Власть книжного червя. Том 4 (ЛП)

— Ааа…. Ладно, ты просто молодец, тебе нет равных. — Произнес Бенно монотонным голосом и, по-моему мнению, излишней силой, так как моя голова все еще была чувствительной от его костяшек пальцев, погладил меня по голове. Я надула щеки и начала жаловаться, но Лютц только покачал головой и ответил с расслабленной улыбкой:
— Ты жалуешься и все же улыбаешься ему. Мне кажется, что тебе действительно нравятся такие вещи, так как ты не можешь делать этого с дворянами, верно?
Я тут же замолчала. Лютц был совершенно прав — я испытывала такую ностальгию по такого рода разговорам и поведению и была счастлива снова наслаждаться ими. Бенно и Марк раздраженно покачали головами, а я улыбнулась.
— Кстати, насчет чиновников — как ты собираешься их обучать? — Спросил Бенно.
— Мне нужно, чтобы они были способны разговаривать с простолюдинами на одном языке, но почти никому из дворян, которых я знаю, нельзя доверять эту работу. Вы знаете кого-либо подходящего? — Спросила я.
Бенно и Лютц сразу же предложили Юстуса. Он быстро работал и, в отличие от высших аристократов в Халдензеле, на самом деле позаботился узнать мнение Компании Плантен. Пока я спала, он легко поддерживал порядок в работе с компанией.
— Юстус личный чиновник Фердинанда, а Фердинанд не хочет давать мне его взаймы, — пожаловалась я, оплакивая свои обстоятельства. Но пока я раздумывала, не спросить ли мне его еще раз, Марк поднял руку.
— Я полагаю, что гильдмастер знает намного больше аристократов чем мы и он сможет выбрать
тех с кем можно об этом поговорить. Его рекомендации также, вероятно, будут иметь больший вес, чем наши, учитывая, что наш быстрый рост сопровождался столь же быстрым ростом недовольства в наш адрес.
— Собираешься свалить всю тяжелую работу на старикашку? — С усмешкой спросил Бенно.
— Он просто лучше всех подходит для этой работы, — спокойно ответил Марк со своей обычной улыбкой.
— Ладно. В таком случае попробуйте попросить гильдмастера составить для меня список кандидатов. Я посоветуюсь с эрцгерцогом, кого из них лучше использовать, — сказала я. — Кроме того, Матушка предложила, использовать для этого чиновников, работающих на Гибов? Они знакомы с жизнью простолюдинов и она сказала, что они полностью посвятили бы себя своей работе, если бы это означало обогащение их родных провинций. Как у вас все прошло в Хальденцелле?
Я еще не была в Хальденцелле, но и Лютц, и Бенно были там вместе с другими Гутенбергами; они наверняка знали, как действовали местные чиновники.
— Только мастер Бенно и Дамиан встречались с Гибом Хальденцелле, — сказал Лютц. — Слуга бывший нашим с остальными проводником по городу — может быть, он был чиновником? Мне показалось, что простолюдины и дворяне там были немного ближе, чем в Эренфесте.
— Если мы будем набирать средних дворян, а не высших, это может сработать… — размышляла я вслух. — Или нет, может быть, еще лучше будут низшие дворяне.
В Иллгнере отсутствие дворян, работающих чиновниками, привело к тому, что Гибу Иллгнеру пришлось самому посещать мастерскую по изготовлению бумаги, чтобы проверять продвижение работ. В Иллгнере моим работникам было предоставлено достаточно самостоятельности, но в Хальденцелле такого может и не быть.
— Провинция зимой просто замерзает целиком; люди борются за жизнь, если благословения уменьшаются хотя бы ненамного, им грозит смерть, поэтому они в конечном итоге привыкли объединяться чтобы выживать. Они суровы к посторонним и не очень открыты для новых идей… но как только они стали немного более привычны к нам и восприимчивыми к тому что мы рассказывали, работа начала спориться очень быстро.
Очевидно, им потребовалось много времени, чтобы принять новые ремесла и способ ведения дел. Такова была их провинциальная культура, что было вполне обычным делом, но как же трудно было преодолевать подобные препятствия.
— А весной мы начнем строить в Хальденцелле мастерские по изготовлению бумаги… — почти простонал Лютц, скрестив руки на груди.
— в чем дело? — Встревожено поинтересовалась я.
 
