Бывшие (СИ)
Въезжаю во двор и паркуюсь напротив подъезда, который мне указала Лиза. Больше тридцати этажей, как узнать верный? Даже если поиски займут весь день, меня это не остановит. Осматриваюсь, наблюдая на детской площадке мамочек с детьми.
И Лизу…
Сидит на лавочке. Перед ней девочка, маленькая. Года два, возможно, больше. Я не специалист в определении возраста по внешнему виду. Наблюдаю за ними. Малышка размахивает перед Лизой куклой, что-то щебечет и смеётся, откидывая голову назад.
Только сейчас приходит осознание, что меня трясёт. Сжимаю и разжимаю пальцы несколько раз, чтобы взять себя в руки. Окатывает испепеляющим жаром, тут же сменяющимся морозной волной.
Ни разу в жизни я так не волновался. Словно стою на отвесной скале, готовый к прыжку без страховки.
Я хочу всё узнать. Сейчас. И плевать, какой будет эта правда, если после неё у меня будет возможность дышать.
Выхожу из машины, уверенной походкой направляясь в сторону Лизы, пока не представляя, что меня ждёт – невероятное разочарование или безграничное счастье.
Глава 17
- Лиза.
От неожиданности вздрагивает. Понимает, кто стоит у неё за спиной, и тут же сжимается подобно стальной пружине на максимум.
Оборачивается, и я встречаюсь с безмерной паникой в потухшей зелени. А ещё я вижу… вину. Настолько явную и откровенную, что как бы не старалась, Лиза не может скрыть чувство, захватившее и парализующее.
Немой диалог из моих вопросов и её возможных ответов. Хаотично бегает взглядом, не решаясь посмотреть в глаза.
Медленно опускаю взгляд вниз, где маленькая девочка боязливо спряталась за маму, лишь немного выглядывая с интересом всё же рассматривая меня.
Опускаюсь на корточки, чтобы поравняться с маленьким человеком, на котором сосредоточено всё моё внимание в данный момент.
Из-под шапочки видны кончики тёмных волос. Тонкое личико, бровки домиком, остренький носик и губки бантиком. И глаза. Большие серые глаза цвета пасмурного осеннего неба, обрамлённые ресницами, настолько пушистыми и длинными, что кажутся неестественными.
Забываю, как дышать, потому сейчас на меня смотрит… я.
Моя маленькая копия заинтересованно хлопает глазами, всё ещё опасаясь выйти из надёжного укрытия.
- Как тебя зовут? – голос хрипит, прокашливаюсь, чем пугаю девочку.
- Соня, - тихий голосок почти не слышен, но для меня сейчас он бьёт самыми громкими звуками через сильнейший усилитель.
- Сколько тебе лет, Соня?
Пара секунд на раздумье и малышка показывает два пальчика. Два года… Или больше?
- А если точно? – Но Соня не понимает о чём я спрашиваю.
- Два и семь, - за дочь отвечает Лиза, переключая внимание на себя.
Цифры складываются именно в то, о чём я так мечтал.
- Лиза…
- Сергей, у тебя никогда не было проблем цифрами. Ты хорошо считаешь.
И я посчитал. Быстро. Моя. Соня моя. В голове звучат победоносные фанфары, заставляя сердце заходиться в бешеном экстазе.
В тот самый момент, когда я сыпал на Лизу обвинениями в мерзкой измене, у неё под сердцем уже была Соня. И она знала.
«Ты не достоин нас…».
И только сейчас, спустя три года, понимаю, что означали её слова, брошенные напоследок. Справедливо, боже, как же справедливо. Заслужил – безоговорочно. Но сейчас хочу выторговать крошечный шанс, чтобы рассмотреть дочку, приблизиться, проникнуть в их устоявшийся мир.
- Сонечка, пошли домой. Ты кашляешь, а мы уже больше часа гуляем.
Лиза берёт маленькую ладошку и тянет за собой к дому. А я так и стою, не в силах шевельнуться.
- Лиза…
- Пойдём, Серёж, - кивком приглашает последовать за ними, и я покорно передвигаю ногами.
Ничего и никого не вижу, лишь две фигуры передо мной, которые вмиг стали самыми родными. Ничего не важно. Даже, если бы сейчас на бешеной скорости ко мне приближался поезд, я не обратил бы внимания, сосредоточенный только на девочках.
