Бывшие (СИ)

- Только дурак не заметит, как Соня на меня похожа. Копия. Один в один. - Усаживаюсь за стол, по-прежнему задаю вопросы ей в спину. – Лиза, почему ты мне не сказала? Тогда?
- Ты сейчас серьёзно? – почти взвизгивает. – Ты бросался ужасными словами, обвиняя меня в измене. В измене, Троянов! И ты бы поверил, что я беременна от тебя? Скажи честно! В тот самый момент поверил бы? – Поворачивается, впивается взглядом.
- Наверное, нет, - признаю очевидное. Я забыл, что чувствовал тогда, потому что настоящее уже перекрыло прошлое новыми чувствами. – А сейчас, когда встретились снова, почему не сказала о Соне?
- Почти решилась, но затем ты уверенно заявил, что девочек в вашей семье никогда не было. Только мальчики и все, как один Сергеи Сергеевичи. Дебильная традиция…
- Отчасти, ты её продолжила – София Сергеевна.
- Нет, Мартынова София Юрьевна. Я дала фамилию своего отца, а графа с информацией об отце в свидетельстве о рождении с прочерком.
- Это легко можно исправить…
- Нет! – рычит. – Тогда о Соне узнает твой папаша, - выплёвывает каждое слово – резко, зло.
- Он будет рад внучке.
- Ты сам-то в это веришь? – смеётся. Не радость, скорее, издёвка. – Как может быть рад тот, кто так рьяно желал избавиться от неё?
Понял. Я всё понял. Кроме отступных мой отец предложил Лизе избавиться от ребёнка. Самое главное. Вмиг вспыхиваю злостью на своего родителя, который всё решил за меня: с кем спать, на ком жениться, как жить.
- Расскажи.
- Пригласил в свой кабинет, убеждая, что Трояновым не нужен отпрыск от безродной девки. Я всего лишь помеха на твоём пути, временное препятствие от которого необходимо избавиться. Требовал сделать аборт пока не поздно. Предлагал деньги, квартиру, переезд в другой город – всё, что угодно, лишь бы я исчезла из твоей жизни. Я согласилась, молча кивнула и поехала домой. Именно тогда в почтовом ящике нашла конверт с фотографиями. Отправилась к тебе, но ты уже с порога набросился с обвинениями. Все мои аргументы стали бессмысленны. - Пожимает плечами, слышу всхлипы и нервное покашливание.
- Лиза, о каких фото речь? – Я ведь тогда так и не понял, в чём обвинила меня.
Выходит, чтобы через пару минут вернуться с конвертом и бросить передо мной на стол.
- Даже не знаю, зачем сохранила эту мерзость…
Рассматриваю цветные картинки, на которых какая-то девка облизывает моё тело, целенаправленно позируя на камеру. Смотрит прямо, улыбается, увлечённая представлением.
Вспоминаю её и вечер в квартире Антона, где мы отмечали мальчишник Стаса. Заказали ему стриптизёршу развлечься перед свадьбой. Я быстро отрубился, пришёл в себя лишь утром с больной головой и противной тошнотой.
- Эти фотки Антон сделал. Уверен, также, как и те, что дал мне. - Теперь я знаю, что именно друг связующее звено во всей этой истории.
- Да, вот только я внимательно рассмотрела и поняла, что ты просто в отключке, а девка позирует по чьей-то просьбе. Рассмотреть то, что дали тебе, увы, Троянов ума не хватило.
- Не хватило… - безропотно соглашаюсь, опуская голову и понимая – во всём виноват сам. Эмоции сыграли злую шутку и затмили разум. – Но теперь всё по-другому. Мы другие. Нажрались досыта своими же ошибками. Попытками забыть. Вот только я не хочу забывать. Особенно теперь, когда есть Соня. Моя Соня.
- И что ты сделаешь? Заберёшь её у меня? Заставишь отказаться? Что? – слышу в голосе надвигающуюся бурю, поэтому вскакиваю, чтобы обнять Лизу, заключить в свои объятия с силой прижимая к груди.
- Замолчи! Прошу тебя, - шепчу. – Никогда, слышишь никогда не опущусь до такого. Ты мама, очень хорошая, если смогла почти три года заботиться о Соне сама. Не звонила, не просила помощи, ни в чём не обвиняла. - Лиза всхлипывает, а тело заходится частой дрожью. – Я лишь хочу быть рядом. Хочу, чтобы Соня привыкла, приняла меня, знала, что у неё есть папа.
Зарываюсь носом в каштановые волосы, с жадностью вдыхаю аромат, словно впервые пробую свою Лизу.
- Позволишь мне остаться? Сейчас. Сегодня.
- Серёжа, секса не будет. В соседней комнате Сонька, а по ночам она приходит ко мне.
 
