Милый дом (ЛП)

Скривившись, он поставил меня на ноги.
– Прости, дорогая! – Наклонившись, Джимми-Дон поцеловал мою руку. – Поздравляю с малышом. Ты будешь охрененно сексуальной мамашей!
– Спасибо… наверное?..
Ромео обнял меня сзади.
– Она не только моя первая настоящая девушка, друг, она единственная, ради кого я дышу.
Лекси с Элли вздохнули, наблюдая, как Ромео меня обнимает, Кэсс же сделала вид, будто засовывает два пальца в рот.
Джимми-Дон снял свой стетсон и, обмахиваясь им, завопил:
– Ты меня убиваешь, чувак! Просто убиваешь!
Ромео хлопнул его по спине, посмеиваясь над его выходкой.
– Мы идем спать. Мне нужно отвлечься от всего этого дерьма. Увидимся завтра.
Ромео взял меня за руку и повел к двери.
– Ромео, ты без рубашки, – возмутилась я, едва не споткнувшись от мимолетного взгляда на его обнаженное тело.
Он просто пожал плечами.
– Я планирую оказаться полностью голым приблизительно через сорок минут и как минимум на двенадцать часов, так какая разница?
– Отлично. Ты понимаешь, сколько снаружи людей? Сколько там девушек?
– Да хрен с ними. Я твой. Пойдем.
  
Глава 22
 
Чемпионат Юго-восточной конференции, Центральный стадион, Джорджия
– Я не могу туда выйти! – визжала я, пока Кэсс и Элли пытались протолкнуть меня к нашим местам. Семидесятитысячный стадион был забит под завязку, и в ушах звенело от гула голосов.
Кэсс положила руки мне на плечи и с укором заглянула в глаза.
– Если ты не поцелуешь Пулю, когда он выбежит на поле, твоей крови будут жаждать не только его родители. Мы хотим победить «Гейторс»! Ты должна это сделать ради болельщиков!
Я провела пальцами по лицу, и Элли резко их отдернула.
– Я сегодня потратила уйму времени на твой внешний вид. Не порть его!
Мои волосы были распущены и завиты, макияж сделан безупречно. Я надела футболку со счастливым номером семь и фамилией Принс и ковбойские сапоги, но была убеждена, что лишь зря потратила время на все это, поскольку сейчас меня сковывал чистый страх, и я не могла пошевелиться. «Кримсон Тайд» возглавляли общий рейтинг, но теперь им предстояла игра с «Флоридой Гейторс», чтобы решить, кто попадет на Национальный чемпионат и сразится против «Нотр-Дама» в Калифорнии в следующем месяце.
Я выглянула из-за угла и остолбенела при виде стоящих стеной фанатов, одетых в красное. На большом экране крутили отрывки из успешного сезона «Тайд» на пути к этому чемпионату. Я буквально растаяла, когда начали показывать Ромео – то матерящимся из-за совершенной ошибки, то счастливо прыгающим от радости.
Я посмотрела вверх.
– Божечки! Тут есть летающие камеры! Я не могу. Меня снова стошнит.
Согласно кивнув друг другу, Кэсс и Элли взяли меня под руки и потянули вперед. Я увидела, как чирлидеры подбежали к входу из тоннеля, и поняла, что скоро объявят выход команды.
Я уперлась пятками в пол, и Элли, застонав, залезла в карман и достала маленькую записку.
– Ромео предполагал, что ты так себя поведешь, судя по тому, что ты практически не проронила ни слова с момента нашего приземления, и дал мне это на крайний случай.
Черт. Я обожала его записки.
Я развернула ее и прочла:
Детка,
Перестань психовать и тащи свою задницу на трибуны.
Мне нужен мой сладкий поцелуй на удачу, чтобы победить.
И это не просьба.
Люблю тебя.
Твой Ромео x
Вздохнув, я спрятала записку в карман, чтобы дома положить к остальным, которые хранились в секретной шкатулке. На лицах Элли и Кэсс появились широкие улыбки.
– Хороший ход, Ромео, хороший ход, – пробубнила я себе под нос.
Я высвободила руки, и как раз в этот момент из динамиков донеслось представление команд.
– Показывайте, куда идти, предательницы!
Хихикая над тем, как я упираюсь, они снова взяли меня под руки и повели к нашим местам. Фанаты «Тайд» и так громко кричали, но завидев, как я прохожу мимо, просто обезумели.
 