Останавливаемся у лифта в ожидании. Соня тянет руки к Лизе, видимо, желая забраться на руки, но я опережаю, предлагая:
- Пойдёшь ко мне?
Серые глазёнки внимательно осматривают меня, скользят снизу-вверх оценивающим сканером. И лишь потом нерешительно протягивает ручки. Тут же подхватываю Соню, отмечая, что она лёгкая, словно пушинка.
Прижимаю маленькое тельце, даже сквозь одежду чувствую, как скачет тонкой ниточкой сердечко. Такая хрупкая и маленькая. Моя.
Дочка…
Мысленно подтверждаю, захлёбываясь совершенно новыми для меня ощущениями. Это нечто диковинное, иное, пока непонятное, но невероятно приятное. Согревающее и спасительное. Глоток свежего воздуха в маленькой части себя самого. Ничего подобного я не испытывал и сейчас испугавшись сам, боюсь напугать и Соню.
- Это Люся. - Размахивает передо мной страшной куклой с запутавшимися волосами в странной одежде.
- Почему Люся?
- Люся и всё. - Пожимает плечиками, словно я сейчас задал ей самый тупой вопрос, на который способен.
Кабина останавливается на нужном этаже, и я выхожу вслед за Лизой. Наконец-то я в тот самом месте, куда так стремился. Лиза снимает с Сони обувь.
Отмечаю, что её руки трясутся, несколько минут не может справиться с замком на ботиночках. Снимает шапочку, под которой два весёлых тёмных хвостика, собранных разноцветными резинками.
- Идём. - Соня тянет меня за руку.
Подчиняюсь. Если бы сейчас она волокла меня в ад, мне было бы плевать. Куда угодно – за грань, в пекло, на край света.
Большая детская. Обои, на которых изображены феи с крылышками, картинки с принцессами и большой кукольный дом – комната девочки. Посредине пластмассовый розовый столик с низкими стульчиками, на котором хаотично расставлена игрушечная посуда.
- Сядь. - Безропотно повинуясь, усаживаюсь на детский стульчик, опасаясь раздавить его взрослой задницей. Но, игрушка оказывается крепче, чем я предполагал. – Мне. - Соня ставит кружку на блюдце. - Тебе. - Передо мной возникает точно такая же. – Пей чай!
В любой другой ситуации я бы чувствовал себя полным кретином, который, сидя на розовом стульчике, пьёт из игрушечной кружки воображаемую жидкость, но не сейчас. Сейчас я готов скулить от щемящей грудь нежности, когда с упоением смотрю в серые глаза дочери.
Моя дочь…
Повторяю мысленно снова, и снова, и снова…
Неожиданно воспоминания острой иглой врезаются в сознание – именно она так часто снилась мне. Именно Соня скакала, смеялась и кружилась вокруг меня в цветных видениях. Невидимая связь на каком-то глубинном уровне? Или, всё же тонкое осознание, что такое возможно, существует, очень далеко есть маленький человек, который является твоей частью и по его венам красными струйками разносится твоя кровь.
Я позже проанализирую, а сейчас лишь желаю наслаждаться Соней. Она смеётся тонким колокольчиком, по инерции заставляя улыбаться и меня. Живая, звонкая, энергичная – кружится вихрем по комнате, лопочет кучу слов в минуту, показывает игрушки, комментирует каждую, вручая мне. Я лишь спрашиваю имена кукол и название принадлежностей на столике, полностью увлечённый маленьким человеком, на котором сейчас сосредоточена вся вселенная.
Несколько раз оглядываюсь, понимаю, что Лизы нет, а затем слышу звон посуды и звуки воды, понимая, что она предоставила Соню мне, что насмотреться. Проходит час или два, или больше, я потерян во времени, выпал из реальности вместе с дочкой.
Соня просит включить телевизор, где на экране тут же высвечивается мультик про девочку и медведя в лесу. Затихает, полностью поглощённая просмотром, а я, наконец, иду к Лизе, чтобы получить ответы на все свои вопросы.
Лиза на кухне, стоит спиной, что-то режет, с грохотом обрушивая острое лезвие. По-прежнему напряжённая спина, прямая, будто палка. По скованности в плечах понимаю – на грани.
- Лиза…
- Она твоя, Троянов. Если сомневаешься, сделай тест на отцовство. - Слишком быстрый ответ. Ожидала вопрос.