Лидер "Свободы" - 3 (СИ)
Опросив медсестёр, узнал полные имена леди Фон-Кляйн, Рудакова и Косински. Дальше дело техники — найти их профили в соцсетях. Люди любят сами рассказывать о своей жизни во всяких блогах.
Семья Косински держит магазин крафтовых духов «Лес духов». Рудаков трудоголик и соцсетей вообще не ведет. Если бы не упомянутая сестра, вообще бы не узнал о жизни анестезиолога. А он оказывается двинутый на всю голову рыбак! Один из тех смельчаков, которые вылавливают из Москва-реки рыб-мутантов.
Проще всего удалось разузнать детали о Юрии Фон-Кляйн. Вся её родня живет в западной Пруссии, под Берлином. Она врач в четвертом поколении. Все профили в соцсетях пустые, но как о светиле медицинской науки, о Юрии много где пишут. Бла-бла-бла… торакальный хирург… бла-бла-бла… попала в немилость… и так далее.
Выйдя из больницы, первым делом я отправился к Вратам Перехода. Через них добрался до Берлина за каких-то сорок минут. Слава Запретному Городу и всем богам! Теперь для путешествия в Европу, никакая шенгенская виза не нужна. Просто заплати за переход и тебя пропустят. С документами проблем нет. Паспорт гражданина Российской Империи «сильный документ» и дает право посещать почти все известные страны.
Легко удалось разыскать мать Юрии, фармацевта Аду Фон-Кляйн. Мадам держит частную аптеку для привилегированных жителей Берлина. Если коротко, то они делают витамины, дозировка компонентов которых рассчитана под каждого клиента индивидуально. Такова персональная медицина для всех неприлично богатых жителей новой Европы.
Юрия чем-то неуловимо походила на свою мать. Седые волосы, морщины и живой ум, читающийся в пронзительном взгляде. Когда я вошел в аптеку, она уже стояла у прилавка с лекарствами. Опять же, фишка европейцев. Владельцы малого бизнеса, чаще всего сами обслуживают клиентов
— Теперь понятно в кого пошла, Юрия. — Говорю на немецком, обращаясь к даме.
— Простите? — Осознав суть услышанного Ада едва заметно пошатнулась. — Вы знакомы с моей дочерью? Вы не похожи на врача…
Приложив руку к груди, делаю вежливый поклон в знак уважения.
— Леди Фон-Кляйн проводит сложнейшую операцию моему другу, одобренную самим родом Грозных. — Решил я немного подсластить горькую пилюлю. — Юрия просила сказать, что с ней всё в порядке, но она пока сама не может выйти на связь. Ах, да! Ещё она передала вам вот это.
Достаю их хранилища мешочек с малыми камнями энергии порядка. Внутри их сто штук. В пересчете на имперские рубли, выходит ровно миллион.
У женщины от вида содержимого мешочка навернулись слезы.
— Вы не могли бы передать Юрии…
— Мадам! Я пробуду в Берлине ещё час. — Останавливаю поток слез. — Потом я вернусь к вам. Напишите Юрии записку или мы можем передать ей видеосообщение. У меня есть один полезный навык на такой случай. Она увидит вас так, будто сама в этот момент будет находится рядом с вами.
Понятное дело, что через час я и впрямь вернулся в аптеку и записал видео на одно из колец, предварительно попросив мать Юрии его надеть.
Ещё через два часа, я вышел из крафтовой лавки «Лес Духов». Мать Косински тоже решила записать сыну видеопослание. Добрых пятнадцать минут, старушка-парфюмер напоминала сыну, что надо чистить зубы, следить за своим здоровьем и под конец спросила, когда ждать внуков? В общем, классический вариант любящей матери. Ей я тоже оставил зарплату Косински за четыре месяца. Судя по тому, что за время моего присутствия в лавке, к ней никто так и не заглянул, дела у «Леса Духов» идут не очень хорошо.
Последней, нашел сестру анестезиолога. Курносая, пухлая, с удочкой в руках, она рыбачила в Москве-Реке в районе Таганки. Причем делала это днем, наплевав на правила утреннего и вечернего клёва. Даже подкормку в воду не бросала, а просто сидела и смотрела на поплавок.
— Елизавета Рудакова? — Окликнул я девушку. — Ваш брат просил передать, что постарается вернуться домой к моменту вашей свадьбы.
В ответ тишина. Секунд пять ничего не происходит. Всё это время девушка смотрит на поплавок, а потом вдруг шумно вздохнула.