- Никакого секса. Даже не прикоснусь. Могу спать на диване, если не доверяешь. Прошу лишь быть рядом с тобой. С вами. Не смогу вернуться в свою квартиру, зная, что вы здесь. Вы мне необходимы.
- Хорошо.
- Да?
- Да, - рвано выдыхает, наконец напряжение отпускает, чувствую, как тело Лизы обмякает в моих руках. Податливо прижимается, откидывая голову на моё плечо.
Наслаждаемся моментом, когда не нужно никуда бежать, скрываться и язвить. Просто двое, сделавших множество ошибочных шагов, но всё же способных поверить вновь в совместное будущее.
Мы выстрадали то, что имеем сейчас. Почти уничтожили друг друга, но нашли в себе силы собрать крохи, оставшиеся после прошлых «нас» и сделать шаг в неизвестность, принимая новых себя.
Теперь кроме Лизы есть ещё Соня. Именно она станет для меня основным стимулом, чтобы перегрызть глотку любому, кто встанет на пути к моим девочкам.
И даже собственный отец, самый родной человек, не способен возвести стену между мной и Лизой.
Все свои попытки я истратил. Есть только сейчас. Настоящее, способное подарить счастье.
  
Глава 18
 
Лиза
Троянов всё узнал. Сам.
Не бросался обвинениями в сокрытии Сони и моей лжи. Просто принял всё, как есть. Слишком спокоен, или это всего лишь видимость, а внутри Сергея бушует ураган.
Меня отпустило в тот самый момент, когда просил, именно просил, остаться рядом с нами. Не знаю, что он чувствует к дочери в данный момент, но смотрит с невероятной нежностью и умилением.
Не спускает с неё глаз, следит за каждым движением, жестом, прыжком и улыбается, когда Соня хохочет.
Сергей открыт для Сони, готов принять всё, что она ему даст. Не настаивает, не напирает, но в тоже время отвечает с желанием, когда обращается к нему.
Три часа, проведённые ими наедине, вызвали доверие к Сергею, и сейчас его нахождение рядом принимается Соней как само собой разумеющееся.
Даже, когда пошла купать дочь, Троянов отправился с нами. Просто смотрел, как Сонька плещется в воде. Отказался помочь, опасаясь сделать что-то не то, но легко подхватил дочь, завёрнутую в полотенце, чтобы отнести в спальню.
И вот, когда Соня, наконец, уснула, мы смогли остаться наедине.
- У тебя есть фото с самого начала? С рождения Сони?
- Много. Фотографии и видео.
- Покажи. Я хочу посмотреть всё.
Приношу ноутбук, выставляю перед Сергеем, включая с самого начала, со дня её рождения. И Троянов теряется…
В этот момент перестаёт слышать и видеть, полностью погружаясь в цветные картинки. Сосредоточен исключительно на рассматривании дочери, словно и нет меня, только он - один на один с воспоминаниями.
- Я столько всего пропустил, Лиза, - шепчет, не отрывая взгляд от монитора.
- Серёж, что ты чувствуешь? – Решаюсь спросить о том, что больше всего сейчас волнует. – К Соне хоть что-нибудь чувствуешь?
- Я не знаю… - Растерянно пожимает плечами.
- Тебе всё равно? – До дрожи в коленях боюсь получить утвердительный ответ.
- Нет-нет, Лиза! Все чувства свернулись в огромный ком, сплетаясь множеством новых для меня ощущений и пока не способен соединить всё это в конкретное определение. Для меня всё это удивительное, непривычное, ранее не прочувствованное. Но это не любовь, в привычном понимании – это что-то большее.
Троянов растерян. Видно невооружённым взглядом. Его качает на волнах новых чувств из стороны в сторону, несёт по течению и пока он не способен остановиться. Необходимо принятие нового для себя. Но для всего нужно время. Им с Соней нужно больше времени.
 
- Иди сюда. - Отвечаю на просьбу Сергея, приближаюсь, ту же оказываясь на его коленях.
- Была уверена, что сорвёшься в обвинения, - сейчас самое время озвучить пугающие меня предположения.