Власть книжного червя. Том 4 (ЛП)

Я думала, что будет лучше, если Сильвестр или Вилфрид возьмут этих ребят к себе, потому что их собственный близкий круг был сейчас не до конца сформирован. Но, если бы той, кто возьмет этих детей была я, то имея за своей спиной тень Лейзенгангов, я могла бы нанести серьезный удар по бывшей фракции Вероники.
— Подожди. Ты собираешься взять их на службу в качестве вассалов, а не просто наградить или похвалить за усердие? Ты как всегда спешишь. Это слишком опасно — предпринимать подобные действия в связи с произошедшим.
— Это не поспешное решение. Я видела их работу в королевской Академии. Прием Хартмута и Брунгильды был куда более поспешен, учитывая, что я приняла их, никогда не встречаясь с ними ранее и почти ничего о них не зная.
Я знаю, что с точки зрения моих опекунов этот выбор вовсе не был поспешным. Они тщательно отбирали всех кандидатов в мои вассалы, проверяя их прошлое и навыки. Но мне пришлось принимать тех, кого я никогда не встречала и о ком не имела никакой информации. За детьми из бывшей фракции Вероники я, напротив, наблюдала в течении всего года обучения в Академии.
Сначала они не решались сотрудничать со студентами из других фракций, но после того как я лично разделила их на группы, и мы начали наше учебное соревнование, то они почти сразу влились в процесс не допуская со своей стороны никаких склок внутри групп. В мгновение ока все переключились от вражды и начали работать вместе, делясь информацией и помогая друг другу. Даже когда дело дошло до сбора информации о других герцогствах по моему запросу, они проявили себя с лучшей стороны, предоставив информацию об Аренсбахе, которую можно было получить только изнутри. Так же они сильно помогли во время подготовки к межгерцогскому турниру. Насколько не были бы аристократы искусны в ношении масок, невозможно держать ее постоянно. А потому во время совместных дел у меня иногда появлялась возможность заглянуть под нее.
Не говоря уже о том, что я не настолько плохо разбираюсь в людях…
— Понимаю. Полагаю с твоей точки зрения это и не поспешное решение, но это не меняет того, что оно будет казаться таким для окружающих, — Фердинанд слегка покачал головой. — Любым детям из бывшей фракции Вероники потребуется значительно больше достижений и времени, чем любому другому ребенку, чтобы получить право пойти к тебе на службу. Тем не менее, я бы посоветовал продолжать поощрять и награждать их за стремление к подобному. У тебя есть идеи насчет того, какая награда будет уместна на этот раз?
Это был сложный вопрос. Я уже говорила, что хочу взять их в свои вассалы. Была ли какая то другая награда, которая смогла бы так же упростить их привязку к нашей фракции и в то же время максимально снизило предубеждение к ним со стороны взрослых.
— Если прием их ко мне на службу не рассматривается… Я хочу предложить то, о чем уже говорила раньше. Как насчет того, чтобы изменить условия контракта и позволить им изучить мой метод сжатия маны?
— Твой метод сжатия… Хм, — Фердинанд явно задумался над подобным вариантом.
На данный момент мы учим только тех дворян, которые уже прочно вошли в число членов фракции Флоренсии, но если мы продемонстрируем готовность учить и других, в награду за помощь в решении каких либо вопросов, то это может поспособствовать будущему сближению с ними, чтобы привлечь их на нашу сторону.
— Они сетовали на то, что не могут выбирать свою фракцию самостоятельно. И подчеркивали, что к тому моменту, когда у них появится возможность изучить мой метод, разрыв между ними и детьми из других фракций станет слишком велик, потому что будет потеряно очень много времени, которое могло бы быть потрачено на обучение.
— Не удивительно. Твой метод сжатия серьезно влияет на рост объема маны. Достаточно сравнить Лампрехта и Дамуэля или Ангелику и Корнелиуса с их ровесниками, чтобы увидеть эту разницу.
— Разве распространение этого метода не было изначально направлено на решение нашей проблемы с недостатком маны? — спросила я. — Подписание контрактов на обучение методу сжатия с теми, кто в будущем встанет на нашу сторону, позволит им развить свои объемы в период основного роста.