— В Хальденцелле растет гораздо меньше деревьев, чем в Иллгнере и я не знаю, подойдут ли эти деревья для изготовления бумаги. Я понимаю, почему им нужны мастерские по изготовлению бумаги, но я думаю, что им лучше просто покупать себе бумагу в другом месте, когда у нас будет больше мастерских к северу от Эренфеста. А мастерские в Хальденцелле мы должны строить на самом юге провинции. Не могла бы ты донести до них эти наши предложения?
— Конечно смогу. Можешь на меня рассчитывать. И еще, Бенно, насчет поездки Гутенбергов…
Мы продолжали обсуждать вопросы, начиная от типографии и заканчивая нашими семьями, от важных вопросов до мельчайших из мелочей. Наш разговор продолжался до тех пор, пока, в конце концов, я не почувствовала полное облегчение.
Я с улыбкой проводила Лютца и остальных и все они улыбнулись в ответ. Они простили меня, сказав, что поездка не была пустой тратой времени благодаря этому разговору. И с этими словами работники компании Плантен простились со мной.
  
Том 4 Глава 348 Встреча с Гибом Хальдензелле
 
— Верховный жрец сказал навестить его сегодня днем, — сообщил мне Зам, когда я вернулась в покои Верховного епископа. — Он, несомненно, тревожится о вас.
Я посмотрела на кожаную сумку, которую дал мне Фердинанд. Может быть, мне следует показать степень моей признательности, превратив все фей камни в этот золотой песок…
— Я рада видеть, что вы снова хорошо выглядите, леди Розмайн, — сказала Моника с приятной улыбкой. Я была удивлена, увидев, что она уже готовит обед; похоже, разговор с Лютцем и остальными длился гораздо дольше, чем я думала.
Поев, я отправилась в покои Верховного Жреца. Фердинанд, вероятно, разозлился из-за того, что я немедля нарушила наше расписание и заставила нас вернуться в храм пораньше. Я не смогла не поежиться, когда вошла в его кабинет и сурового взгляда, который он бросил на меня в тот момент, когда я попала в его поле зрения, было достаточно, чтобы заставить меня вздрогнуть.
— Фердинанд, я искренне сожалею о доставленных вам сегодня неудобствах.
— Ты действительно доставила мне неудобства. Однако… Я вижу, ты снова здорова.
— Именно благодаря вашему вниманию мои страхи были побеждены и ко мне вернулись силы.
Фердинанд проверил цвет моего лица, прежде чем указать на кожаную сумку в моей руке: — Были ли они тебе полезны?
— Весьма полезны. Я очень вам благодарна. Я в очередной раз была удивлена тщательностью ваших приготовлений, — сказала я, возвращая сумку.
Фердинанд проверил содержимое, затем выражение его лица сменилось гримасой, и он постучал себя по виску: — Похоже, я предоставил их меньше, чем было необходимо. И все же, если ты превратила в пыль столько фейкамней, я могу представить, насколько ты была взволнована. Лучше уж так, чем ты, буйствующая под их влиянием в замке, но все же… Мне нужно будет придумать, как справиться с этими ситуациями, не полагаясь на компанию Плантен.
— В этом нет необходимости, Фердинанд. Теперь я чувствую себя лучше. Я сделаю все, что в моих силах, чтобы продолжать распространять книги! — Заявила я. Я, конечно, не хотела, чтобы он начал придумывать что-нибудь, что разорвало бы мою связь с компанией Плантен.
— Делай только то, на счет чего мы уже приняли решение, — последовал ответ Фердинанда. — Твое поведение имеет привычку становиться крайне ненормальным, когда ты делаешь все возможное для достижения какой-либо цели.
— Ух… Ладно, ладно… Тогда скажите мне, что мы решили делать.
Мы перешли к обсуждению моей предстоящей встречи с Гибом Хальденцелле. Теперь, когда магические контракты были аннулированы, эрцгерцог сможет разрешить создать новые мастерские по изготовлению бумаги. Эта встреча в основном должна была быть посвящена долгосрочному пребыванию в провинции Гутенбергов. Я также еще и доложила Фердинанду о том, что только что сообщил мне Бенно.