Я села и постаралась игнорировать громогласный рев толпы. Фанаты были в ударе, а музыкальная какофония только добавила жару. Взорвались фейерверки и объявили команды: сначала «Кримсон Тайд», потом «Флориду Гейторс». Игроки выбежали на поле, демонстрируя расцветки багрового, белого и голубого. Я нервно потерла руки.
Я знала, что в центре внимания будет Ромео. Он был первым претендентом в драфте профессиональной футбольной лиги, и от этого нарастала шумиха. За последние недели ему пришлось бесконечное количество раз давать интервью газетам и телевидению. Я обычно пряталась где-то на заднем плане, вне поля зрения.
Я внимательно смотрела на большой экран, ожидая Ромео, который со шлемом в руках замыкал выход. Когда он выбежал и помахал всем, толпа на трибунах начала топать ногами и скандировать, и фанаты «Гейторс» засвистели в ответ.
– Поцелуй, поцелуй, поцелуй, поцелуй…
Ромео прорвался сквозь завесу игроков и побежал в мою сторону. Кэсс наклонилась и ласково похлопала меня по щекам.
– Твой выход, мамочка!
Я не могла оторвать глаз от своего парня, когда он остановился на краю поля и, сверкая голодной самоуверенной ухмылкой, поманил меня этим своим чертовым пальцем.
Я поднялась на трясущихся ногах, пытаясь не обращать внимания на вспышки камер, оркестр возгласов и свист. Взяла под руку стюарда, и он провел меня на поле прямо к Ромео, который наслаждался моим изысканный внешним видом.
– Привет, Мол.
– И тебе привет.
– Подаришь мне сладкий поцелуй на удачу?
– Если ты этого хочешь.
– Еще как хочу.
Мы никогда не меняли слов из-за суеверия Ромео, мы в точности проводили этот ритуал перед каждой игрой. Он наклонился, и до того, как его сочный губы встретились с моими, я прошептала:
– Хороший ход с запиской, хитрюга!
Он усмехнулся мне в губы, мягко и нежно лаская их языком. Я схватила его за волосы, и весь остальной мир для меня исчез. Ромео подхватил меня за ягодицы, вынуждая обвить ногами его талию. Похоже, толпе это понравилось. Я застонала ему в рот, и он, тяжело дыша, отстранился. Прижался ко мне головой.
– Люблю тебя.
Я провела пальцем по его щеке.
– Я тоже тебя люблю.
Опустив меня на землю, он легонько провел рукой по моему животу и, увидев в моих глазах слезы, сглотнул.
– Я буду играть для вас обоих.
Повернувшись, он побежал обратно на поле, а я, как всегда, в тумане от любви к своему квотербеку на нетвердых ногах побрела на свое место.
Это было два дня назад.
«Тайд» выиграли чемпионат Юго-восточной конференции, и вечер, которого мы так боялись, стремительно приближался. В этот день Ромео взобрался ко мне на балкон пораньше и не оставлял меня ни на минуту. Уровень его тревоги зашкаливал, ну и мой, соответственно, тоже не отставал.
По дресс-коду на вечер было положено прийти в белом, поэтому я надела длинное белое платье с завышенной талией, чтобы скрыть слегка округлившийся животик, и серебряные сандалии. Ромео был в белоснежном костюме с подобающим «Кримсон Тайд» галстуком.
Он расположился на моей кровати и наблюдал за тем, как я хожу по комнате, расчесывая свои длинные волосы, нанося розовую помаду и надевая длинные серьги.
Собравшись, я подошла к кровати и осторожно залезла на него. Он, не мешкая, взял меня за бедра и посмотрел с такой любовью, что у меня екнуло сердце, в его глазах, точно яркий маяк, светился страх.
– Ты прекрасно выглядишь, детка. Тебе определенно идет беременность.
Я разгладила его багровый галстук.
– Ты тоже замечательно выглядишь.
Он приподнял голову для поцелуя, и я поддалась желанию.
Затем прислонилась своим лбом к его.