— Посадили Федьку, значит⁈ Ну почему всем нормальные братья достались, а мне безмозглый олень! Даже с зоны меня троллить умудряется. — Наконец Лиза повернулась ко мне. — Парень, ты глянь на меня! Где я, и где свадьба? Кому нужна девушка разбирающаяся в видах рыболовных крючков? У меня в Гигстаграмме фотки, как я с мужиками в гараже движок Жигуля перебираю! Да на меня даже рыба не клюет! Какая нахрен свадьба?
Хм⁉ Вообще-то по статистике трем процентам мужчин нравится именно такие… дамы. Лысому например! Он во время кастинг-вечеринки, хватался за девушек покрупнее. Но тут проблема в вере Лизы в собственную привлекательность. А значит проблему надо решать в стиле Тимофея Царенко.
Достаю из хранилища ещё один мешочек с малыми камнями энергии порядка. Напрягая голосовые связки начинаю говорить голосом робота.
— Здесь примерно миллион империалов! — Вручаю посылку в руки впавшей в ступор Лизы. — Твоего брата и меня похитили инопланетяне. Меня зовут Самойлов РИ-1. Мне удалось сбежать из плена, прихватив деньги из сокровищницы. Последними словами Фёдора было «Самойлов… кхе… скажи моей сестре Елизавете, что клингонцы наступают! Она должна успеть насладиться жизнью. Пусть перетрахает в память обо мне три борделя… кхе… сделает пирсинг и набьет татуху в форме розового пони…» Лиза… Пшшш… Лиза! Твой брат был самый странный русский, которого я знал! Ему понравилось анальное зондирование…
Ничего не объясняя ухожу, стараясь выдать максимально дикую походку. Дергаю плечом, выпячиваю зад и каждые три шага делаю странный прыжок… Вух, вот и поворот. Можно перестать придуриваться.
* * *17:32, Москва, 9 августа 2030 года
Военный Госпиталь им. Склифосовского
После двух процедур очистки, хирурги втихаря смогли-таки впустить меня в помывочную, где я и встретил уставшую команду леди Фон-Кляйн. У них наметился очередной плановый перерыв в ходе операции над Торвальдом.
— Самойлов? — Леди устало стянула с рук окровавленные перчатки. — Нам в операционной, коллеги показали вашу кастинг-вечеринку. Я то думала, почему вас все врачи узнают, а одна я не в курсе.
— Работа такая. — Пожимаю плечами. — Как там мой насквозь больной друг? Новых дырок ему на заднице не добавили?
— Жить будет. — Юрия фыркнула. Моя шутка считается заезженной в среде хирургов. Но дама расслабилась, в чем и была цель беседы. — Голову, тело и руки мы уже прооперировали. Раны на физическом теле восстанавливают команды хирургов из институт Сеченова. Зоной пояса и ног, сейчас занимается… в общем всё хорошо.
Фон-Кляйн устало отмахнулась. Всё-таки она с командой уже восемнадцать часов из операционной не вылезает.
— От мамы Косински. — Первым достаю из хранилища три тарелки супа и пирог, накрытый пищевой плёнкой. — Ещё тепленькое. Съесть лучше прямо сейчас.
— Мама пришла! — Хирург-синестезист с радостной улыбкой потянулся к тарелке.
— Стоять, задроты! — Леди рыкнула схватил ассистента за шиворот. Рудаков опасливо вжал голову в плечи. — А ну все марш из помывочной в процедурную! Развели тут антисанитарию.
Три минуты спустя оголодавшие от тюремной еды хирурги накинулись на гостинцы от мамы Косински. Застучали ложки об тарелки. Едва показалось дно, как на столе из пустоты возникла кастрюля с пельменями. По причине всё тех же высоких ступеней личного развития, у троицы сидельцев высокий уровень метаболизма. Так что приступ сонливости от перееданиям им не грозит.
— Уф, наелась! — Юрия сытой кошкой распласталась на скамейке для персонала. — Уже забыла, как вкусна стряпня семьи Косински.
Видимо черта синестезии у них семейная. Потому и готовят всё вкусно.
— Тогда с Косински и начнем.
Щелчком пальцев создаю телепатическую сеть для себя и троицы отдыхающих хирургов. Следом активирую психометрию для считывания послания записанного в кольце матери Косинки. Посылаю картинку в ментальное облако, чтобы всё присутствующие могли насладится картинкой.