Колдун (СИ)

<<Теодор!>>
Непостижимо! Но именно так всё и было.
Теодор и Эрика глядели друг на друга, будто они были одни во всей вселенной. Они были вместе!
Внезапно эту колдовскую тишину разорвал громкий вопль. Теодор посмотрел на Блейка и увидел, что тот в гневе.
— Я весь промок! — вопил он. — Ты что, чокнулся? Ты воображаешь, что может сделать вода с пиджаком?
Теодор открыл рот, намереваясь ответить ему, однако промолчал. Теперь стало понятно, что насколько бы сильными не были чары Блейка, они не подействовали. И сам Блейк понимал это. Он рывком застегнул пуговицы пиджака и быстро направился прочь.
— Он сейчас лопнет от гнева, — улыбнулась Эрика.
— Ничего, — улыбнулся в ответ Теодор. У него закружилась голова. — Блейк обожает сердиться.
— Благодарю, что облил меня водой, — сказала Эрика и подошла поближе к Теодору.
— Не стоит благодарности, — ответил Теодор.
Скорее всего, вода и вправду помогла Эрике отвлечься от Блейка либо каким-то образом разрушила его колдовство.
— А то мне как-то неловко… — продолжала Эрика. — Я всё пыталась придумать, как вежливо отказать ему, но не могла подобрать необходимые слова, и когда я поняла, что сейчас мне придётся обидеть его… Э, в этот самый миг ты умыл нас.
От удивления Теодор замер на месте. Эрика говорила совершенно серьёзно.
— Я хочу сказать… то есть я, конечно, всё равно обидела его, только… Теодор? Что с тобой?
— Ты подразумеваешь, что ни на минуту не ощутила желания быть с ним?
Она в недоумении посмотрела на него:
— Нет, конечно. Как я могла хотеть этого, если я хочу быть лишь с тобой? Я же говорила тебе об этом с самого начала.
Может, это потому, что они супруги по духу?
Либо она чересчур упряма? В любом случае Блейку об этом лучше не говорить. Тогда он точно убъёт её.
— Ну, как бы то ни было, теперь всё хорошо, — сказал Теодор.
Он был так счастлив, что ему не хотелось думать о неприятностях.
— Да? Выходит, теперь я могу пригласить тебя на свидание?
В её тоне было много искренней радости, что Теодор засмеялся. Его переполняли счастье и безудержная энергия.
— Да, мы можем пойти куда-либо хоть сейчас. Либо давай лучше пойдём к тебе. Я хочу проведать твоего братишку и мистера Кэрри.
Эрика изумилась.
— Думаю, мистер Кэрри будет счастлив. А что касается Роберта… Он проиграл дело. Суд постановил, что клуб следопыток — организация частная и может принимать в свои члены тех, кого считает нужным, и теперь он зол на весь мир.
— Получается, имеется ещё один повод его навестить. Бедненький.
Эрика недоверчиво посмотрела на него:
— Ты серьёзно? Мы же можем пойти развлекаться куда угодно в Вегасе! Ты по-правде хочешь к нам в гости? Серьёзно?
<<А почему бы и нет?>>
Он не стал говорить, что жильё людей для него намного интереснее, нежели любое другое место. Теодор был счастлив.
***
Дом Эрики представлял собой современное здание, окружённое высокими деревьями.
Входя в него, Теодор ощутил лёгкое смущение.
— Папа пока на работе, — сказала Эрика, посмотрев на часы. — А Роберт должен быть у себя в спальне. Он собирался сегодня устроить гоночный трек на микроволновке.
— Возможно, микроволновке сегодня не поздоровится.
Дверь в спальню Роберта была увешана самодельными табличками: <<Не входить>>, <<Эрике вход запрещён!>> и <<Феминизм — безоговорочное признание в том, что женщины могут обойтись и без мужчин>>.
— Роберт…
— Презираю! Всех презираю! И все презирают меня!
Эрика быстро закрыла дверь. Бух! В дверь что-то стукнулось.
— Никто тебя не презирает! — крикнула она.
— А мне по фигу! Проваливайте!
Бух! Бамс! Бух!
— Думаю, лучше оставить его в покое, — сказала Эрика. — У него случаются приступы плохого настроения. Хочешь поглядеть мою спальню?
<<У неё милая спальня, — подумал Теодор. — Большое количество книг, имеются очень старые>>.
— Я купила их на книжных развалах, — сказала Эрика, заметив его любопытный взор.
<<Сравнительная анатомия позвоночных>>, <<Развитие и строение эмбриона свиньи>>, <<Красный пони>>. Большинство книг было про животных. Много призовых кубков: по волейболу, по теннису. Спортивный инвентарь, раскиданный везде, вперемежку с книгами да с чистой одеждой. Эта спальня ничем не отличалась от спальни молодой колдуньи. На стене висела большая фотография женщины, улыбка которой была удивительно похожа на улыбку Эрики.
 
