности, как и средством защитить меня от демонов, ищущих любовниц-ангелов, а также защитой Доммиэля от врагов, которые могли подумать, что он работает с их врагами. Мы шли к серому металлическому и бетонному зданию большими шагами, воздух искрился демонической магией.
Он смотрел на беззвездное небо, пока мы приближались, бормоча что-то себе под нос.
— «Настало колдовское время ночи».
Он цитировал Гамлета, когда тот оправлялся на поиски своего вероломного дяди.
Потрясенная на секунду, я не могла не ответить, продолжая стих.
— «Когда кладбище открывает зев и самый ад дыханием своим Мир заражает».
Он резко остановился, как и я, с цепью в руках. Двигаясь передо мной, Доммиэль провел большим пальцем вдоль моего подбородка и вниз по шее, по цепочке, обернутой его собственной сущностью, погружая большой палец в ложбинку между ключицами.
— «Мог бы я сейчас напиться теплой крови…»
Стих был о кровавой мести и смерти. И все же он произнес эти слова так, что мой пульс забился сильнее, а кровь начала быстрее течь по венам от дикого желания. Внезапный трепет поселился в моем животе, и жар разлился еще ниже.
Его голос был извилистым живым существом, проникающим под мою кожу, через плоть и до мозга костей. Его клыки удлинились, а глаза засияли темно-рубиновым светом. Со словами, которые он произнес, и диким голодом на его прекрасном, но демоническом лице, я должна была готовиться к битве… или к смерти. Но все, чего я хотела, это чтобы он придвинулся ближе, прикоснулся ко мне, как в Венеции. Чтобы показать мне, какие удовольствия может доставить такой демон, как он.
— Осторожнее, ангел, — тихо и хрипло прошептал он. — Глядя на меня так, ты только навлечешь на себя опасность.
Я приоткрыла рот, чтобы ответить, но его большой палец скользнул по моей нижней губе, затем ниже, в углубление прямо под ней, рычание вибрировало в его груди.
— Нет нужды говорить об этом сейчас. У нас есть работа.
Я промолчала. Я могла бы прожить свою жизнь по определенному вероучению, твердо придерживаясь своей добродетели, но это не означало, что я не замечала мужчин раньше. Не оценивала мужскую красоту и не чувствовала даже искорки влечения. Конечно, я чувствовала. Но это… это было совсем другое. Это грозило искалечить меня, лишить здравого смысла. Должно быть, это сущность принца прокладывает себе путь глубже. Напоминая мне о причине, по которой я должна была найти Уриэля, как можно скорее.
Мы снова двинулись в путь.
Открыв незащищенную дверь, он сказал:
— Там будут защитные барьеры, которые не позволят никому проникнуть внутрь или выйти. Аксель предпочитает хардкорных подопечных фуриям для охраны.
Он взял меня за руку, чтобы провести через порог демонической силы — требование для небесного воинства перейти в демоническую плоскость, и наоборот. В ту же секунду, как я пересекла невидимый барьер, я вскрикнула, когда жало пронзило мою шею в том месте, где меня укусил принц демонов.
— Аня?
Доммиэль оторвал мои пальцы от того места, где я прикрывала пятно.
— Цепь ущипнула тебя?
Я не могла сказать правды, хотя ложь была для меня невозможна.
Я просто кивнула. Он провел большим пальцем по этому месту.
 
— Не выглядит красным. — Его оценивающий взгляд стал слишком пристальным. — Ты уверена, что это все?
— Доммиэль? — раздался хрипловато-сладкий голос красивой блондинки, приближающейся сзади.
Когда он обернулся, ее демонически-красные глаза загорелись радостью.
— Мастер!
Девушка была одета в черное латексное мини-платье, которое открывало гораздо больше, чем скрывало, ее большая грудь подпрыгнула, когда она бросилась на красных шпильках через фойе в его объятия.
— О, господин, — промурлыкала она, запустив свои огненно-красные ногти в его волосы. — Где вы были? Когда вы отрастили волосы? Вы выглядите таким… диким.
Она хихикнула, затаив дыхание от восхищения, казалось, находя его внешность резкой, но соблазнительной. Интересно, как он выглядит в роли хозяина собственного логова в Новом Орлеане?
— Привет, Черри. Ты скучала по мне?
Она застонала, когда ее лакированные ногти скользнули вниз по его кожаной куртке, ее рука сжала его промежность.
— О Боже, как же я скучала по тебе, — она провела ладонью по выпуклости за швом его джинсов. — Всему тебе, — хрипло выдохнула она.
Домиэль усмехнулся, как будто женщины каждый день хватали его и щупали за промежность. Насколько я знала, то у него так и было. С чем я едва могла справиться, так это с темной яростью, скакавшей по моему позвоночнику, когда она прижималась к нему своим фигуристым телом, прикасаясь к нему с такой свободой.
До сих пор он вообще к ней не прикасался. Он схватил ее за горло своей механической рукой, так нежно, что ее глаза расширились от экстаза.
— Ты далеко от Нового Орлеана, — в его гортанном заявлении слышалось обвинение.
Ее рука на его промежности соскользнула обратно к груди.
— Когда вы ушли, нам всем пришлось уйти, господин. Сейчас никто не управляет Новым Орлеаном, и мир там превратился в сумасшедший дом. Мне нужно было куда-то уйти.
— Значит, ты пришла к Акселю за защитой.
Ее длинные ресницы опустились в молчаливом согласии.
— Мне очень жаль, господин.
Он ослабил хватку на ее горле и металлическим пальцем приподнял ее подбородок, пока она не посмотрела на него.
— Я не виню тебя. Я рад, что у тебя было более мягкое место для падения, чем у меня.
Она вцепилась в лацканы его пиджака.
— Но где же вы были? Я так по вам скучала.
Наконец она, казалось, заметила, что в другой руке он держит цепь, которая была связана со мной, ее огненный взгляд наполнился призрением и даже, возможно, ревностью.
— Хозяин? Что ты делаешь с одним из них?
— Теперь это не твое дело, Черри. Как ты и сказала, мир — это сумасшедший дом. Скажи мне, куколка. Где Аксель?
Наконец она перестала смотреть на меня презрительно и… начала смотреть на меня с обожанием. Она действительно боготворила своего бывшего повелителя демонов. В животе у меня закрутился водоворот кислоты.
— Как только вы сделаете свое дело, вы найдете меня?
— У меня нет на это времени. Жаль, что нет.
Он говорил напевными словами, но голос его звучал совсем не так, как тогда, когда он обращался ко мне. Не с такой же близостью или настойчивостью, как будто мы были единственными двумя людьми в мире.
Она улыбнулась, чувственно наклонив бедра, потерлась об него и прошептала:
— Вы помните Хэллоуин, когда вы, я и Виксен пошли на вечеринку и нашли бассейн с подогревом в подвале?
— Я помню, — он обхватил ее за талию и слегка отодвинул, бросив на меня тревожный взгляд.
Я старалась сохранять на лице более бесстрастное выражение, ни малейшего намека на эмоции, в то время как меня захлестывал водоворот темных мыслей.
— А теперь отведи меня к Акселю, милая. Как хорошая девочка.
Она застонала и прикусила губу. Какой бы властью ни обладал Доммиэль над этим низшим демоном, она ничуть не уменьшилась, когда он покинул свое логово в Новом Орлеане.