Веятари (СИ)

Этот вопрос был слишком личным, но я должна была знать.
Лиар покачал головой:
— Нет. Я попал туда только один раз. На те самые двенадцать часов. И однажды был близок к тому, чтобы оказаться там снова, — не дожидаясь моего вопроса, он поделился ответом: — На первом балу Сешаи она потребовала от меня участвовать в боях. Я знал, что они собой представляют, и наотрез отказался. Сеши пригрозила, что отведет меня в игровые покои. Но отказалась от этого намерения в обмен на мое обещание больше ни в чем ей не перечить.
— Так ты… в этих боях никогда не участвовал? — уточнила я.
— Нет. Я бы не смог… — тихо ответил он.
Гордый… несмотря на то, во что превратили своих атари веятэ, у Лиара чувство собственного достоинства сильнее стремления угодить веятэ, взращиваемое этими заносчивыми аристократками. Лучше бы они с таким энтузиазмом телар уничтожали, как атари третируют! А ведь парни уже смирились.
Меня передернуло от воспоминаний.
— Может, сделаем вид, что никуда сегодня не ездили? — предложила я. — Забудем об этом бале как о страшном сне?
— Я только за, — Лиар как-то расслабился, даже Бусинку выпустил. — Но ты слышала, что сказала Императрица?
Я скривилась, вспомнив, что и моу Серреви советовал то же самое.
— Слышала. Но мы ведь просто выполняем свою работу, а вовсе не стремимся выделиться. И оставлять людей в опасности только потому, что Императрице не угодна безродная веятэ, я не собираюсь.
— Но ведь тогда ты окажешься в опасности.
— Это не страшно. Страшно знать, что нет никого, кто мог бы тебе помочь.
— Довольно странное утверждение, — он нахмурился. — Почему ты вообще так считаешь?
Я немного помолчала, а затем ответила без особого желания:
— Потому что однажды мне нужна была помощь, но никто мне ее не оказал.
— Расскажешь? — осторожно попросил Лиар.
Бусинка запрыгнула мне на руки, и я вздохнула. Что ж, он ведь поделился своими плохими воспоминаниями.
— Мне было… лет десять или около того. Однажды меня схватил незнакомый мужчина и поволок в ближайшую подворотню. Среди белого дня, вокруг было много прохожих, но на мои крики о помощи никто не откликнулся. Я понимала, что ничего хорошего меня не ждет, и сопротивлялась до последнего. Мне повезло…
На миг проскользнуло воспоминание. Чужие пальцы, до синяков вцепившиеся в мои предплечья, безнадежное трепыхание, надвигающая тьма подворотни, сорванный от криков голос. И отчаяние, черной волной затопившее меня — никто не поможет. Я не сдалась тогда, не позволила отчаянию лишить меня сил. До сих пор помню вкус крови того негодяя — с такой силой я его укусила. От смеси боли и неожиданности он на мгновение ослабил хватку, и я сбежала.
— Кто-то все же помог? — тихо спросил Лиар.
— Нет. Справилась сама. Удалось убежать. Именно тогда я решила, что должна стать сильной, чтобы никто больше не мог причинить мне вред. И начала заниматься шайнским боем.
Лиар удивленно смотрел на меня, и я умолкла, недоумевая. Чего это он?
— Я что-то не пойму, — пояснил он. — Ты была в опасности, тебе никто не помог, и ты все равно считаешь, что должна помогать людям? Тем, кто оставил тебя в беде? Почему?
— Потому что я знаю, каково это, — я пожала плечами. — Когда не на кого рассчитывать, а своих сил может и не хватить. И, если я могу не допустить такого, я должна это сделать. Понимаешь?
  
7. Недопонимание
 
Как бы я не сетовал на судьбу, которая свела меня с безродной веятэ, в действительности жаловаться мне было не на что. Лисса оказалась именно такой, какой выглядела — честной, справедливой и бесстрашной. А еще ей нравилось то, что она делала, и ко мне она относилась действительно, как к равноправному партнеру. Она не покушалась на мою часть заработка и не требовала отчитываться о тратах. Да и в целом не требовала ничего помимо основной работы. Поначалу к этому было сложно привыкнуть, слишком свежи воспоминания о капризах Сешаи. Казалось странным, что можно прожить день без скандала, настаивать на своем и не беспокоиться о том, что сказал или сделал что-то, что не понравится веятэ. Но за полгода работы с Лиссой это стало для меня нормой.
  