— Это кто? — спросил Теодор.
— Моя мать. Она погибла в автокатастрофе, когда Роберт был ещё маленьким. Она была водительшей.
Голос Эрики звучал ровно, только её глаза потускнели.
— Мои родители тоже умерли, когда я был маленьким. Я вообще не помню их.
Эрика вновь посмотрела на фото:
— Знаешь, я никогда не задумывалась об этом, но теперь поняла, что рада тому, что помню её.
Они улыбнулись друг другу.
— Тебе тут нравится? — спросила Эрика.
— Да, — ответил Теодор. — Мне тут нравится всё.
Эрика заморгала и смущённо облокотилась на свой письменный стол. При этом она столкнула на пол стопку листов, которые разлетелись в разные стороны.
Теодор еле сдержался, чтобы не засмеяться:
— Это бумаги из университета Дэвиса?
— Да. Хочешь посмотреть?
Он почти сказал <<да>>, потому что был готов согласиться на что угодно, но вовремя одумался. Всё происходило слишком стремительно и могло зайти очень далеко.
— Не сейчас, — ответил он. — В следующий раз.
— Как хочешь, — пожала плечами Эрика. — Но ты подумай хотя бы над тем, чтобы начать посещать уроки зоологии. Миссис Гаспар — прекрасная преподавательница. Тебе понравится заниматься у неё.
— Ладно, я подумаю. — Он взглянул на Эрику, которая сидела перед ним на корточках. — И ещё я хотел сказать… спасибо тебе.
— За что?
— За то, что желаешь мне добра. За то, что так заботишься обо мне.
Она закрыла глаза:
— Ты и вообразить себе не можешь, как я хочу заботиться о тебе.
Эрика смотрела ему в глаза. Между ними опять возникла эта необъяснимая связь. Их будто притягивало друг к другу. Это было одновременно превосходно и чуток страшно.
Эрика медленно встала и подошла к Теодору.
Всё случилось будто само по себе. Их пальцы переплелись, дыхание смешалось воедино.
Казалось, всё вокруг погрузилось в сияющий туман. Бамс! Что-то стукнулось о стену.
— Не обращай внимания, — прошептала Эрика. — Это полтергейст. — Её губы почти касались его губ.
— Это Роберт, — прошептал в ответ Теодор. — Ему очень худо. Надо попробовать ему помочь.
Теодор был настолько счастлив, что ему хотелось сделать счастливым целый мир.
Эрика простонала:
— Теодор…
— Подожди, я попробую с ним поговорить. Я скоро вернусь.
Эрика пару раз моргнула и попыталась улыбнуться:
— Хорошо, мне по-любому надо покормить кроликов и полить огород. Сообщишь мне, когда у него кончится эта хандра. Я буду ждать.
Теодор направился к спальне Роберта и осторожно постучал в дверь.
— Роб, могу я побеседовать с тобой?
— Не называй меня Робом. Теперь моё имя Фрида.
— Ладно, Фрида, — сказал Теодор.
Он вошёл в спальню и присел на край постели.
Точнее, не постели, а матраса. Простыня с одеялом были скомканы и валялись в углу спальни вместе с подушкой. Спальня выглядела так, будто по ней пронёсся тайфун. В воздухе сильно пахло морскими свинками. Из-под кровати виднелись светлые волосы и два любопытных светлых глаза.
— Я больше не мальчик, — заявил Роберт. — Мальчиков всегда обставляют девочки, и это никогда не изменится. И не надо мне рассказывать эту ерунду, что мужчины всегда на первом месте и везде лидируют. Это меня не интересует. С сегодняшнего дня я буду девочкой.
 
— Очень классно придумано, — одобрил Теодор, — только тебе надо лучше знать историю. Были времена, когда и женщины, и мужчины были равны.