Власть книжного червя. Том 4 (ЛП)

Ханнелора, очевидно, впала в панику, совершенно не зная, что делать. Вилфрид сделал все возможное, чтобы утешить её, перенеся подобную травму в прошлом, а именно, когда он взял меня за руку и побежал во время церемонии моего крещения, которая закончилась тем, что я потеряла сознание и ударилась до крови. Зимой того же года произошел еще один инцидент, когда хватило всего одного снежка чтобы вырубить меня, что также напугало его друзей и рыцарей охраны. Можно было с уверенностью сказать, что о моем здоровье в Эренфесте сейчас ходило много разных слухов.
— Я снова и снова говорил леди Ханнелоре, что ей не нужно переживать, потому что, как бы страшно это ни выглядело, ты будешь в полном порядке, когда проснешься. Твои вассалы также сказали ей, что это не её вина, но наши попытки утешить её, похоже, не сработали, — объяснил Вилфрид. — В итоге я проводил её до общежития Дункельфельгера, объяснил лорду Лестилоуту, что произошло на чаепитии, а затем осторожно извинился за то, что встревожил леди Ханнелору. Ты ведь понимаешь, что это значит?
Чаепитие состоялось вскоре после нашего матча по диттеру, поэтому Лестилоут, который с горечью назвал меня обманщицей и далеко не святой, по-видимому, смотрел на Вилфрида и его сопровождающих с весьма недобрыми намерениями.
— Ум… Мне жаль, что я заставила вас всех пройти через это.
— Я не думал, что тебе потребуется целых два дня, чтобы проснуться. Ты же знаешь, что межгерцогский турнир состоится завтра?. Кроме того, почему ты вообще упала в обморок на этот раз? Не было похоже, чтобы случилось что-то необычное.
Все просто — леди Ханнелора такая очаровательная милашка, что я вся стала просто сама не своя. Я открыла рот, чтобы сообщить ему это, но потом остановилась. Подождите ка… Разве после подобного объяснения я не буду немного похожа на извращенку? Наверное, мне стоит объяснить это другими словами. Мм… Можно бы сказать, что я была очень рада, что завела новою подругу. Нет, нет… Я слишком взволновалась для чего-то подобного.
Пока я пыталась найти благопристойное объяснение, позади меня раздался низкий мелодичный голос. — Я тоже хотел бы услышать, почему ты упала в обморок, Розмайн.
Мое сердце пропустило удар, и такой сильный холод пробежал по спине, что я могла бы поклясться, что по ней провели куском льда.
— Ф-Фердинанд…?! — Я была так удивлена, что мой голос сорвался, и я резко обернулась, чтобы увидеть, как мужчина смотрит на меня сверху вниз. Его глаза были полны раздражения, и его взгляд практически кричал: “Ты посмела создавать проблемы, пока я так занят?” Экхарт тоже стоял рядом, исполняя роль рыцаря-стража.
— По настоянию Рихарды, я с большой неохотой отправился сюда, — продолжил Фердинанд, — но теперь я вижу, что ты выздоровела самостоятельно.
— Она проснулась только перед завтраком, — успокаивающим голосом сказала ему Рихарда.
При этих словах Фердинанд перешел от ледяной улыбки к своему обычному безучастному выражению лица. — Мне по любому придется выяснить все подробности. Пойдем, — сказал он мне.
— Хм, но… межгерцогский турнир состоится завтра, и мне нужно многое подготовить. — Я завуалировано просила Фердинанда отложить чтение нотаций на другое время, но он оглядел обеденный зал и сделал сухое объявление.
— Тебе не нужно беспокоиться о межгерцогском турнире. Было решено, что ты не будешь участвовать в нем.
— Подождите… что?
— Ты не будешь участвовать в межгерцогском турнире, — повторил он. — Это решение ауба, и мы сейчас его обсудим. Рихарды и Юстокса будет достаточно для исполнения ролей твоих сопровождающих. Все остальные, готовьтесь к завтрашнему дню.
Ошеломленная, я позволила Рихарде затолкать — завести меня в боковую комнату для обсуждения. Экхарт встал на пост перед дверью; только Фердинанд, Рихарда, Юстокс и я вошли внутрь.
— Проверь миледи, прежде чем начнешь разговор, мой мальчик.
— Я знаю. Сюда, Розмайн.