Тем более, что рядом не было никого, кто мог бы упрекнуть меня безродностью моей веятэ. Сеши в свое время почему-то не особо общалась с другими веятэ, поэтому и у меня среди атари близких знакомств не завелось. И сейчас у меня нет ни знакомых, ни приятелей, перед которыми мне было бы стыдно за происхождение Лиссы. Меня это полностью устраивало, позволяя смириться с положением дел.
Поэтому приглашение на императорский бал меня не обрадовало. Хотя у меня в принципе с императорским дворцом были связаны малоприятные воспоминания. Что первый мой визит, о котором я желал бы забыть, что второй, с Сешаей. Надежды на то, что в третий раз что-то изменится, я не испытывал. Вот только и проигнорировать такое приглашение было невозможно.
Подход Лиссы к этому визиту меня удивил. Когда на свой первый бал собиралась Сеши, она потратила кучу времени и денег на то, чтобы пошить платье, все ее мысли были заняты только им. А Лисса вообще от платья отказалась. Я понимал ее аргументы, в прошлый раз мне тоже было безумно жаль потраченных на бесполезную роскошь денег. Но Лисса не была аристократкой, поэтому я счел, что ее идея вполне приемлема.
И, разумеется, она даже не подумала о том, что следует навести красоту. Я счел, что она отмахнется от такой необходимости, если я попытаюсь убедить ее, и поэтому пригласил мастера сам.
Результат мне понравился. Лиссе и без того шла парадная форма веятэ, а после работы мастера я и вовсе не мог глаз отвести от девушки. Лисса не была красавицей, но мастер сумел подчеркнуть ее миловидность, отчего образ моей веятэ обрел странное очарование. Я будто впервые увидел ее — не яркую красотку, но очень привлекательную и неожиданно женственную молодую девушку. С такой было совсем не стыдно появиться в императорском дворце.
Конечно, если бы я этого хотел. Но визит в это место не принес бы мне удовольствие даже сопровождай я самую прекрасную веятэ империи.
Оставалось надеяться, что те правила этикета, что я старался вложить в голову Лиссы в последнюю неделю, девушка усвоила, и мы переживем этот вечер без потерь.
Выдержка Лиссы меня порадовала. Несмотря на язвительные смешки и презрительный шепот, в центре которых она оказалась, моя веятэ оставалась спокойной и держалась с достоинством. Я поразился, как выгодно отличается она от остальных гостий дворца. Форма подчеркивала ее фигуру, какой едва ли могли похвастаться присутствующие на балу дамы. Ведь большинство веятэ не утруждало себя физическими тренировками, в бою полностью полагаясь на своих атари. А осанкой и уверенной безмятежностью Лисса могла сравниться с самой императрицей. Невольно ощущая гордость за свою веятэ, которая ничуть не растерялась в обществе стольких моу, я и сам высоко держал голову, игнорируя чужое внимание.
Но все же я хотел бы оказаться подальше отсюда.
Лисса оказалась не настолько непрошибаемой, как я успел вообразить, и красота бальной залы ее определенно впечатлила. Не роскошью, потому что к подобным вещам Лисса была равнодушна. Но здесь действительно было красиво, и она это оценила. Следом за Лиссой я кружил по зале, рассматривая картины и статуи, пока меня это не утомило.
Но, когда я отправился за напитками, меня ждал неприятный сюрприз.
На балу присутствовала Сешая. И она меня заметила.
Признаться, я не хотел с ней разговаривать. Обида на ее жестокость так и не прошла, она поступила со мной несправедливо, и меньше всего я хотел ее видеть.
— Лиар, — Сеши подошла ко мне с высокомерной улыбкой. — Как неожиданно увидеть тебя здесь.
— Взаимно, — холодно улыбнулся я, сознательно задев.
За те пять лет, что мы провели вместе, она удостаивалась чести быть приглашенной на бал в императорский дворец лишь однажды, как любая юная веятэ, поразившая своего первого телара. Ничего другого выдающегося, что позволило бы ей получить другие приглашения, она не совершила, и сейчас, скорее всего, попала сюда благодаря успехам команды, а не личным достоинствам.