Ветер перемен (СИ)

Поединок все продолжался. Красный Змей безостановочно выкрикивал угрозы в адрес Клигана, каждый миг напоминая ему о том, что он сделал.
Похоже, Гора начал уставать. Проворный соперник, тяжелые доспехи и оружие, припекающее солнце — всё это мало-помалу вытягивало из него силы.
Копье Оберина в очередной раз выбило искры из щита Горы. Мартелл изобразил обманное движение, Гора на миг открылся, и копье незамедлительно ударило в глазную щель — Красный Змей весь вытянулся, вкладывая в удар силу и точность, и доставая соперника.
Гора сделал шаг назад и со стоном опустился на одно колено, вслепую отмахиваясь мечом.
Копье продолжало жить своей жизнью. Доспехи Горы и до этого боя были все в царапинах и вмятинах, но того, что случилось сегодня, уверен, они еще не переживали.
— Ты убил мою сестру. Ты изнасиловал ее, — Оберин уже кричал, как заведенный продолжая говорить одно и то же. Его язык выплевывал слова, а копье продолжало колоть.
— Заткнись. Я убью тебя. А потом обоссу твой поганый труп, — Григор зарычал и стало ясно, что принц наконец-то вывел его из себя.
В следующий миг Григор буквально прыгнул вперед. Оберин не успел уйти от удара, и вынужден был подставить щит. До этого он вполне понимал нечеловеческую силу Горы, и если и подставлял щит, то лишь так, чтобы удар приходился по касательной. Но на сей раз Григор все же умудрился вложить в удар всю свою мощь и инерцию огромного тела.
Щит принца раскололся на части, и они повисли, связанные железной полосой. Зрители на помосте услышали резкий щелчок — это сломалась рука Мартелла.
Красный Змей побледнел — это было прекрасно видно. Он разжал пальцы и разбитый щит упал на землю.
— Неплохо, — Мартелл умудрился найти силы и улыбнулся.
Григор словно обрел второе дыхание и перешел в атаку. Теперь принц лишь убегал от него. И будь здесь двор поменьше, такая погоня могла обернуться для него трагедией.
Впрочем, принц отступал без страха. И еще у него имелся план. Вот Клиган вновь нанес неотразимый удар — сколько их за сегодня мы уже видели?
Инерция унесла его меч вперед и в этот момент, Оберин, извернувшись в воздухе, подпрыгнул и ударил Клигана в плечо. И он попал — прямо между шлемом и воротником. Все увидели, что наконечник вошел в тело минимум на ладонь. Копье застряло, Гора дернулся и ударил мечом, и таки перерубил древко — в руках у Оберина остался лишь кусок деревяшки в три фута длинной.
От резкого движения наконечник высвободилось из раны и упал на землю. В воздух ударил фонтан крови.
Гора закачался, как подрубленное дерево. Щит отлетел в сторону. С тяжким стоном он упал на колени и уперся левой рукой в землю. Он успел зафиксировать меч в щели между плитками, и сейчас его огромная рука судорожно цеплялась за рукоять — казалось, это единственное, что удерживает его от окончательного падения.
— Эй, ты что, умираешь? — в голосе Оберина послышалось участие. — Нет, сир, не так быстро.
Левая рука принца безжизненно висела вдоль тела, но на его координации это никак не сказывалось. Он быстро наклонился и поднял часть копья с наконечником, а потом, словно раздумывая, как болезненней прикончить Гору, обошел его по кругу.
— Всё, сир Клиган своё отжил, — громко сказал Мейс Тирел.
Гора все держался за меч правой рукой. Вот только его голова клонилась все ниже и ниже. Кровищи на землю натекло порядочно, словно с матерого быка. Оберин легко перешагнул красно-черный ручеек и задумчиво становился прямо перед Горой.
И в этот момент правая рука Горы — словно смертоносная пружина, распрямилась и схватила принца за ключицу. Даже на коленях Гора умудрился достать до плеча отнюдь не маленького Оберина.
Латная перчатка Горы как воск смяла плечо Красного Змея и принц закричал. Гора подтянул его к себе, но в последний момент Оберин успел развернуть обломок копья и направить лезвие прямо в глазную щель на шлеме противника. Гора рывком притянул Оберина к себе, и копье глубоко вошло в шлем.
Рука великана разжалась и бессильно упала. Следом с грохотом повалился и сам Клиган. Его ноги судорожно дернулись пару раз, сгребая пыль и все огромное тело вздрогнуло в последний раз и затихло.