Я подошла к Фердинанду, который изящным движением опустился в кресло. После он повел себя как семейный земной врач — он коснулся моей шеи, запястий и осмотрел меня со всех сторон.
 
— Я вижу, твоя мана уже успокоилась, — сказал он. — Ты понимаешь, что с тобой произошло? Согласно отчету Юстокса, они могли предположить, что ты слишком разволновалась из-за представления, и того что тебе собирались одолжить книги.
-..Да так оно и было.
Это был мой первый раз, когда я подружилась с другим книжным червем, и мое волнение взяло верх надо мной. Книги были редки и дороги в этом мире, поэтому из этого следовало, что
очень немногие увлекались чтением. Я сомневалась, что когда-нибудь найду другую девушку своего возраста, которая была бы одновременно любительницей книг и имела бы достаточно схожий со мной статус, чтобы мы могли непринужденно общаться. Для меня Ханнелора была бесценной подругой, которой я ни при каких обстоятельствах не могла позволить ускользнуть от меня.
— Я была так взволнована тем, что обзавелась подругой любящей чтение, что начала возносить молитву. Юстокс остановил меня, так как молитва и раздача благословений на чаепитии — неприемлемо, но мана уже была высвобождена во мне. Она бушевала в моем теле, пока я не потеряла сознание.
— Значит, количество высвобожденной манны превысило твои возможности управлять ею. Как и ожидалось. Это хорошо, что твоя мана успокоилась. Проблема в твоей новой подруге. Кто, собственно, она? — спросил Фердинанд, снова вперив в меня свирепый взгляд. Я вспомнила все, что знала о Ханнелоре.
— Она леди Ханнелора, кандидат в эрцгерцоги от Дункельфельгера. Её милые (кроличьи) черты лица делают её очаровательной, к тому же она страстная любительница чтения. Мы пообещали друг другу обменяться книгами. У меня есть подруга, с которой я теперь могу обсуждать книги! Ах, это потрясающе!
— Дура. Ты начинаешь опять излишне волноваться, — сказал Фердинанд, в его голосе отчетливо слышалось разочарование. Он подтолкнул меня вперед, прижал один фей камень к моей голове, а затем быстро заменил его другим. — Мне кажется, что тебе следует избегать этой подруги, иначе при встрече с ней ты опять потеряешь сознание.
— Ах. — Я наблюдала, как фейкамень быстро менял цвет, явный признак того, что я действительно была слишком взволнованна. Рихарда покачала головой, как бы говоря, что я неисправима.
— Леди Ханнелора была очень обеспокоена, когда вы упали в обморок, миледи. Возможно, было бы разумно и ради неё самой держаться от неё на расстоянии.
— …Я обязательно сдержу свое волнение, поэтому, пожалуйста, не говорите таких жестоких вещей. Не отнимайте у меня моего первого друга любящего книги.
— У тебя никогда раньше не было друзей, которые любили бы книги?
Я была близка со многими чудаками в дни когда меня звали Урано, и у всех у них были весьма необычные хобби, к которым они испытывали сильную привязанность. Однако с тех пор, как я пришла в этот мир, у меня не было подобных друзей, ни в качестве Майн, ни в качестве Розмайн. Даже Лютца, который потратил так много времени на создание книг вместе со мной, нельзя было назвать книжным червем. Для него книги были товаром, а не вещами, которые можно читать и получать удовольствие.
— Это первый любящий книги друг, которого я завела с тех пор, как оказалась здесь, — ответила я. — Книги так дороги, что даже дворяне, как правило, не владеют ими в большом количестве, не так ли?
Взаимная любовь к чтению была причиной того, что я была в хороших отношениях с Филиной, но я была кандидатом в эрцгерцоги, а она — низшая дворянка; мы не могли общаться и обсуждать книги, как равные. Она была моим вассалом, и я не могла относиться к ней как к кому-то иному. С её точки зрения, я была её госпожой и кем-то, с кем она должна была быть очень осторожной; ей нужно было все время следить за нашим окружением и не в коем случае не стать ко мне слишком близкой. Мы не были друзьями, а скорее госпожой и её верным слугой.
— Леди Ханнелора, однако, является кандидатом в эрцгерцоги Дункельфельгера; у нее почти наверняка есть впечатляющая библиотека. Мне нужно будет продолжать делать как можно больше книг, чтобы я могла одолжить ей столько же сколько она одолжит мне.