 
Фердинанд внимательно слушал мои аргументы, хмурясь на некоторых из них. Но тот факт, что он не отверг мою идею сразу, давал надежду на то, что, в конце концов, он ее одобрит.
— Я не могу сказать, согласятся ли с этой идеей остальные. Но включение детей из бывшей фракции Вероники в нашу на данный момент является основным приоритетом, — ответ Фердинанда можно было расценивать как согласие. — Рано или поздно наступит время, когда нам придется делать выбор: принять их в свои ряды, а через детей перетянуть и родителей или принять только младшее поколение, чтобы не дать ошибкам старших загубить их таланты и стремления. И я боюсь, что этот выбор нам придется делать очень скоро.
— Соглашусь. Если темп нагнетания конфликта не уменьшится, то противостояние между родителями, которые хотя опереться на силу Аренсбаха, и их детьми, желающими самостоятельно выбирать свой путь, будет только усиливаться. И всем несовершеннолетним, которых мы собираемся взять к себе, потребуются опекуны, — я не могла самостоятельно позаботиться обо всех детях из бывшей фракции Вероники, это был долг Сильвестра, как ауба Эренфеста. Я лишь могла надеяться, что он не забудет их лояльность к нему.
— Я понял твою позицию и донесу ее до остальных.
После того, как я окончательно встала на ноги, я вернулась к своему обычному расписанию. Письмо из нижнего города мне передали в то же время, когда Хартмут и Филина вернулись к своей работе в храме для того, чтобы сопровождать меня. Отправителем была компания Гильберта, которая занималась организацией конкурса красильщиков. Они просили о встрече для обсуждения вопросов касающихся конкурса, так что назначив дату встречи, я отправила ордоннанц и Брунгильде, чтобы пригласить и ее.
— Брунгильда, скоро в храме пройдет встреча с представителями компании Гильберта, чтобы обсудить предстоящий конкурс. Ты будешь присутствовать? Я надеюсь, что посещение храма покажется тебе более приятным, чем визиты в нижний город Грошеля.
Ее ответ пришел почти сразу:
— Не волнуйтесь за меня, я буду присутствовать. В конце концов, Филина и Хартмут спокойно посещают храм.
Похоже, Брунгильда больше не возражала против посещения храма. Ее сопротивление по этому вопросу значительно уменьшилось после регулярных визитов в мастерские нижнего города. Так же она регулярно общалась с другими моими вассалами, которые посещали храм почти ежедневно.
— Хартмут, что ты рассказывал о храме? — спросила я у своего ученика-чиновника.
— Что здесь так же чисто, как и в замке, а нравы такие же строгие. Просто вместо дворян — жрецы. Но даже те, что носят серые рясы, и по сути являются простолюдинами, достаточно образованы, чтобы беседы с ними не были неприятны.
— Я тоже рассказывала Брунгильде о своей работе здесь, — улыбнулась Филина, присоединяясь к разговору.
— Леди Розмайн, — сменил тему Хартмут. — Если предстоящая встреча с компанией Гильберта касается конкурса, то я бы посоветовал пригласить не только Брунгильду, но и поставить в известность о предстоящем собрании и леди Эльвиру.
Я последовала его совету, и в результате было принято решение, что и Брунгильда, и Эльвира посетят эту встречу. Вместе с несколькими рыцарями стражами и чиновниками в качестве сопровождающих матушки.
Из-за их присутствия я не могла использовать покои директора приюта для проведения собрания, вместо этого мы подготовили комнату недалеко от ворот соединяющих храм с дворянским кварталам. Эту гостиную планировали и в дальнейшем использовать для встреч между дворянами и купцами из нижнего города.
— Мы уже в пути, — Эльвира отправила мне ордоннанц в тот момент, когда они покинули территорию замка.
Я попросила Николу подготовить чай и сладости, а сама в сопровождении Франа, Моники, Ангелики и Дамуэля, отправилась к воротам. Я внимательно вглядывалась в небо, и вскоре смогла заметить верховых зверей, которые в четком построении летели со стороны замка. Их было несколько больше, чем я ожидала. Помимо Эльвиры и Брунгильды тут так же были два чиновника и три рыцаря стража.