 
Оберин закачался и опустился на одно колено. Его лицо было белее простыни. Чтобы не закричать от боли он до скрежета сжал зубы и хрипло втянул в себя воздух.
Медленно, очень медленно, он поднялся на ноги. В его глазах плескалась боль. И торжество. Левое плечо принца оказалось вывернуто под неестественным углом.
Морщась, он выдернул обломок копья из шлема Горы, вскинул руку вверх и повернулся к нашей трибуне:
— Непреклонные! Несгибаемые! Несдающиеся! — Он выкрикивал свой девиз и его знаменосцы и вассалы ревом приветствовали каждое слово. Толпа, которая увидела то, о чем можно рассказывать детям и внукам, восторженно орала в ответ.
Глядя на торжествующего Оберина я с ужасом понимал, что попытавшись спасти Гору, наоборот, сделал все только хуже.
Страшный как воин, опасный как полководец, смертоносный, как знаток ядов, умный, как мейстер — Оберин Мартелл остался жив. Тот, кто так ненавидит Ланнистеров, каким-то образом выжил. И сейчас я понимал, почему так произошло — заставив его сражаться оружием без яда, я тем самым, спровоцировал Мартелла действовать более осторожно, сдерживая ярость и гнев.
— Жаль, — негромко, бесстрастно бросил Тайвин, когда Верховный Септон вышел вперед и провозгласил Оберина Мартелла, принца Дорна победителем.
Мирцелла
Зеленоглазая, с вьющимися, золотистыми волосами девушка сидела на краю бассейна и задумчиво водила изящной ладошкой по воде. Любопытные красные рыбки забавно тыкались носами в ее пальцы.
Это место называлось Водные Сады. Оно располагалось в трех лигах от Солнечного Копья. Здесь любил отдыхать принц Доран Мартелл, все его родственники, а также дети и жены влиятельных вассалов.
В Водных Садах не знали, что такое тишина — радостные крики детишек круглосуточно звучали между деревьев, в прудах и в выложенных мрамором бассейнах. Несмотря на постоянный шум, здесь было очень хорошо — пели птицы, журчали многочисленные фонтаны и росли цветы и деревья, привезенные со всего мира.
Вдоль многочисленных аллей росли лимоны и красные апельсины. Зачастую слуги не успевали снимать их с веток и тогда переспелые плоды падали на каменную плитку и разрывались, забрызгивая все липким соком, распространяя сводящий с ума упоительный запах.
Огромные бабочки — зеленые, красные, голубые и совсем уж невообразимых расцветок тут и там перелетали между цветов.
Раньше, в течение нескольких месяцев, она вместе со всеми Мартеллами жила в столице Дорна — Солнечном Копье. Когда-то давным-давно, еще в андальские времена, он носил название Ковчег Песков. Мартеллы достраивали и перестраивали его в течение тысяч лет, добавляя оборонительные сооружения, ворота, казематы, арсеналы, дворцы, прохладные залы и прекрасные башни в ройнарском стиле. В одной такой — в Башне Солнца, принцесса и проживала.
Родовое гнездо Мартеллов располагалось на полуострове, и с трех сторон его окружало Летнее море. Со временем, с четвертой стороны, отодвигаясь все дальше на материк, разросся Тенистый город. Вначале подданные пристраивали свои дома прямо к стенам замка, потом друг к друг, пока не образовался запутанный лабиринт узких улочек, неожиданных тупиков и невероятных переходов. Лавки, дома, конюшни, постоялые дворы, винные погребки и перинные дома начинались прямо от стен замка. В большинстве своем все постройки сложены из желто-коричневого саманного кирпича.
В солнечные дни, а это большая часть года, когда палящий зной заползал в каждую щель и дверь, а с неба безжалостное солнце посылало убийственные лучи, казалось, что весь город приобрел такой цвет не случайно — он просто выгорел, опалился и расплавился…
Мартеллы достаточно часто уезжали от сутолоки и жары огромного города в свою резиденцию — Водные Сады.
Принцессе Мирцелле особо нравилось одно место, расположенное в самой глубине парка, где на краю большого бассейна стояла искусно вырезанная из камня скамейка. Даже в самые жаркие дни здесь всегда властвовала прохлада и тень, которую давали склонившиеся к самой воде ветви. Мирцела любила приходить сюда в те моменты, когда ей было грустно и хотелось немного пожалеть себя.